Книги жанра ЛитРес: чтец
Первая новелла из серии историй «Обычные дети». Истории основаны на реальных событиях, но ввиду невероятности этих событий, рассказы дополнены лёгким ароматом мистики. В особых условиях обычные, ничем не выдающиеся люди (в нашем случае – дети), могут стать невероятно сильными духом и совершать по-настоящему героические поступки. Такие примеры нам нужно знать и на них учиться. Приятного прочтения и…
Проза поэта о поэтах… Двойная субъективность, дающая тем не менее максимальное приближение к истинному положению вещей. Бальмонт – глазами Марины Цветаевой.
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 235, 1 ноября, с подзаголовком «Силуэт». В конце 90-х и начале 900-х годов М.Горький дважды правил гранки первого набора, по-видимому, предполагая вторичное издание рассказа. Но замысел этот осуществлён не был. В собрания сочинений рассказ не включался. Печатается по тексту «Самарской газеты» с исправлениями, внесёнными М.Горьким в гранки набора…
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 235, 1 ноября, с подзаголовком «Силуэт». В конце 90-х и начале 900-х годов М.Горький дважды правил гранки первого набора, по-видимому, предполагая вторичное издание рассказа. Но замысел этот осуществлён не был. В собрания сочинений рассказ не включался. Печатается по тексту «Самарской газеты» с исправлениями, внесёнными М.Горьким в гранки набора…
Каждое утро Гросс запирал свою спальню на ключ и с кем-то подолгу в ней беседовал. Иногда даже слышны были отдельные слова, долетавшие до чутких ушей мальчуганов. Иногда кто-то кричал и смеялся там резким, крикливым голосом. И никто из детей не видел, как приходил и выходил таинственный посетитель из комнаты их наставника. Разумеется, все это крайне интересовало и разжигало самое острое любопытств…
В книге самая суть по уходу, размножению цветов, устранению ошибок при выращивании. Прочитав книгу, вы научитесь выращивать и правильно ухаживать за астрами, амариллисами, виолами, георгинами, гиацинтами, гладиолусами, гортензиями, ирисами, каллами, клематисами, лилиями, лилейниками, нарциссами, петуниями, пионами, розами и тюльпанами. Это отдельная практическая книга, включенная в серию «Цветы. Л…
«Артур Адан составил интересную книгу о Наполеоне I под заглавием „Napoléon intime“. Первое издание этой книги распродано было в Париже в первый же день по отпечатании её. И неудивительно: в ней есть много занимательного касательно интимной жизни великого императора французов. Но особенно любопытны страницы, посвященные рассказу о втором браке Наполеона I и сожительстве его с Марией-Луизой…»
«Весной 1920 года, именно в марте, именно 22 числа, – дадим эти жертвы точности, чтобы заплатить за вход в лоно присяжных документалистов, без чего пытливый читатель нашего времени наверное будет расспрашивать в редакциях – я вышел на рынок. Я вышел на рынок 22 марта и, повторяю, 1920 года. Это был Сенной рынок. Но я не могу указать, на каком углу я стоял, а также не помню, что в тот день писали в…
«Звали ее Ю-ю. Не в честь какого-нибудь китайского мандарина Ю-ю и не в память папирос Ю-ю, а просто так. Увидев ее впервые маленьким котенком, молодой человек трех лет вытаращил глаза от удивления, вытянул губы трубочкой и произнес: „Ю-ю“. Точно свистнул. И пошло – Ю-ю…»
«Злодейства крупные и серьезные нередко именуются блестящими и в качестве таковых заносятся на скрижали Истории. Злодейства же малые и шуточные именуются срамными, и не только Историю в заблуждение не вводят, но и от современников не получают похвалы…»
«Лейтенант стоял у штирборта клипера и задумчиво смотрел на закат. Океан могущественно дремал. Неясная черта горизонта дымилась в золотом огне красного полудиска. Полудиск этот, казавшийся огромной каплей растопленного металла, быстро всасывался океаном, протягивая от своей пылающей арки к корпусу клипера широкую, блестящую золотой чешуей полосу отражения…»
К 17 февраля 1877 г. Тургенев завершил перевод «Легенды о св. Юлиане Милостивом» Флобера и начал переводить другую его легенду – «Иродиада». Параллельно с переводами этих колоритных «готических» легенд Тургенев написал, по его собственному определению в письме к Стасюлевичу от 18 марта 1877 г., «небольшой, тоже легендообразный рассказ», содержание которого было почерпнуто им из его старых отечеств…
«Однажды, в темный и бурный вечер осенью 18… года, в Париже, я услаждал свою душу размышлениями и пенковой трубкой, сидя в обществе моего друга С. Огюста Дюпена в его крошечной библиотеке – она же кладовая для книг…»
«Велик город Петроград, господа, и много творится в нем диковинных и непонятных вещей. Часть из них становится, рано или поздно достоянием полиции, получая, так сказать, разъяснение и свое место в этом мире; но до многого и полиция не доберется. Только мы, люди пишущие, искушенные опытом и гуляющие по улице без формы, можем иногда безвредно для обывателей, проникнуть в секретные дела многочисленны…
«В 1924 году, утром 3 января жители Сан-Франциско прочитали в местных газетах любопытное письмо, которое получил Вальтер Бессэт и которое, очевидно, было написано каким-нибудь шутником. Вальтер Бессэт был одним из королей промышленности на западе Соединенных Штатов и принадлежал к той небольшой группе лиц, которая фактически управляла судьбами целой нации, хотя имена этих лиц были почти неизвестны…