Книги жанра русская классика
"Каштанка" – одно из самых известных произведений Антона Павловича Чехова. Каштанка, помесь таксы с дворняжкой, однажды заблудилась, покинув привычное жильё у столяра и его сына Федюшки, где она спала под верстаком и лежала в стружках. На улице Каштанку подобрал странный незнакомец, в доме которого её ждала совершенно другая, необычная жизнь. Но как бы ни было хорошо в новом доме, Каштанка не забы…
Сборник добрых сказок со всего света от известных писателей откроет дверь в мир чудесных новогодних и рождественских историй! В «Большую книгу новогодних и рождественских историй» вошли самые знаменитые сказки, весёлые и страшные рождественские рассказы русских и иностранных авторов. Сказки Х.К. Андерсена, повесть Н. Го-голя, рассказы Ф. Достоевского, А.П. Чехова, М. Горького и других знаменитых п…
Известное произведение автора в новом переводе. Читает Евгений Дятлов! В этом романе Набоков создает грандиозный лабиринт, многоярусное сооружение, он играет с именами, с языками, с условностями жанра, с историей. Он сплетает сложнейшую паутину из ассоциаций, которые берут начало в огромном пласте трансатлантической культуры. Америка, Россия, мифы и религии, великие литературные и художественные п…
«Село Уклеево лежало в овраге, так что с шоссе и со станции железной дороги видны были только колокольня и трубы ситценабивных фабрик. Когда прохожие спрашивали, какое это село, то им говорили: – Это то самое, где дьячок на похоронах всю икру съел…»
«…У обоих слепцов слух и осязание были тонко развиты, но у мальчика они были развиты лучше. Самый легкий, чуть слышный, скрадывающийся шорох не ускользал от его внимания, самый обыкновенный шум и стук пугали его, заставляли вздрагивать. Легкое веяние воздуха он чувствовал на своем лице так же хорошо, так же явственно, как мы чувствуем дуновение ветра…»
Владимир Максимович Фриче (1870-1929) – писатель, литературовед и искусствовед – раскрывает мир кошмаров и безумия от Средневековья до начала XX века. Автор не останавливается подробно на отдельных персоналиях той или иной эпохи, и это помогает увидеть всех жителей тех или иных поколений и их страхи. Так возникло исследование о культуре и искусстве.
Михаил Алексеевич Кузмин (1872, или, по его персональной мифологии, 1875–1936) – признанный русский поэт, музыкант и композитор, один из самых необычных деятелей русского Серебряного века. «Первый сборник рассказов» издан легендарным издательством «Скорпион» в 1910 году. В сборник вошла и повесть, которая сделала Кузмина известным на всю страну, – «Крылья». А. Блок назовет кузминские «Крылья» – чу…
«Это было в ночь под светлое Христово воскресенье. Я и мой близкий приятель, доктор Субботин, долго ходили по улицам города, приглядываясь к его праздничному, так необычайному в ночное время, движению и изредка обмениваясь впечатлениями. Я очень любил общество доктора…»
«Это было в ночь под светлое Христово воскресенье. Я и мой близкий приятель, доктор Субботин, долго ходили по улицам города, приглядываясь к его праздничному, так необычайному в ночное время, движению и изредка обмениваясь впечатлениями. Я очень любил общество доктора…»
В канун Нового года и Рождества крупнейший книжный сервис в России и странах СНГ ЛитРес совместно с парком «Сокольники» подготовил аудиосборник «Зимняя сказка», записанный в партнерстве с ЛитРес Чтец – проектом, в котором каждый может стать «голосом» книги. Посетителям парка предлагается окунуться в волшебную атмосферу праздника, сошедшую со страниц произведений знаковых русских классиков. Текст …
«Как странно… как просто она подошла ко мне на Невском, улыбнулась и сказала: – Мужчина, дайте мне папиросочку… Потом захохотала громко и непринуждённо. И её хохот оборвался в сумраке вечера, в говоре и смехе толпы. …Сегодня я опять встретил эту странную „уличную“ девушку с белым пером на тёмной шляпе и с тупой усталостью в глазах. В этих глазах не было даже „беспокойной ласковости“… Были печаль и…
«Как странно… как просто она подошла ко мне на Невском, улыбнулась и сказала: – Мужчина, дайте мне папиросочку… Потом захохотала громко и непринуждённо. И её хохот оборвался в сумраке вечера, в говоре и смехе толпы. …Сегодня я опять встретил эту странную „уличную“ девушку с белым пером на тёмной шляпе и с тупой усталостью в глазах. В этих глазах не было даже „беспокойной ласковости“… Были печаль и…
