Когда Кесси услышала вопрос этого мужчины, то немножко оторопела. Хотя он ей и понравился, но скорее, своей вежливостью, а не внешностью. Но если честно, она не могла не отметить, что незнакомец был даже, скорее, красив. Однако она никак не предполагала такого развития событий, как продолжение знакомства, а тем более его желание угостить и ее и дочь.
– Угостить? – переспросила за ним она немного растерянно.
– Да, – кивнул мужчина и улыбнулся. Только губами, но глаза его при этом внимательно смотрели на нее, а Кесси не могла понять его взгляд, от чего чувствовала себя очень странно. Женщине вдруг показалось, что незнакомец пытается загипнотизировать ее.
Вдруг Лана выхватила игрушку из его руки, и стала ее внимательно рассматривать. Причем так, как это делают только дети: крутить все, что можно и нельзя в разные стороны, сжимать, давить. И тут она в своем любопытстве потянула за какую– то деталь, и та неожиданно, издав жалобный звук, отломалась.
– Ох! – судорожно и испуганно выдохнула Кесси, быстрее отбирая деталь, больше боясь, что Лана вдруг возьмет ту в рот и подавится. Но вдруг, когда ей, наконец, удалось это сделать, она со всей очевидностью поняла, что игрушка не их, а мужчина так и ожидает ее ответ на свой вопрос. Ей стало неловко и неудобно: получалось, что они сломали чужую вещь.
– Кажется, мы сломали, – прошептала она, чувствуя чудовищную неловкость.
– Мне кажется, есть такое, – беззлобно ухмыльнулся мужчина, и неожиданно присел за тот же столик напротив нее, так и не дождавшись приглашения присоединиться. Кесси хотела вежливо попросить его уйти, но тут вдруг замешкалась и замолчала, вспомнив про поломку.
– Сколько мы вам должны? – спросила она.
Незнакомец внимательно посмотрел на нее, потом легко вежливо улыбнулся и произнес:
– Я готов простить это небольшое недоразумение, если вы разрешите посидеть с вами обеими всего пять минут.
Пока он говорил, то продолжал все так же доброжелательно улыбаться.
Кесси немного обомлела от такого напора.
– Ну, разве что только пять минут, – прошептала она, решив, что эти время вполне загладит ситуацию, тем более, что она практически уже доела свой салат, оставался только десерт. Это означало, лишь то, что через это время она сможет встать и уйти, тем самым навсегда избавится от этого навязчивого мужчины.
А незнакомец, получив ее согласие, в свою очередь неожиданно сделал знак официанту, чтобы тот принес сделанный им заказ на этот столик вместо прежнего.
– Вы же не возражаете? – спросил после этого ее мужчина, странно посмотрев на Кесси, – я просто очень голоден.
Кесси неохотно, но согласно кивнула.
– Вы же уже сели и заказали, – не очень довольным тоном произнесла она, пожав почти равнодушно плечами.
Тут внезапно незнакомец покаянно вздохнул и, пристально посмотрев на нее своими темными, скорее, черными глазами, сказал:
– Простите мне мою выходку, что я так нагло воспользовался ситуацией. Игрушка же не моя, поэтому я формально не имел права так поступать. Просто мне очень понравилась ваша компания. Все остальные здесь такие скучные.
Эта фраза сразу как– то подкупила Кесси, и она стала немного оттаивать. Ничего подобного она от него совершенно не ожидала.
– А сколько вашей дочери лет? – спросил вдруг он, пристальнее посмотрев на Лану. Кесси опять поразил его искренний интерес к ее дочери.
– Почти годик, – произнесла она, улыбаясь и смотря на своего ребенка с огромной любовью, а та в этот момент внимательно изучала новое лицо рядом. Мужчина тоже смотрел на ее дочь, словно не мог отрывать взгляд.
Кесси насторожилась и решила присмотреться к нему повнимательнее, насколько было возможно в полумраке ресторана, пока он не видел ее изучающий взгляд. Помимо дорогого костюма с иголочки, все у ее нового неизвестного спутника было практически идеальным, вплоть до запонок, даже стрижка и легкая небритость точно были от стилиста. На красивом, идеально очерченном лице горели темные загадочные глаза, а на губах играла приятная улыбка, обращенная сейчас к Лане.
«Слишком красив» – подумалось вдруг Кесси, а сердце глухо напомнило о другом мужчине, которого она до сих пор любила. Что– то неуловимо схожее было в них обоих, но ей это все было неинтересно. Ты часть ее жизни была в прошлом, и женщина не хотела и не собиралась опять подвергать испытаниям свое сердце. Оно итак было разбито.
– Думаю, пять минут – это все, что у вас есть в нашей компании, – произнесла она вежливо, но холодно. Мужчина тут же повернулся к ней, и его бровь взлетела вверх, а у нее непроизвольно екнуло сердце, так это движение было знакомо.
