Книги жанра пьесы, драматургия
Писатель Александр Житинский (1941–2012) был литератором, нашедшим, а лучше сказать, создавшим своего читателя. Этот читатель интеллигентен, ценит игру воображения, иронию, юмор, милосердный взгляд на мир и жанровое разнообразие. Однако у Житинского был еще и зритель. Опытный прозаик нашел себя и как кинодраматург. В итоге – целая книга сценариев, часть из которых стали фильмами.
Писатель Александр Житинский (1941–2012) был литератором, нашедшим, а лучше сказать, создавшим своего читателя. Этот читатель интеллигентен, ценит игру воображения, иронию, юмор, милосердный взгляд на мир и жанровое разнообразие. Однако у Житинского был еще и зритель. Опытный прозаик нашел себя и как кинодраматург. В итоге – целая книга сценариев, часть из которых стали фильмами.
Здравствуй, мой дорогой читатель! Заходи, не стесняйся! Хотя, знаешь, я сама стесняюсь, ведь мне придётся снять не только шляпу, но и душу оголить.
В сборник вошли стихотворения нашего современника, написанные в разный период времени: остро передающие восприятие бытия и превратности судьбы отдельно взятого человека.
Мело-трагедия с недоразумениями в четырех картинах, с фантастическим прологом, небывалым эпилогом, хором и танцами петербургской Зги и разрушением театра.
Мело-трагедия с недоразумениями в четырех картинах, с фантастическим прологом, небывалым эпилогом, хором и танцами петербургской Зги и разрушением театра.
Пьесы о жизненных реалиях. В историях, в которых может оказаться каждый. Посмеяться и задуматься, прочитать и решить все свои жизненные вопросы. Решить, а стоит ли решать то, что может само разрешиться, если не вмешиваться и не нарушать естественный порядок вещей.
Заносная потель крутит барочный руль, плавно шагают стежки, мягко легли на ткань, тонкою стежкою вью, колкою ножкою шью — долю бабию… Шёл челнок подземными водами ко мне, нитку нёс игле. Пулей плавал по реке да пристал к руке в нежной гавани, на ладони лежит у меня и ждёт плаванья. Зингер-Зингер, пора вставать шить!
«У вас глаза Терпсихоры. Я поймаю солнечный луч и облеку его в форму королевской золотой лилии. Fleur de Lys! Золотую лилию вижу я во сне, золотая лилия плачет обо мне…». Максим Титовец, 2023.
На прием к доктору Алисе Васильевне приходит необычный пациент, у которого разболелся зуб любви. Согласно древней стоматологической легенде, укус этого редкого зуба доставляет женщине неземное наслаждение. И только от мастерства Алисы Васильевны зависит, сумеет ли она спасти столь ценный орган. Ситуация осложняется тем, что Алисе Васильевне не дает покоя экс-муж – беззубый боксер-неудачник, которы…
Кризис среднего возраста принимает у писателя Вениамина неожиданные формы. Накануне сороколетия Вениамину кажется, будто большей части прожитой им жизни попросту не было. Стараясь докопаться до сути, он все больше и больше убеждается в этом. Вскоре обнаруживается и злоумышленник, подворовывающий тихую писательскую жизнь…
Ксения Викторовна Драгунская – российский драматург и прозаик, сценарист, детский писатель, дочь классика детской литературы Виктора Юзефовича Драгунского. Автор множества рассказов для подростков и детей и более тридцати пьес, поставленных в российских и зарубежных театрах. Её произведения всегда реалистичны, современны и проникнуты любовью ко всему живому и верой в добро. Для старшего школьного …
«Театр неподвижности, театр плоскости, театр барельефа, театр актера, театр режиссера… Куда мы идем? Зачем мы идем? Развивается ли театр, упадок ли театра? И еще тысячи вопросов, из-за которых ломают себе головы наши знаменитые критики. Слушая все это, я захотел прочесть по примеру многих лекцию об эволюции театра, но, не обладая даром красноречия, я решил вместо слов доказать на деле, куда театр …
Сценарий Евгения Шварца, основанный на известном романе Сервантеса о приключениях странствующего рыцаря Дон Кихота, начинается с отправления Дон Кихота вместе с его оруженосцем Санчо в их первое путешествие. Как и в романе, Дон Кихот будет сражаться с ветряными мельницами, совершать свои подвиги во славу Дульсинеи Тобосской, искать злого волшебника Фрестона, пока его, наконец, не вернут домой… Дом…