Книги жанра метафизика
«Снег под ногами постепенно становился рассыпчатым, почти как песок... Нет, она и правда очутилась посреди пустыни. Над пустыней парил громадный зеркальный куб. Он медленно вращался вокруг своей оси, и казалось, будто изнутри него исходит свет. Она затаила дыхание: куб манил ее и в то же время наводил на нее леденящий ужас. Казалось, внутри него таится неведомая сила, с которой она не сможет совла…
Они не знают друг друга. Они живут в разных городах, в разное время, в разных снах. Но их судьбы переплетаются: взгляд на мосту, случайная встреча на скамейке, кукла с оторванной рукой, которая всё видит. Обратная диагональ социальная фантастика в жанре романа-мозаики. Для тех, кто готов собирать пазл сам.
Что, если наша цивилизация — лишь черновик, а Творец заглядывает через плечо, готовясь перевернуть страницу? Когда океанолог Артемий Голубев возвращается домой после шторма, семья понимает: он умер. А то, что дышит теперь в его теле, — древнее, как сама Земля. Древние, разум океана, пришли не завоевывать мир, а стереть «неудачный черновик» человечества. Но вместо гибели семья Голубевых получает ша…
Глубоко под зданием Росгидромета, на минус втором этаже, проходит «сверка контуров» — событие, о котором не рассылают приглашений. Те, кому нужно быть там, просто знают. В зале с невыразительными стенами пятеро обсуждают рассогласование по Восточному контуру — объекту, которого, как утверждает один из них, не существует. Но если его не существует — почему система продолжает на него реагировать?
Глубоко под зданием Росгидромета, на минус втором этаже, проходит «сверка контуров» — событие, о котором не рассылают приглашений. Те, кому нужно быть там, просто знают. В зале с невыразительными стенами пятеро обсуждают рассогласование по Восточному контуру — по объекту, которого, как утверждает один из них, не существует.
Она помнит каждое лицо. Каждого прохожего, каждого пациента, каждого покойника. Она не может забыть — даже когда хочет. Но однажды в морг привозят человека, которого она видела живым сутки назад. По всем признакам он мёртв уже три дня. Ошибки быть не может: Оливия не ошибается в лицах. Так начинается её путешествие в мир, где реальность — это компромисс, который держат десять человек. Где можно ре…
"Время бабочек" - волшебная сказка или философский трактат? Впрочем, одно другому не мешает. Были бы крылья - полёт мысли, а ещё мечты, фантазий, дарований, стремлений обеспечен! Совсем как у главной героини - девочки-бабочки, сумевшей взлететь вопреки всему. А вот её маме ещё в детстве крылышки "обрезали", приземлили, лишили мечты... Но благодаря женщинам рода и их древним магическим (читай приро…
Солнечная система. Планета Земля. Далёкие земли уже на тот момент трижды колонизованной и вновь освобождённой Антарктиды. Стоял морозный январь 3026 года от Р.Х. (Реформы Хозяйства). На небольшой ферме далёкого потомка испанских колонистов снова паника: банда «кабанов» захватила последний амбар и чинит оттуда козни пожилому фермеру и всей его семье из десяти человек. В стремлении «не утонуть» в су…
Вселенная «ЭФИР» — это мир, где звёзды — это глаза твоих братьев. Здесь законы физики гибки, как сны. Здесь дома дышат, музыка становится светом, а еда хранит воспоминания. Люди путешествуют между мирами, как между городами, и живут в нескольких вселенных одновременно: спят в одном мире, обедают в другом, работают в третьем. Но однажды нити, соединяющие всё, начали рваться. Вирус «Эго» закрывает м…
Эта книга — о том, что мы не должны бояться того, что не понимаем. О том, что тьма — не враг, а часть нас.
Эта книга — о том, что мы не должны бояться того, что не понимаем. О том, что тьма — не враг, а часть нас.
О мирах, которые держатся на чувствах живых. О выборе между защитой и свободой. О том, как память живых и боль утраты могут изменить исход встречи со тьмой.
Элиан и его верные спутники — Кай, воин с кожей из звёзд, и Эхо, тень, которая стала светом, — отправляются в новый мир. Аэлион — город, парящий в облаках газового гиганта. Здесь нет металла и электричества, здесь всё живое: дома растут из цветов, транспорт движется песней, а еда становится воспоминанием. Но этот рай умирает. Болезнь, пришедшая из пробуждённой Пустоты, высасывает цвет, свет и жизн…
Мы никогда не видим мир таким, какой он есть — учил Кант. Пространство, время, причинность — лишь очки, которые нельзя снять. Но что, если кто-то научился менять эти фильтры? Таинственное общество «кантиков» веками использовало передовые достижения наук для управления сознанием, зарабатывая состояния и контролируя реальность. Их «матка» — центр искусственной сети, сплетённой из квантовой запутанно…
Мы никогда не видим мир таким, какой он есть — учил Кант. Пространство, время, причинность — лишь очки, которые нельзя снять. Но что, если кто-то научился менять эти фильтры? Таинственное общество «кантиков» веками использовало передовые достижения наук для управления сознанием, зарабатывая состояния и контролируя реальность. Их «матка» — центр искусственной сети, сплетённой из квантовой запутанно…