– Мисс Фостер, – рявкнул уже совсем не хороший коп, – прекратите немедленно. Мы Вас просто отвезём в участок и поговорим. Если же Вы будете сопротивляться, то к заявлению о краже приплюсуется нападение на полицейского.
– Скажите ему, чтоб отпустил меня! – истерично выкрикнула я, продолжая топтать ботинки плохого копа с сальным взглядом своими босыми ступнями.
В этот момент взгляд хорошего копа упал на платье, которое висела на дверце шкафа.
Нет, только не это.
– Мисс, пожалуйста, не усложняйте, – слишком тихо и спокойно произнёс хороший коп, посмотрев на меня.
В его взгляде я увидела всё, что мне нужно было увидеть, чтобы перестать сопротивляться. По необъяснимой для меня причине я решила довериться ему. Он увидел платье, но и виду не подал и никак не продемонстрировал это для своего молодого напарника, который явно не догнал, что происходит. Тяжело дыша, я перестала сопротивляться.
Коп, держащий меня сзади нервно хохотнул.
– Вот ведь неугомонная.
– Я не люблю, когда ко мне применяют силу, – огрызнулась я, и он отпустил меня.
Развернулась лицом к нему, чтобы видеть его. Ненавидела, когда люди подкрадывались сзади или пытались удержать меня на месте. Из его носа сочилась кровь. Вот это я хорошо ему врезала. Однако данный факт теперь грозил мне ещё большими проблемами. Коп лишь покачал головой и, достав из кармана платок, начал вытирать кровь. Я покосилась на второго полицейского.
– Кажется, я знаю, что нам делать, – задумчиво произнёс хороший коп и с пониманием посмотрел на меня. – Мы просто поговорим, и я сам потом отвезу Вас домой. Но нам правда нужно в участок, для протокола.
Смотря в его добрые глаза, я немного успокоилась. Неужели он не станет давить на меня, лишь бы выслужиться перед своим начальством, а затем в зубах принести свою добычу его богатенькой хозяйке?!
– Хорошо, – кивнула я, потирая запястья, которые невозможно пекло от мёртвой хватки молодого и дурного копа.
– Обувайтесь и поехали, – ответил хороший коп, параллельно кивком головы указав молодому на дверь. Тот поплёлся к выходу. – Не дурите больше, мисс Фостер, и всё будет хорошо.
Нервно поправила волосы и сдержала себя от едкого комментария. Нужно держать себя в руках. Очень надеюсь, что это не уловка какая-нибудь, но судя по глазам этого копа, он правда хороший человек. Нацепила кеды и пошла за ним. Мой взгляд зацепился за это несчастное платье и это заметил коп.
– Я Вас потом сам отвезу домой, и мы всё решим, – повторил он, и я кивнула.
Не сдаст.
Что ж, очевидно, не все мужчины в нашем мире сексисты, желающие выслужиться перед кем бы то ни было или самоутвердиться за счёт девушки.
Вот только что он скажет (считай прикажет) сделать взамен на то, что закроет глаза на мой поступок?!
Глава 3
Диего
Из колонок грохотала песня Wash It All Away группы Five Finger Death Punch, пока я попеременно наносил удары по боксерской груше. В зале было практически пусто за исключением пары зевак, которые делали вид, что занимаются. Моя основная тренировка закончилась и я, как обычно, отрабатывал удары, которые знал с детства. Правда тогда я не знал, что этот, например называется свинг[4 - Свинг – боковой удар с замахом.] и, замахнувшись, ударил кулаком сбоку по груше. А вот этот стрэт[5 - Стрэт – прямой удар.] и выстрелил кулаком прямо в грушу, сосредоточившись на продольном шве. Ну и классика – апперкот[6 - Апперкот – удар снизу в ближнем бою.]. Резко выпрямился, слегка повернулся и метнул кулак снизу.
Ещё раз.
Слева, слева, справа. Стрэт. Справа, справа, слева. Апперкот.
Резкий разворот и удар ногой по второй груше, висящий слева от меня. В боксе ноги не участвуют в бою, это вам не карате. Однако я не хочу терять хватку и во время тренировок загружаю себя по максимуму. Хоть сейчас я уже не участвую в подпольных боях, подобные навыки всегда могут пригодиться.
Я родился в Рио-де-Жанейро в самых настоящих бедственных условиях, а именно в фавелах. Это то место, куда вы навряд ли случайно забредёте, а если такое и случится, то, скорее всего, тут же захотите оттуда выбраться. Если вы живёте там, то могу сказать наверняка, что либо торгуете наркотой, либо оружием, либо воруете, либо убиваете. Либо всё вместе. Это место покруче преисподней.
