Книги жанра об истории серьезно
The galaxy is on the brink of disaster, the long-awaited truce torn apart by an unprovoked attack.The colony whose residents represented more than a hundred planets has been destroyed, and the new vision for unity in the universe is at risk. Faced with a war that would mean destruction and chaos, one man has stepped forward to lead those fighting for their lives.Undeterred by insurmountable odds, …
Уважаемый читатель! Прежде чем заплатить деньги за эту книгу, прошу обратить внимание, что она будет сильно отличаться от предыдущих семи. Данная книга будет короткой, художественная часть лаконичной и необычной. Основная часть — это мой личный взгляд на самую актуальную тему моей жизни — войну, поэтому многим она может оказаться не слишком интересной, и вы, скорее всего, в итоге пожалеете о по…
Славная эпоха конца XVII – начала XVIII веков, «когда Россия молодая мужала гением Петра». Герои увлекательного исторического романа известного отечественного писателя А.Волкова – два брата, два выходца из стрелецкой семьи – Илья и Егор Марковы. Им, разлученным в детстве, предстоит пройти по жизни совершенно разными путями. Младший, пройдя через множество трудностей и пережив немало увлекательных …
Этот большой четырехтомный труд об истории семьи – малая дань благодарной памяти большому роду Чучиных и Недбальских, испытавшему вместе с Родиной горе поражений и радость побед, падения и взлеты. В нем рассказано и о великом труде поколений, на котором основывалось прошлое несокрушимый фундамент будущему. Эту книгу автор посвящает ныне живущим родственникам, и тем, кто придет за ними, кто будет п…
В марте 1939 г., на пороге Второй мировой войны, конклав кардиналов собрался в Сикстинской капелле, чтобы выбрать нового папу римского – Пия XII, чья фигура до сих пор вызывает споры. Критики обвиняют его в том, что он сотрудничал с Гитлером и Муссолини и бездействовал во время холокоста. Защитники папы считают, что его благоразумие спасло множество жизней, а сам он достоин причисления к лику свят…
Meagan Reilly Was Innocent!Yet she was condemned to a life of servitude for a crime she did not commit. And though many would call her punishment light, they could not imagine the suffering of each day spent with a man whose forbidden touch would bring the very devil to pay. Josh Daniels had no peace.Although the law had found Meagan Reilly guilty of murdering his wife, he could not believe that j…
История города Рима вот уже более двух тысячелетий переплетена с историей католической церкви и ее главой – папой римским. Возвышение христианства, конфронтация Церкви и светской власти в Средневековье, папы и антипапы, Реформация и итальянский фашизм – Рим и Ватикан неизменно оказывались в гуще событий. Историк, член Лондонского королевского исторического общества, Джессика Вернберг представляет …
«Я поехал в полк Ивана Простых. Подполковник жил в избушке на краю деревни у многодетной вдовы. У подполковника была та обычная и все же редкая наружность, которая напоминает вам, что вы где-то уже видели это лицо, и вам чем-то близок и дорог этот человек, хотя ничего вспомнить о нем невозможно. Может быть, вы никогда и не встречали его и не могли его знать, и лишь тайное родственное влечение ваше…
«В северном хвойном лесу на большой пустоши издавна живет одна деревня по имени Тихие Березы. В этой деревне всего восемнадцать дворов, а девятнадцатая изба стоит вовсе без двора. В той последней, девятнадцатой избе жил одинокий старый человек Никодим Васильев Рыбушкин; хозяйства у него в деревне не было, потому что Никодим Васильев жил на пенсии, которую он получал за свою беспорочную службу на ж…
«Во время великого солнцестояния, в июне, ночи почти не бывает. Заря обходит землю с запада на север, с севера на восток, и вскоре снова восходит недавно зашедшее солнце. В те сутки, которые мы описываем, когда стоит самый долгий день в году, сияние света на небе не угасло и в полночь. Как только синий сумрак вечера коснулся сосновых лесов Белоруссии и стихло пение жаворонков над хлебными полями, …
«Дело было во время войны. Я лежал в госпитале, в просторной горнице деревенского дома, а дом тот стоял на берегу озера, недалеко от Минска. Рядом со мною лежал раненый танкист, старшина Иван Фирсович Силин. Он был ранен в грудь навылет; наружный воздух, как ему казалось, проникал в него через рану до самого сердца, и Силин постоянно зябнул…»
«Максимов шел с поста на отдых. Их часть отвели во второй эшелон, и теперь бойцы расположились на временное жительство в людной деревне. В одной избе плакали дети сразу в три голоса, и мать-крестьянка, измученная своим многодетством, шумела на них: – А ну, замолчите, а то сейчас всех в Германию отправлю – вон немец за вами летит!..»