Книги жанра биографии и мемуары
Книга охватывает период с 1953 по 1970 год. Воспоминания о школьных друзья, играх и развлечениях, летним отдыхе в деревне и многом другом, а главное — о достоверном изображении событий, быта, менталитета советских людей того периода.
«Мы выехали из Кракова в 7 часов утра: до Велички час дороги по шоссе, то есть одна миля. Начальник места выдает билет для осмотра. С этим билетом являешься к соляному кратеру, сажают тебя на тесемочные сиделки и опускают в бездну. Это ниспарение продолжается около двух минут. В первом этаже нет работы. Во всех этажах около 1200 работников: две трети из них работают днем, одна ночью…»
«Перекрестись! Какой тебе «Первый снег» возвратить? Я прошу его от тебя. Пожалуй, сажай его в «Сын Отечества», только без всякой подписи. «Уныние» – также, и паче: это род исповеди. Конечно, у нас никто не читает: пиши что хочешь, но иное и для себя мыслит вслух не должно. Сейчас получил я письмо от Мещевского, которое меня тронуло: он говорит о своей чахотке и близкой кончине. Неужели Жуковскому …
Годы работы в Африке: военным переводчиком языка суахили на Занзибаре (1965—1966, вместе с Володей Овчинниковым), журналистом — заведующим Бюро Агентства печати «Новости» (АПН) в Танзании (1978—1982) и в Уганде (1985—1990, одновременно корреспондентом АПН в Руанде и Бурунди), и дипломатом, первым секретарем Посольства России в Эфиопии (2001—2002), — оставили столько воспоминаний, что невольно заду…
Воспоминания Отто Штрассера – одного из лидеров германских национал-социалистов в 1925–1934 годах и младшего брата Грегори Штрассера (в двадцатые годы человека № 2 в НСДАП после Гитлера). Братья Штрассеры были лидерами левого крыла в НСДАП и возглавляли внутрипартийную оппозицию Гитлеру. Книга представляет несомненный интерес как свидетельство непосредственного участника многих закулисных событий,…
В книге прослеживается судьба старинного уральского села Заводоуспенское Свердловской области Тугулымского округа. В конце девятнадцатого века там была пущена в работу первая во всей Сибири Успенская писчебумажная фабрика компании «Щербаков и К» уральского промышленника Александра Щербакова. Она поставляла высококачественную бумагу за рубеж и ко Двору Его Императорского Величия в Санкт-Петербурге …
Книга является результатом скрупулёзного расследования происхождения имеющегося кольца-печатки, изготовленного, согласно официальному атрибуционному заключению, в Италии в XV–XVI веках, и установления принадлежности его конкретному историческому лицу. Представляет интерес для любителей жанра исторического расследования, а также туристов и туристических агентств, специализирующихся на Италии и Фран…
«Когда меня в четырнадцатилетнем возрасте повели крестить, то благодаря ясельному воспитанию и радио, которое никогда не выключалось дома, я оказался изрядно атеистически подкован, и, зайдя в Спасо-Преображенский собор, первым делом завопил: “Бога нет!”» Так начинался путь к вере, путь к Церкви Христовой петербургского священника Алексия Мороза. Начало пути – общее для целого поколения: атеистичес…
Книга основана на архивных и других подлинных документах, а также на свидетельствах узников ГУЛАГа. В пей опубликованы исторически достоверные сведения об исповеднике протоиерее Алексии Кибардине (1882–1964). Отец Алексий много лет отстаивал истины Православной веры от нападок безбожников и обновленцев, проповедовал на оккупированнах фашистскими захватчиками территориях и много сделал для возрожде…
«Тропинки веры моей и любви» — сборник рассказов, эссе и очерков по следам путешествий автора, которые пронизаны добротой души, Светом и надеждой на то, что в нашем мире Добро всё-таки преобладает. Эта книга будет интересна всем, кто проникся Любовью к Божьему миру.
"Любая история начинается с рождения, но история этого безумца возникла задолго до его рождения. Он даже не мог представить, что с ним произойдёт даже не трагедия, а комедия. Хотя для него даже комедия стала трагедией. Можно ли выжить человеку в тех обстоятельствах, в которых он оказался? Можно ли остаться человеком, если тебя презирают все – даже те, кого ты любишь? Можно ли пройти этот путь до с…
"Любая история начинается с рождения, но история этого безумца возникла задолго до его рождения. Он даже не мог представить, что с ним произойдёт даже не трагедия, а комедия. Хотя для него даже комедия стала трагедией. Можно ли выжить человеку в тех обстоятельствах, в которых он оказался? Можно ли остаться человеком, если тебя презирают все – даже те, кого ты любишь? Можно ли пройти этот путь до с…
«Поздравляю тебя, моя радость, с 1824-ю радостью по Рождестве Христове. Когда придет новая эра? Право, пора! А пока ожидаю коляски, которая все еще едет или не едет. Мы в Москве с детьми и порядочно устроились в своей хижине, светлой и чистой. Не будешь ли сюда, хоть к поре блинов? Или хочешь куличей? Тебя ведь в голодное время ждать нечего. Ты умеешь выбирать время. Меня скопцом вывели в «Полярно…
«Мы предали земле земное вчера на рассвете. Я провел около суток в Тригорском у вдовы Осиповой, где искренно оплакивают поэта и человека в Пушкине. Милая дочь хозяйки показала мне домик и сад поэта. Я говорил с его дворнею. Прасковья Александровна Осипова дала мне записку о делах его, о деревне, и я передам тебе и на словах все, что от неё слышал о его имении. Она все хорошо знает, ибо покойник лю…
«Я познакомился с Михаилом Никифоровичем Катковым в 1839 году, по окончании им курса в Московском университете. Поводом к знакомству послужило мое сотрудничество в двух периодических изданиях А. А. Краевского: „Литературных прибавлениях к Русскому Инвалиду“ (с 1836 г.) и „Отечественных Записках“ с самого начала их появления (в 1839 г.)…»