Может поэтому я дерусь с детства. Иначе там не выжить и не защитить маленькую девочку, о которой я забочусь самостоятельно с шести лет. Всё началось, когда наши биологические родители ушли и не вернулись. Папа был алкоголиком, мама наркоманкой, толкающей дурь всем подряд. Мои первые воспоминания начинаются как раз со всякого сброда, околачивающегося около нашего подобия дома и ждущего, когда очередь дойдёт него, чтобы купить дозу. Мне было четыре. Ну так вот, в пять я впервые подрался с парнем старше себя, который хотел отобрать у меня пакет с едой, предназначенный для Габи, и поплатился за это. Когда же родители ушли, то я решил, что смогу прокормить нас своими кулаками и пошёл на подпольные бои и не прогадал. Я был злым и голодным, но при этом техничным и сосредоточенным, что давало мне преимущество перед остальными.
Честно говоря, никогда не думал, откуда у меня такая способность предугадывать действия противника и действовать на опережение. Тем не менее я неплохо справлялся и дрался практически каждый день, зарабатывая нам с Габи на хлеб. Некоторое время спустя после ухода родителей, нами заинтересовались органы опеки и определили в один приют. Там, конечно, было немного лучше, чем в нашем доме, но жестокость, творящаяся под крышей заведения, лишь уверила меня в том, что я обязан держать ухо востро и драться постоянно. Я присматривался к этому месту, постоянно думая, стоит ли нам с Габи оставаться. Спустя месяц нахождения там, руководство приняло решение отправить меня в другой приют для неуправляемых и трудных детей из-за того, что я днём и ночью защищал свою сестру от разного рода опасностей.
Я был в ужасе, ведь это означало, что мне придётся оставить мою маленькую сестрёнку, которой только исполнилось пять лет, среди этого ада, прекрасно понимая, что без меня она там пропадёт. Я сопротивлялся, дрался, но меня в итоге скрутили пятеро взрослых мужиков и перевезли. На следующий день я сильно избил сына управляющего того приюта и пригрозил убить и его, если меня не отпустят. Он был мужиком благоразумными и послушался семилетнего парня, видимо решив, что себе дороже связываться с больным на всю голову. Пешком я добрёл до приюта Габи и выкрал её. Как-то после этого, органы опеки сделали ещё одну необдуманную попытку забрать нас, но получили по своим тупым головам и отвалили. С тех пор Габи была всегда под моим присмотром. Ну, почти всегда. Только пока она жила в Австралии, я не мог защищать её.
– Диего, сынок, – послышался сзади голос Глена, копа и нашего ангела-хранителя, и я тут же остановился и перевёл дыхание. Обхватив грушу обеими руками, сделал глубокий вдох и оглянулся. – Извини, что отвлекаю, но я по важному делу.
Глен подошёл ко мне и я, стянув боксерские перчатки, пожал его крупную ладонь.
– Что случилось? – быстро спросил, зная, что он обычно звонит, если что-то произошло.
Глен немного отодвинулся в сторону и мой взгляд упал на девушку.
Что за хрень?!
Сиенна?!
Она стояла за его спиной, демонстративно жуя жвачку, и смотрела на меня ненавидящим взглядом, словно я чмо какое-то. Вроде и удивлена не меньше моего, но виду не показывает.
– Ты?! – выдохнул я, вытирая пот со лба.
– Вы знакомы?! – удивлённо спросил Глен, и я неопределённо покачал головой.
– Виделись однажды.
– Ясно. Понимаешь, тут такое дело, – потерев подбородок, начал Глен, – мисс Фостер попала в не очень хорошую историю, и я подумал, что лучшим решением будет обратиться к тебе.
– А я тут при чём?! – опешив, рыкнул я, всё ещё не понимая, что случилось и каким боком это касалось меня.
– Пока ни при чём, но будешь, – довольно произнёс Глен, и я напрягся.
– Глен, я не понимаю, к чему ты ведёшь, – ответил, скрестив руки на груди.
– Я думаю фамилия Остин тебе всё ещё знакома, – продолжил Глен, и я вопросительно выгнул бровь, смотря ему в глаза. – Мисс Фостер работала там. Её обвинили в краже платья.
Я ещё больше охренел и мельком глянул на Сиенну. Она закатила глаза и тоже скрестила руки на груди. Сегодня она была в обычных свободных голубых джинсах, кедах и растянутой белой майке.
– Я не воровка! – процедила она.
– Тем не менее, платье мисс Остин оказалось у Вас дома, мисс Фостер, – парировал Глен тоном строгого папочки.
Я чуть не улыбнулся.
– Ты обокрала Пайпер?! – не выдержал я, посмотрев на Сиенну.
– Да пошёл ты! Я не воровка! Я одолжила платье! Одолжила! – выкрикнула она, смерив меня убийственным взглядом.