Бывшие. Пятнадцать лет спустя

6. Любое волшебство конечно

Музыка стихла, заставив с видимым сожалением оторваться друг от друга, но её руку Костя больше не выпускал. Накрыл её ладонь своей, нежно поглаживая костяшки пальцев, рассылая ворох мурашек по телу. Слова резко кончились, и напряжение, тягучее, густое, начало медленно разливаться вокруг, сгущая воздух.

– Костик! – рядом со столиком остановились две девушки. – Давно тебя здесь не видели! Ой, ты не один. Мы не сильно помешали?

– Помешали, – с лёгким нажимом ответил он, нехотя отводя взгляд от Алисы.

– Тогда не будем отвлекать. Но ты же знаешь, мы всегда рады тебя видеть. Когда у тебя будет время.

Они смерили его плотоядными взглядами, демонстративно не обратив на Алису внимания. А она вдруг почувствовала себя так, словно её окунули в зловонную яму. У него была жизнь до неё, было прошлое, но отчего-то именно сейчас напоминание об этом прошлом оказалось особенно острым и болезненным.

– Извини. – Заметив, как она напряглась, он сжал её ладонь чуть крепче, заставляя поднять на него глаза. – Я, правда, не подумал, что у них не хватит такта просто пройти мимо.

– Не стоит извиняться. – Алиса натужно улыбнулась. – Это твоя жизнь, так что…

– Давай уйдём. – Он и сам был не рад, что позвал её сюда, только сейчас заметив, как много знакомых лиц успели занять соседние столики и теперь косились в их сторону с нескрываемым интересом.

– Погуляем по набережной, если хочешь.

– Хочу. – Алиса дождалась, пока он подойдёт и отодвинет стул, и медленно, с достоинством поднялась, моментально притянув к себе взгляды доброй половины мужчин в зале. – Я припудрю носик, а ты попроси счёт.

– И ты позволишь мне заплатить? – попытался сгладить напряжение Костя. Алиса дёрнула плечом:

– Почему нет? Приглашал ведь меня ты.

Он проводил её взглядом и нашёл глазами официанта. Алиса уже ждала внизу, придерживая пальто у горла. За несколько минут без него она с сожалением поняла, что вечер безнадёжно испорчен, впрочем, это даже к лучшему, что волшебство развеялось так быстро. Не будет мучительно больно потом.

– Ты ещё не передумала гулять? – спросил Костя, застёгивая своё пальто.

– Нет. – Алиса старалась не смотреть в его сторону, чтобы вновь не поддаться очарованию. Если бы можно было ещё и заткнуть уши, чтобы не слышать мягкий, вибрирующий голос над ухом!

– Я живу недалеко, как раз проводишь до дома.

– Совсем как раньше, – улыбнулся он, открыв перед ней дверь.

– Совсем как раньше, – эхом откликнулась она.

Амалия давно продрогла в своей лёгкой шубке и тонких демисезонных сапожках на острой шпильке, но покидать наблюдательный пост не спешила.

Машина Жарова стояла у входа, охранник и водитель успели выпить по стаканчику кофе, значит, он ещё был здесь. И она будет стоять столько, сколько потребуется, только бы убедиться. В чём, правда, нужно убеждаться, Амалия не знала. В Москве она жила пятый год, и всё это время занималась поиском своего миллионера, ведь всем давно известно – в Москве, куда ни плюнь, попадёшь или в бизнесмена, или в олигарха. И когда пришла работать к Жарову, решила, что вытянула, наконец, счастливый билет в безбедную жизнь. Она так старалась, обхаживая его, столько денег потратила на то, чтобы выглядеть соответственно его статусу и положению, что теперь все эти вложения просто обязаны окупиться! Амалия так замечталась, что едва не пропустила момент, когда Костя и Алиса вышли. В руках Баринова несла букет, а другую вложила в его ладонь, и они медленно пошли вперёд. Машина тронулась следом, а дальше, стараясь не попасться на глаза, пошла Амалия.

Время приближалось к одиннадцати, но улица всё ещё была многолюдной. Они неспешно шли к набережной, и река впереди уже блестела, отражая фонари.

