Иван-Дурак в командировке. Веселая сказка для взрослых
Андрей Олегович Макаров
Вот ведь не повезло сказочному Ивану-Дураку! Отправили его в командировку в Большой Мир, то есть в нашу серую обыденность. И не очень-то ему у нас понравилось, да портал перемещения экскаватором разрушили. Теперь Ивану предстоит найти обратный путь домой, попутно справляясь с различными трудностями, встречая волну непонимания и равнодушия. И ведь, как назло, влюбилась еще в него одна деревенская баба… Еще и от неё бегать придётся… Автор постарался написать развеселую сказку для взрослых, с юмором, шутками и игрой слов. Насколько ему это удалось – судить вам.
Андрей Макаров
Иван-Дурак в командировке. Веселая сказка для взрослых
Пролог
В тридевятом царстве, тридесятом государстве царил переполох. Из двухгодичной командировки возвращался Иван-Дурак, младший царский сын. Других дураков ехать в Большой Мир в свое время в королевстве не нашлось.
В связи с этим была созвана пресс-конференция. Вся сказочная журналистская нечисть собралась на сей уникальный перформанс.
Дурака завидели еще издали. Нужно сказать, был он совершенно не похож сам на себя. Уезжал в командировку сельский увалень в лаптях да кафтане, а обратно возвращался одетый с иголочки лондонский денди: черный, идеального покроя деловой костюм-тройка, до блеска начищенные ботинки, модная современная прическа, сверкающий золотом «Ролекс» на левой руке и черный дорогой дипломат в правой. И выдавало его только все то же глуповатое выражение лица, как и раньше. По нему, собственно говоря, и узнали.
Вышагивал Дурак гордыми шагами, высоко подняв голову и выпятив грудь. И смотрел на всех слегка презрительным взглядом, полным чувства собственного превосходства. Сразу было видно, человек привык командовать и быть на самом верху современного истеблишмента.
Сказочная журналистская нечисть окружила Дурака плотным кольцом. Кого здесь только не было! Вот тебе и незаконнорожденная дочь Бабы-яги, Мама-яга, с шестимесячным Ягом на руках. А вот Змей Горыныч, по прозвищу Зеленый Змий, опять в драбадан пьяный, причем все три головы представляют разные публицистические издания. По этому поводу они постоянно собачатся между собой, иногда и до огненной драки. А вот Кощей по фамилии Бессмертный – честно говоря, это не фамилия, а псевдоним, на манер булгаковского Ивана Бездомного. Настоящая фамилия Кощея – Пуковкин, чего он очень стесняется и не позволяет себя так называть. Если кто обратится к нему по настоящей фамилии, то он очень обижается и идет плакать в ванную. Ну, и делать другие дела, в соответствии со своей фамилией, откуда она, собственно говоря, и появилась. В ванную потом не зайти, потому что глаза режет.
Короче говоря, собрались просто все, так как каждому было интересно посмотреть на человека, вернувшегося из Большого Мира. Пусть даже и дурака. Тем более что умные оттуда не возвращаются. А мудрые туда и не уезжают.
Дурак поначалу вздергивал нос и всяческими способами пытался показать всей этой челяди, что он гораздо выше разного там отребья, но все же сказочный воздух благотворно действовал на него, выветривал все принесенное из Большого Мира, и вот перед толпой стоял прежний Иван-Дурак, младший царский сын, простой и не обремененный излишним интеллектом. Даже костюм переодел – оказывается, в дипломате у него были лапти да кафтан. Конечно, будь у него в голове чуть больше соображения, он бы повременил с этим и не стал бы демонстрировать публике свои грязные дырявые труселя. Но что сделано – то сделано, из песни слов не выкинешь.
Первый вопрос задала журналистка Кикимора по фамилии Болотная, представитель Первого Сказочного Информационного Холдинга:
– Кикимора Болотная, ПСИХ, – представилась она. – Иван, скажите, как так получилось, что вы решились посетить БМ?
– Какой БМ? – недопонял Дурак.
– Ну, Большой Мир, сокращенно – БМ.
– А, понятно. Дело-то было немудреное. Все она виновата, любовь.
– Ох, как интересно! Скажите, вы полюбили? И уехали в Большой Мир из-за несчастной любви?
– Я? Кого? Ах, нет. В смысле, не любовь, а Любовь, Люба – мачеха моя. Папаша трех жен в могилу свел, вот на новой тогда женился. А то, что она несчастная – это вы верно подметили, нигде проходу мне не давала. Так что да, получается, что я уехал из-за несчастной любви… тьфу, то есть несчастной Любови.
– А почему она вам прохода не давала?
– Да с женитьбой ко мне все приставала. Женись, говорит, на ком-нибудь и съезжай от нас к чертовой матери. Глаза ей, видите ли, мозолю. Так и батюшку подговорила. Вот он и приказал всем сыновьям невесту себе искать. А мне какая свадьба? Зачем? Заживо гробить себя в огне семейного очага? Дети сопливые опять же пойдут, памперсы. Ну и решил, что не для меня это.
– Ох как интересно, расскажите!
