Книги жанра социальная фантастика
Человек, у которого есть Перо, уходит в чужих лохмотьях туда, где его власть режет по живому. Вельмар держится на бумаге: кого нет в Своде, того нет вовсе. Безбумажные родятся, работают и тонут, не оставляя строки, – и отвечать за них некому. Тит, поднявшийся со дна к самому верху, бросает холодный трон и уходит вниз, чтобы понять, отчего власть не насыщает. Прошатница Мара Верл третью неделю выпр…
Вода прибывает по вершку и берёт только тех, кого нет в книге. Тит Безотчий поднялся с самого дна – от торфяных брикетов до Большой Печати Вельмара, чтобы найти наверху горло и стиснуть его. Но горла нет: есть Свод, есть Чернильный Двор и порода писарей, обращающая всякую милость в новый долг. Внизу ждут лодку, наверху ждут нужную форму, печать и руку уставщика – и вода успевает первой. А на гнилы…
Конец XXI века. Человечество победило бедность, передало работу машинам, а управление – искусственному интеллекту. Нерешённым остался единственный вопрос, с которым не справляется ни один алгоритм: ради чего теперь жить? Шестнадцатилетние Итан и София – участники «Проекта Семь». Их подобрали в пару не по совместимости – по несовместимости. За несколько часов реального времени им предстоит прожить …
Конец XXI века. Человечество победило бедность, передало работу машинам, а управление – искусственному интеллекту. Нерешённым остался единственный вопрос, с которым не справляется ни один алгоритм: ради чего теперь жить? Шестнадцатилетние Итан и София – участники «Проекта Семь». Их подобрали в пару не по совместимости – по несовместимости. За несколько часов реального времени им предстоит прожить …
Жизнь Сани Доброхода разрушилась буквально за минуту. Пепел, радиоактивные осадки, хаос - все что осталось от цивилизации. Чтобы выжить ему придется стать другим.
«Симулякры в Лофте» — цикл пьес о мире, в котором созданные образы постепенно перестают быть только отражениями. Книга 1. Пролог и 13 ми-пьес Сначала они существуют почти вне времени, сохраняя в себе следы человеческой памяти, культуры и чужих историй. Затем начинают входить в эти истории, примерять чувства и роли, сталкиваться с выбором, привязанностью, утратой. Пространство вокруг них становится…
Александр Куприн, знакомый многим по реалистическим шедеврам, предстаёт в этом сборнике с неожиданной стороны – как мастер тонкой мистики, философской аллегории и фантастической прозы. В него вошли произведения «Жидкое солнце», «Дух века», «Серебряный волк», «Тост», «Волшебный ковёр», «Рай» и «Воробьиный царь» – истории, объединённые поиском граней между реальностью и чудом. Здесь наука граничит с…
Сборник прозаических и поэтических произведений - сказы и лирическая фэнтези из современного - советского народного фольклора, имевшего не длительную, но значимую историю в культурном достоянии Мира... Менее века История СССР (не государства а народа) изменила Мир навсегда. Остается открытым вопрос, - стало это изменение позитивом или негативом для Истории этого Мира?
Что, если история Иисуса была совсем не такой, какой мы привыкли её представлять? Странник, ищущий смысл жизни, возвращается на родину после долгих лет скитаний. Он не собирается создавать новую веру, не мечтает о власти и не считает себя избранным. Но вокруг него постепенно собираются люди — рыбаки, сборщик податей, бывший разбойник, мечтатели и неудачники. Вместе они отправляются в путь, который…
В Нулевой Пристани удачу не создают — её переносят. Каждый благоприятный исход оставляет кому-то измеримый риск, и Академия Мер учит называть цену прежде, чем менять вероятность. Семнадцатилетняя Мира Ланц поступает туда, чтобы защитить родной прибрежный квартал. Но после первого же спасения она видит невозможное: след долга уходит к людям, которых нет в официальных расчётах. Вместе с расчётчиком …
В Вереске общество раз в поколение выносит из Архива один заверенный Свод — единственную версию прошлого, по которой назначают виновных, компенсации и гражданские права. Девятнадцатилетняя реставраторка Лея Варн входит в перестраиваемые залы, чтобы доказать невиновность матери в пожаре квартала Льна. Каждое восстановленное свидетельство меняет маршруты Архива, а за право вынести фрагмент приходитс…
В девяти климатических округах дождь, холод и право на переселение получают победители публичного Тура распределения. Восемнадцатилетняя диспетчерка Тая Ренн едет туда ради Сухого Плато: без нового дождевого лимита её семья и тысячи соседей потеряют дома. Но за красивой таблицей результатов скрывается Дельта — исключённый из соревнования регион, чьи насосы и жители оплачивают чужую устойчивость. К…
Однажды окажется, что за стенами всегда что-то есть , а стакан всегда был полон. Я сделал 6 шагов и провернул ключ ровно два раза.
Когда привычный мир начинает трещать по швам, человек оказывается перед главным выбором: жить по старой инерции или шагнуть навстречу неизвестному. «Ветер, который помнит завтра» — это глубокий и захватывающий роман о внутреннем пробуждении, свободе, любви, страхе потерь и силе выбора. Герои книги проходят через испытания, встречи, расставания и открытия, которые меняют не только их судьбы, но и с…
В Нулевой Пристани удачу не создают — её переносят. Каждый благоприятный исход оставляет кому-то измеримый риск, и Академия Мер учит называть цену прежде, чем менять вероятность. Семнадцатилетняя Мира Ланц поступает туда, чтобы защитить родной прибрежный квартал. Но после первого же спасения она видит невозможное: след долга уходит к людям, которых нет в официальных расчётах. Вместе с расчётчиком …