Не знаешь простого человеческого счастья и даже на небесах его не узнаешь.
Люди Рейеса ржут надо мной. Говорят, что я зря сижу, будто палку проглотила. Скоро придется глотать другое.
Я не обращаю на них внимание. Пусть говорят, что хотят. Они, хотя и шакалы, тоже понимают только силу. А моя сила сейчас в спокойствии.
Мы въезжаем на территорию поместья Рейеса через одни из ворот. Увы, запомнить особо нечего. Никаких примет. Голые каменные стены и низкие крыши. И впрямь крепость.
Как я ни пытаюсь храбриться, мне больше всего на свете хочется сбежать. Потому я невольно запоминаю дорогу. Но запоминать скоро оказывается нечего.
Люди Рейеса вытягивают меня из машины и сразу нахлобучивают на голову мешок.
А затем кто-то из них сводит мне вместе запястья и тянет за собой. Довольно медленно, так, чтобы я не упала. Но если остановлюсь, руки обожжет болью.
Я послушно переставляю ноги и, кажется, иду куда-то вечность. А когда мне с головы сдергивают мешок, щурюсь от неяркого света.
Мы уже внутри крепости. В каменной норе с дыркой в полу, где тускло поблескивает вода.
Это купальня Рейеса. Здесь девушки моются перед тем, как…
А значит, это мое первое поле битвы. Теперь я уже не буду такой покладистой, хотя все тело горит от чужих мерзких взглядов. Шакалы только и ждут, когда я оступлюсь.
Не оступлюсь, Рейес.
– Как твое имя, шлюха? – спрашивает на вид главный среди этих шакалов. У него большая отвратительная расщелина между передними зубами.
Я мотаю головой, а он отходит куда-то. Другие продолжают стоять вокруг меня кольцом. Обыкновенные парни, но глаза у них совершенно пустые.
– Сколько тебе лет?
Возраст я тоже не говорю. Незачем им знать.
Главный хмурится, и я вижу, что изо всех сил сдерживается, чтобы меня не ударить. Мое сердце колотится быстро-быстро, но я лишь делаю шаг назад, к бассейну, глядя в его черные злые глаза.
Я верю, что он не отыграется на моих сестрах за мое молчание.
А потом этот человек снова отходит поговорить с кем-то и вдруг делает знак прочим уходить.
Такой приказ мог отдать только Рейес. Неужели он уже знает обо всем, что происходит в комнате?
Если так, пусть поймет – он об меня зубы сломает. Я вскидываю подбородок и слегка расправляю плечи. Пусть я всего лишь девчонка, не стану потом стыдиться того, что поклонилась бандиту.
Я остаюсь в полном одиночестве. Даже вода в бассейне тихая. Идут очень напряженные минуты, когда я понятия не имею, чего ожидать.
А потом дверь открывается, и в комнату входит девушка. На вид совсем молодая и очень испуганная.
Но ведь Рейес не держит у себя похищенных. Спустя какое-то время – самое большее, пару недель – он выкидывает всех.
Значит, эта девушка «местная». Из запретной части города, которая веками работает на семью Рейесов. Они и живут здесь, в этой крепости. И если выходят в город, то группами. А потом возвращаются обратно.
Потому что сбежать от Рейесов нельзя. Они находят и жестоко карают за любую ошибку.
Как бы жалко эта девушка ни выглядела, мне она не подруга. Наверняка за Рейеса душу продаст. Помощи можно искать только у таких же, как я, похищенных. Но это невозможно.
К тому же, по слухам, Рейес не любит брать несколько девушек одновременно. Держит каждую у себя, пока не наиграется. Самое меньшее, несколько часов.
На них я и буду надеяться.
Девушка говорит:
– Меня зовут Франциска. А тебя?
Я мотаю головой.
Она никак не реагирует. Просто заученно произносит:
– Ты должна вымыться в этом бассейне. Вот шампуни и полотенца. Потом я провожу тебя к господину.
Я только киваю, хотя на слове «господин» мне ужасно хочется сплюнуть под ноги.
Франциска больше ничего не говорит. Просто стоит со своим добром, как вышколенная служанка.
Теперь чем дольше я буду мыться, тем больше отсрочу самое паршивое, что ждет меня в этом месте.
Неожиданно Франциска добавляет:
– Если хочешь, я помогу тебе.
– Спасибо. Не надо.
Наверняка она сделает все слишком ловко и быстро. Такие вот испуганные на вид девушки больше всего хотят угодить повелителю, чтобы лишний раз их не пнул.
Я сделаю все, чтобы в такую не превратиться. Аккуратно раздеваюсь и неторопливо моюсь, выливая на себя жидкости из предложенных флакончиков. Они чудесно пахнут. Добро Рейеса я экономить не собираюсь. Обойдется.
Надеюсь, меня никто сейчас не видит. Франциска не в счет. А своих людей Рейес за подглядывание убьет.
После работы на огороде так приятно хорошенько вымыться, а потом насухо вытереться хорошими полотенцами.
Жаль, полотенце для волос Франциска у меня отбирает.
– Не положено. Господин любит распущенные волосы.
Я едва не шиплю на нее, но сдерживаюсь. А по комнате раздается звон, удивительно похожий на звук колокола.
Я смотрю на Франциску, и она поясняет:
– Господин зовет тебя. Пойдем. Обувь не надевай.
Вот так прийти к Рейесу в одном полотенце? По спине прокатывается липкий озноб.