– Ты не замёрзла? – в третий, наверное, раз спросил Костя. – Твои туфли явно не для этой погоды.

– Так я и не собиралась гулять. – Алиса бросила на него быстрый взгляд исподлобья, хитро улыбнувшись.

– Тогда давай поедем! – ожидаемо откликнулся Костя, и она рассмеялась.

– Ты иногда так предсказуем! Нет, Кость, я хочу пройтись по набережной, а полчаса в туфлях не свалят меня с простудой.

– Желание дамы – закон! – Костя шутливо поклонился и глубоко вздохнул.

Весна уже разливалась в воздухе, вплетая ароматы влажной земли и липких почек в привычный городской запах. Они подошли к парапету, и Алиса прислонилась к нему спиной, раскинув руки по кованым перилам.

– Скажи, а они всегда за тобой ходят? – Она кивнула на двух охранников, остановившихся в нескольких метрах.

– Кто? – Костя непонимающе обернулся, потом с улыбкой пожал плечами: – Я привык и давно не обращаю на них внимания.

– А если ты захочешь меня поцеловать? – Алиса приподняла бровь.

– А если я захочу тебя поцеловать, – медовым голосом проговорил Костя, склоняясь к ней и согревая дыханием щёку, – они отвернутся. Считай. Раз, – его губы едва-едва задевали кожу, скользя по ней снизу вверх, – два, – кончик носа очертил ухо, – три.

– Они отвернулись, – прошептала Алиса, поворачиваясь к нему. Так близко, глаза в глаза, путанным дыханием в чужие губы.

– А ты не верила, – выдохнул Костя, прежде чем поцеловать.

Томный, нежный поцелуй будоражил сознание, устремляя ток крови в низ живота. Руки взметнулись к волосам, притягивая, зарываясь, нежно массируя затылок. И когда он оторвался от неё, тяжело прерывисто дыша, Алиса только и смогла, что смотреть сумасшедшим, затуманенным взглядом.

– Я же говорил, что ты замёрзла, – прошептал Костя, слегка потёршись кончиком носа о её нос. – Далеко до твоего дома, может, всё-таки доедем?

– Объезжать дольше. Вон он. – Она показала на две башни, светящиеся огнями.

– Тогда пойдём. – Костя вновь переплёл их руки, не отпуская от себя ни на шаг, и охрана двинулась следом. – Подожди, ты сказала, объезжать дольше? Надо сказать адрес шофёру.

Пока он отходил к охране, Алиса отвернулась и посмотрела на тёмную воду, счастливо улыбнувшись, а потом прижала цветы к лицу, глубоко вдыхая их аромат. Хотелось отдаться этой ночи, этому чувству и ему, Коту, целиком и полностью, без остатка. Но холодный рассудок вовремя проснулся, напоминая, что, если она хочет снова ему поверить, надо узнать друг друга лучше. И ему нужно многое узнать о ней. А потом… Может быть, потом можно будет попробовать начать сначала.

– Идём? – Костя снова оказался рядом. До подъезда оставалось несколько десятков метров, когда каблук попал в проём между плиткой, нога Алисы резко подвернулась, и она, коротко вскрикнув, завалилась на сторону. Костя едва успел её подхватить, придержав, пока она выдёргивала туфлю.

– Ты как? – встревожено спросил он. – Идти сможешь?

– Конечно, смогу, – фыркнула Алиса и сделала шаг, тут же подворачивая ногу. – Ай!

– Знаешь, с вывихами не шутят, – наставительным тоном заявил Костя, легко подхватывая её на руки.

– Ты что, собираешься нести меня до дома?

– Ты лёгкая. – Он слегка подкинул её в руках, вынуждая обнять за шею, и быстрым шагом направился к дверям.

– Кость, поставь, – тихо попросила Алиса у самого подъезда. – Там у нас консъерж такой сплетник, неудобно будет.

– Неудобно будет, если завтра нога опухнет, и ты не сможешь ходить! – заявил Костя, внося Алису в просторный холл в коричнево-бежевых тонах. Зеркала, кадки с высокими зелёными пальмами у лифтов, вычурные бра и огромная люстра – здесь было слишком ярко и светло после уличной темноты.

– