Книги жанра психологическая проза
Живые люди – антиутопия, герметический триллер, продолжение романа «Вонгозеро». Укрывшись от эпидемии на острове посреди безлюдной карельской тайги, одиннадцать неприспособленных горожан вынуждены выживать, добывать еду и защищаться от внешних угроз. Герои отрезаны от мира и заперты наедине друг с другом, как пауки в банке. Спасительной дистанции больше не существует; им предстоит научиться приним…
Светлана Алексиевич «Время секонд хэнд» – завершающая книга знаменитого цикла «Голоса утопии» от лауреата Нобелевской премии по литературе. «У коммунизма был безумный план, – рассказывает автор, – переделать „старого“ человека, ветхого Адама. И это получилось… Может быть, единственное, что получилось. За семьдесят с лишним лет в лаборатории марксизма-ленинизма вывели отдельный человеческий тип – h…
Для тех, кто умеет ждать. Для тех, кто привык к качеству. Для вас, наши любимые слушатели. Представляем одну из лучших работ Сергея Чонишвили. Новое профессиональное прочтение нашумевшего романа Виктора Пелевина «Смотритель». Без сокращений. Без разбивок на части. По специальной цене. Слушайте и наслаждайтесь! Действие книги разворачивается в новом мире, созданном гением Франца-Антона Месмера. Это…
Для тех, кто умеет ждать. Для тех, кто привык к качеству. Для вас, наши любимые слушатели. Представляем одну из лучших работ Сергея Чонишвили. Новое профессиональное прочтение нашумевшего романа Виктора Пелевина «Смотритель». Без сокращений. Без разбивок на части. По специальной цене. Слушайте и наслаждайтесь! Действие книги разворачивается в новом мире, созданном гением Франца-Антона Месмера. Это…
Конец 1918 года. Небольшая группа солдат возвращается с Западного фронта. Вчерашние школьники, совсем еще мальчишки. Они так мечтали о мирной жизни сидя в окопах. И вот они снова дома. Только все здесь стало для них чужим и незнакомым. Теперь им предстоит научиться жить заново. Оказывается – это совсем непросто, особенно когда все то, что раньше казалось важным и значительным теперь не имеет абсол…
Второй из опубликованных романов Хантера Стоктона Томпсона, который сделал его классиком американской контркультуры начала семидесятых. «Страх и отвращение в Лас-Вегасе» – одна из самых скандальных книг второй половины ХХ века. Книга, которую осуждали и запрещали. Книга, которой зачитывались и восхищались. Книга, в которой само понятие «Американской мечты» перевернуто с ног на голову, в котором ви…
Трагичная история про солдата, ставшего дезертиром по нелепой случайности. Тяжелое произведение о войне, любви и преданности Повесть «Живи и помни» – трагичная, полная горькой правды история. Андрей Гуськов, тяжелораненый солдат с фронта, после госпиталя решает повидаться с родными, прежде чем снова отправиться на войну, однако сразу становится дезертиром. Опасаясь ареста, он так и не приходит дом…
Литературоведы и критики оценивают «Колымские рассказы» Шаламова как документальное историческое свидетельство, запечатлевшее великую катастрофу человечества XX века. В своих рассказах Шаламов идет дальше простого описания всех кошмаров советского ГУЛАГа. Он не пытается вызвать страх у читателей. Он не называет страх по имени. Он просто блокирует его. Но, читая или слушая произведения Шаламова, бу…
«Что будем делать в эти весенние дни, которые теперь быстро наступают?..»
«Густели темно-синие сумерки. Луна, похожая на щит из красной меди, поднималась над заросшим прудом. На другом берегу, касаясь черными кронами редких зеленых звезд, стояли одинокие сосны, а за ними светились окна заводского поселка. На листьях кустарника метались отблески костра…»
«Густели темно-синие сумерки. Луна, похожая на щит из красной меди, поднималась над заросшим прудом. На другом берегу, касаясь черными кронами редких зеленых звезд, стояли одинокие сосны, а за ними светились окна заводского поселка. На листьях кустарника метались отблески костра…»
“Ящик для письменных принадлежностей” Павича можно назвать Песнью Песней 20-го века с поправкой на Балканы и постмодернизм. Чтение “Ящика” – это больше про опыт, нежели про дискурс; про пространство, нежели про фабулу. Хотя история здесь есть, история красивая и даже немного эротичная. С легкой руки Павич прикладывает мифологическое мироощущение к реалиям 20-го века, и создает художественное полот…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Жизнь Дениса Воронцова была подобна сказке: процветающий бизнес, красавица-жена и любимый сын. Вот только в какой-то момент мальчик подрастает и уезжает учиться в Лондон, а дама сердца становится к нему абсол…
Евгений Крутилин к своей кличке «Лохнесс» относился двояко. С одной стороны, ему было приятно чувствовать себя редким зверем, ласково именуемым «Несси». С другой стороны, первые три буквы школьного прозвища вызывали в нем чувство протеста: «Нет, он не лох, он о-го-го какой бизнес построил, какую раскрасавицу в жены взял!». Но жизнь – такая капризная штука, что сегодня ты возНЕССя, а завтра ЛОХанул…
Сборник четырех повестей самого знаменитого американского писателя. Четыре сезона ужаса. Четыре времени года, и каждое – страшный сон, ставший реальностью. Весна – и невинный человек приговорен к пожизненному заключению в тюремном аду, где нет надежды, откуда нет выхода… Лето – и где-то в маленьком городке медленно сходит с ума тихий отличник, ставший способным учеником нацистского преступника… Ос…