Книги жанра ЛитРес: чтец
Сюжет банальный, как, впрочем, и сами чувства, что рождаются между двумя совершенно не похожими людьми. Что можно нового сказать о любви? Она нас поднимает к небесам и больно бьет об землю. Она заставляет гнуться гордых и дает силы слабым. А в остальном – все как всегда. Продолжение романа «Ведьма». Любовный роман с присутствием откровенных сцен.
«Зачем Никешка подымался ни свет ни заря, на Чумляцком заводе этого никто не мог сказать. А он все-таки вставал до свистка на фабрике, точно службу служил. Подымется на самом „брезгу“, высунет свою лохматую голову в окно и глазеет на улицу, как сыч. Добрые люди на работу идут, а Никешка в окно глядит и не пропустит мимо ни одного человека, чтобы не обругать. Особенно доставалось от него соседям – …
Выиграв главное летнее сражение 1942 года, советское командование продолжает улучшать стратегическое положение Красной Армии. Развивая успех, снова рассекает вражескую оборону механизированные корпуса, на чужих берегах высаживаются стратегические десанты, линия фронта стремительно откатывается к границам СССР, а дальняя авиация наносит сокрушительные удары по глубоким тылам противника. Но главная …
«Человек в черном трико пропускает голову между собственных ног и смотрит на собственную спину; другой человек выпивает двадцать бокалов воды, закуривает сигару, гуляет, размахивая тросточкой, затем останавливается посреди арены, поглаживает себя по животу, – и вот изо рта человека начинает бить фонтан – очевидно, теплой воды… Третье: атлет подбрасывает железную балку и подставляет под ее падение …
«Ты знаешь, как косой зайка скачет зимой по сугробам? Ветерок в зимнее время злой-презлой. Он так тебя проберет насквозь, нащиплет и нос, и уши, и щеки, что просто хоть плачь. Дует ветер, метет, и такие сугробы везде нанесет, что ни пройти, ни проехать…»
«Волчья морда с грустными глазами, вся в инее, раздвинув края палатки, просунулась внутрь. – Эй, Сиваш! Пошел вон, дьявольское отродье! – закричали в один голос обитатели палатки. Беттлз стукнул собаку по морде оловянной миской, и голова мгновенно исчезла. Луи Савой закрепил брезентовое полотнище, прикрывавшее вход, и, опрокинув ногой горячую сковороду, стал греть над ней руки…»
«Фуражка прусского образца, без полей, с микроскопическим козырьком, с черным вместо синего околышком; мундир в обтяжку с отвороченной левой полой, позволяющей видеть белую шелковую подкладку; пенсне на широкой черной ленте; ботинки без каблуков и белые перчатки на руках вот обыкновенный костюм студента-драгуна, которого вы ежедневно видите на Крещатике. С тайной грустью думает он о том, что „как-…
Две девушки попросили у моря «отдарок за подарок» одна получила перстень, а вторая… кувшин с джинном! А потом начались приключения!
Все в моей жизни было отлично, пока я не поняла: я влюблена в лучшего друга своего парня. Это может разрушить все – и наши отношения, и их дружбу. Или все-таки не разрушит?МЖМ!
Фантастика, альтернативная история, антиутопия и приключения шестилетнего мальчика. Успешный бизнесмен меняет реальность, пытаясь избавится от кошмаров. Врач «скорой» хочет помочь попавшему в «жернова системы» другу. «В новой России старикам, иждивенцам и не вписавшимся в рынок нет места», но любовь к родителям не позволяет отдать престарелых в приют. И кто-то мстит умело и тонко, убивая избежавши…
«На днях я пригласил к себе в кабинет гувернантку моих детей, Юлию Васильевну. Нужно было посчитаться. – Садитесь, Юлия Васильевна! – сказал я ей. – Давайте посчитаемся. Вам, наверное, нужны деньги, а вы такая церемонная, что сами не спросите… Ну-с… Договорились мы с вами по тридцати рублей в месяц… – По сорока… – Нет, по тридцати… У меня записано… Я всегда платил гувернанткам по тридцати. Ну-с, п…
Книга Розанова «Уединённое» (1912) представляет собой собрание разрозненных эссеистических набросков, беглых умозрений, дневниковых записей, внутренних диалогов, объединённых по настроению. В «Уединенном» Розанов формулирует и свое отношение к религии. Оно напоминает отношение к христианству Леонтьева, а именно отношение к Христу как к личному Богу. До 1911 года никто не решился бы назвать его пис…