– Я очень надеюсь, что вы передумаете, – произнес он учтиво с завораживающей улыбкой.
От всего этого Кесси неожиданно впервые за очень долгое время почувствовала что– то, отдаленно напоминающее волнение. Это было так неожиданно, что она удивилась сама себе. Понимание и осознание своего неожиданного впечатления от незнакомца заставило ее напряженно молчать.
– Простите, что я даже не просил, как вас зовут, – вдруг извиняющимся тоном произнес, смотря на нее, он.
– Кассандра, – вежливым и при этом деловым тоном, к которому привыкла в больнице при встрече пациентов, ответила Кесси.
– Очень приятно, а я Кристофер, – сказал мужчина завораживающим тоном.
Услышав это имя Кесси невольно улыбнулась. Оно так не подходило к его немного суровой, пусть и красивой внешности, а у нее вообще ассоциировалось исключительно с добрым и мягким человеком, а никак ни со светским красавцем, который сидел перед ней.
Мужчина явно увидел ее реакцию, и бровь опять взлетела вверх.
– Очень интересно, что вас так рассмешило, – уточнил вежливо он, хотя и с оттенком холодности.
– Не вы, не обращайте внимание. Это просто ваше имя. У меня есть знакомый по имени Кристофер, он очень очаровательный малчуган, такой кучерявый и веселый, – не удержалась Кесси, улыбнувшись чуть больше, невольно сравнивая лица сына подруги и этого мужчины.
Кристофер неожиданно тоже улыбнулся легкой улыбкой.
– Поведаю вам тайну: я сам не очень люблю свое имя. Но так уж получилось, что меня так назвала мама, которая была достаточно набожной. Видите ли, я родился на Рождество.
– На Рождество? – выдохнула Кесси, тут же вспомнив , что Макс тоже родился на Рождество.
От этого всю ее веселость как ветром сдуло, а настроение опять упало. Ей были неприятны любые ассоциации с прошлым, а особенно с тем человеком, которого больше не было в ее жизни. С другой стороны, Кесси вдруг внезапно пришла в голову мысль, что во всем этом есть какая– то непонятная шутка судьбы: первый мужчина, который ей более или менее понравился за целый год со дня смерти Макса, тоже родился в эту дату.
– Извините, что сам не знаю, почему расстроил вас, – вдруг сказал мужчина словно смущенно.
– Нет, что вы, – выдохнула Кесси, – вы тут ни при чем.
– Если вы поделитесь, что вас тяготит, то я постараюсь помочь, – сказал он совершенно серьезно, пристально смотря на нее.
Девушка удивленно на него посмотрела в ответ. Она не думала, что этот незнакомец будет так учтив, а тем более участлив. Она чувствовала, что он привык решать все быстро и решительно, а тут совершенно определенно предлагал свою помощь. Причем у Кесси создалось впечатление, что предложение было не только о сейчас, а распространялось значительно на большее. Хотя она плохо понимала, почему у нее создалось такое ощущение.
– Нет, спасибо. Это так, минутная слабость, – выдохнула она.
Тут Лана стала слишком уж громком возмущаться, и Кесси поняла, что задержалась немного дольше, чем рассчитывала, а ребенок уже перевозбудился и устал.
– Ох, – произнесла она, – мы, пожалуй, пойдем. Дочь слишком устала.
– Разрешите вас отвезти? – спросил Кристофер.
– Нет, спасибо, нам тут недалеко, – сказала поспешно женщина, собирая ребенка и сажая дочь в коляску, точно зная, что им идти примерно полчаса, не больше. Она надеялась, что Лана уснет по пути, и она спокойно дойдет домой.
– Тогда возьмите мою визитку, – произнес мужчина, – может быть, решите позвонить? Я бы очень хотел как– нибудь прогуляться с вами и вашей дочерью по парку тут рядом. Сам я приехал по делам семьи совсем недавно, и планирую задержаться подольше. Вот только город еще не очень хорошо знаю.
Кесси была очень удивлена его словами. Кристофер так отличался от других мужчин, которые пытались с ней познакомиться, и видели только ее. Она всегда при этом чувствовала, что именно они хотели от нее. А новые отношения, тем более просто секс, не интересовал больше Кесси. Она вообще сомневалась, что когда–либо захочет иметь дело с мужчинами, не видя смысла в этом тем более сейчас. А этот незнакомец при всей доли своего некоторого самоуверенного нахальства интересовался в первую очередь ее дочерью. При этом он был совершенно искренне внимателен к Лане, а не только делал вид. Даже, пожалуй, оказывал ей большее внимание, чем самой Кесси. Это и радовало, и настораживало женщину.
На автомате она взяла визитку, и пробежала глазами имя.