Книги жанра литературоведение
Это и годы оттепели – время надежд и яркое вхождение в литературу, и годы «застоя», когда главный роман «Пушкинский дом» можно было прочесть только в самиздате. И перестройка, и «лихие» 1990-е, преобразования в стране – иное дыхание, изменения в прозе. Писатель-интеллектуал, уникальный собеседник – его афористичные мудрые фразы моментально разлетались по друзьям и знакомым, запоминались читателями…
Это и годы оттепели – время надежд и яркое вхождение в литературу, и годы «застоя», когда главный роман «Пушкинский дом» можно было прочесть только в самиздате. И перестройка, и «лихие» 1990-е, преобразования в стране – иное дыхание, изменения в прозе. Писатель-интеллектуал, уникальный собеседник – его афористичные мудрые фразы моментально разлетались по друзьям и знакомым, запоминались читателями…
Это и годы оттепели – время надежд и яркое вхождение в литературу, и годы «застоя», когда главный роман «Пушкинский дом» можно было прочесть только в самиздате. И перестройка, и «лихие» 1990-е, преобразования в стране – иное дыхание, изменения в прозе. Писатель-интеллектуал, уникальный собеседник – его афористичные мудрые фразы моментально разлетались по друзьям и знакомым, запоминались читателями…
Это и годы оттепели – время надежд и яркое вхождение в литературу, и годы «застоя», когда главный роман «Пушкинский дом» можно было прочесть только в самиздате. И перестройка, и «лихие» 1990-е, преобразования в стране – иное дыхание, изменения в прозе. Писатель-интеллектуал, уникальный собеседник – его афористичные мудрые фразы моментально разлетались по друзьям и знакомым, запоминались читателями…
Это и годы оттепели – время надежд и яркое вхождение в литературу, и годы «застоя», когда главный роман «Пушкинский дом» можно было прочесть только в самиздате. И перестройка, и «лихие» 1990-е, преобразования в стране – иное дыхание, изменения в прозе. Писатель-интеллектуал, уникальный собеседник – его афористичные мудрые фразы моментально разлетались по друзьям и знакомым, запоминались читателями…
Это и годы оттепели – время надежд и яркое вхождение в литературу, и годы «застоя», когда главный роман «Пушкинский дом» можно было прочесть только в самиздате. И перестройка, и «лихие» 1990-е, преобразования в стране – иное дыхание, изменения в прозе. Писатель-интеллектуал, уникальный собеседник – его афористичные мудрые фразы моментально разлетались по друзьям и знакомым, запоминались читателями…
Это и годы оттепели – время надежд и яркое вхождение в литературу, и годы «застоя», когда главный роман «Пушкинский дом» можно было прочесть только в самиздате. И перестройка, и «лихие» 1990-е, преобразования в стране – иное дыхание, изменения в прозе. Писатель-интеллектуал, уникальный собеседник – его афористичные мудрые фразы моментально разлетались по друзьям и знакомым, запоминались читателями…
Это и годы оттепели – время надежд и яркое вхождение в литературу, и годы «застоя», когда главный роман «Пушкинский дом» можно было прочесть только в самиздате. И перестройка, и «лихие» 1990-е, преобразования в стране – иное дыхание, изменения в прозе. Писатель-интеллектуал, уникальный собеседник – его афористичные мудрые фразы моментально разлетались по друзьям и знакомым, запоминались читателями…
Это и годы оттепели – время надежд и яркое вхождение в литературу, и годы «застоя», когда главный роман «Пушкинский дом» можно было прочесть только в самиздате. И перестройка, и «лихие» 1990-е, преобразования в стране – иное дыхание, изменения в прозе. Писатель-интеллектуал, уникальный собеседник – его афористичные мудрые фразы моментально разлетались по друзьям и знакомым, запоминались читателями…
Это и годы оттепели – время надежд и яркое вхождение в литературу, и годы «застоя», когда главный роман «Пушкинский дом» можно было прочесть только в самиздате. И перестройка, и «лихие» 1990-е, преобразования в стране – иное дыхание, изменения в прозе. Писатель-интеллектуал, уникальный собеседник – его афористичные мудрые фразы моментально разлетались по друзьям и знакомым, запоминались читателями…
Выдающийся филолог конца XIX – начала XX Фаддей Францевич Зелинский вводит читателей в мир античной мифологии: сказания о богах и героях даны на фоне богатейшей картины жизни Древней Греции. Собранные под одной обложкой, они станут настольной книгой как для тех, кто только начинает приобщаться к культурной жизни древнего мира, так и для её ценителей. Свои комментарии к книге дает российский филоло…
Главная черта литературно-художественного процесса – постоянное взаимодействие разных направлений мировой культуры и влияние их друг на друга. Чем похожи «Властелин Колец» и «Война и мир»? Как повлиял рыцарский роман и античная литература на Александра Сергеевича Пушкина? Что общего у Достоевского, Шиллера и Канта? На эти и другие вопросы отвечает легендарный преподаватель – профессор Евгений Жари…
Сказки Пушкина известны всем. И с самого раннего возраста. Многие строчки мы помним наизусть. Простые и прекрасные образы сопровождают нас всю жизнь. Нам кажется, что мы понимаем смысл этих сказок: ведь они нравоучительны и почти все хорошо заканчиваются. Между тем, «урок», который преподносится «добрым молодцам» не так очевиден, как это кажется. Пушкин описывает не только гармоничный мир, но и ве…
Уинстон Спенсер Черчилль вошел в историю как политик, однако своей профессией и источником материального благополучия он выбрал литературную деятельность. Это – известный факт, но о нем, как правило, упоминается вскользь в большинстве исследований. Предлагаемая биография восполняет этот пробел, рассказывая о Черчилле-литераторе: историке, романисте, эссеисте, рецензенте, искусствоведе и даже издат…
В поэтическом творчестве великого Александра Сергеевича Пушкина народные сказки, самобытный фольклор получили богатое и яркое воплощение. В детстве он слушал сказки от своей няни Арины Родионовны, от бабушки М.А. Ганнибал, от дворового Никиты Козлова. Будучи на Украине, в Каменке, поэт выходил на торговую площадь послушать народных певцов. Также проявлял интерес к молдаванским, цыганским, турецким…