– Дело, значит, было так. Вы сейчас только не смейтесь, – продолжал Дурак, – но приказал нам отец выпустить каждому по стреле, и на чей двор стрела упадет, та и будет невестой. Старшие братья таким образом женились, один на… Да чего рассказывать, вы же все это сами знаете. Ну так вот, женились они, а я решил: ни за что! Тварь я дрожащая или право имею? Запулю стрелу туда, где ее вовек не сыщут. А куда стрелять-то? Везде дворы, купеческие да боярские, сами понимаете, исторический центр города. Хорошо хоть болото рядом было. Откуда болото? Ну так понятно откуда, из невежества и мещанства. Ну, думаю, пущу стрелу в болото, и взятки с меня гладки. Иди потом, ищи стрелу, свищи. Прицелился я хорошенько, тетиву натянул, выпустил. Аж сердце запело: аккурат в центр трясины стрела угодила. Ну, думаю, прощай, супружеский плен, да здравствует свободная холостяцкая жизнь.
Тут Иван-Дурак тяжело вздохнул и продолжал:
– Да недолго я радовался. Приказал царь-батюшка идти на болото да стрелу искать. Да двух соглядатаев со мною вместе отправил, чтобы не вышло чего. Но я-то не особо расстраивался. Думал, пропала стрела, утонула в трясине. И представляете что? Не утонула. Сидит посреди болота лягушка да стрелу мою ртом держит. Уж за каким лядом она ей понадобилась, представить не могу. И главное, сделать нельзя уже ничего, соглядатаи рядом. Делать нечего, кое-как поймали мы ту лягушку (уж больно шустро по болотным кочкам скачет), все в болотной тине с ног до головы вымазались, я даже чуть не утонул, и принесли ее к царю.
Царь, конечно, увидев лягушку со стрелой во рту, в осадок маленько выпал. Но слово царское держать нужно. Делать нечего, говорит, вот твоя невеста. Это он мне говорит.
Тут уже в осадок выпал я.
– Как так-то? – вопрошаю. – Как же мне на лягушке жениться-то? Как же мне супружеский долг выполнять?
Иван ненадолго замолчал. Кикимора воспользовалась паузой и спросила:
– То есть вы не хотели жениться на Царевне-Лягушке? Тем более говорят, что ночью она очень даже ничего, когда лягушачью шкурку сбросит. Мне как-то рассказывал один знакомый паренек…
– Да какая еще там царевна! Жаба она и есть жаба. Круглосуточная. И днем жаба, и ночью жаба. И вот что вы мне предлагаете? На жабе жениться? Прежде чем из нее царевна получится, ее нужно лет десять воспитывать! Так что оставалось у меня только два варианта: либо в дружину на печенегскую границу, либо в ссылку… тьфу, то есть в командировку в Большой Мир. В дружину меня не взяли… Что вы спросили? Из-за плоскостопия? Нет, не из-за плоскостопия. Из-за жопорукости. Я на кастинг когда пришел, нечаянно самому главному дружиннику копьем попал туда, куда лучше начальству копьем не попадать. Ну и поперли меня оттуда, двух дней не отслужил. Вот и пришлось мне в этот БМ собираться…
Дурак грустно замолчал.
Тут на первый план выступил восьмидесятилетний Мальчик-с-Пальчик. Хоть был он уже давно не мальчик, и росту в нем было метр с кепкой как минимум, но то, из-за чего он получил это прозвище, так длиннее пальчика и не выросло.
– Представитель ВЦИОМ, у меня к вам вопрос следующий… – начал было он.
– Представитель чего? – перебил его Дурак.
– ВЦИОМ, Вестник Царских Индивидуально-Одаренных Меньшинств.
– Это что еще за меньшинства такие?
– Ну… – замялся Мальчик, – разные там… У кого что… – и покраснел. – Да это и не важно. Вопрос у меня к вам: что вас больше всего поразило в БМ?
– Больше всего? Так сразу и не скажешь. Наверное, самое большое, что меня удивило, это то, что у них дерьмократия. Вот у нас абсолютная монархия, а у них дерьмократия. Честно говоря, я сам не до конца понял, что это такое, но штука жутко удивительная. По этой самой дерьмократии любой смерд может боярином стать…
– И что, становятся? – спросил кто-то из толпы с интонацией по типу «ты ври-ври, да не завирайся».
– Не знаю, может, и становятся, я сам не видел. Но здесь же главное дело в самой возможности и надежде. А так, в основном, кто холопом родился, тот им и помер, князем не стал.
И тут вопросы посыпались на Дурака, как из рога изобилия. Он аж взмок.
– Назовите главные бичи современного общества в БМ.
– Какова была цель вашей командировки?
– Не хотели ли вы там остаться?
– Расскажите самую невероятную историю, с вами там случившуюся.
– Почем там волшебное зелье?
Иван-Дурак поднял руку и жестом остановил град вопросов.
– Уважаемые журналисты! На сегодня пресс-конференцию объявляю закрытой. Устал очень, отдохнуть хочу. О времени следующей встречи вы будете оповещены в частном порядке.
– А когда будет следующая встреча? – спросил кто-то.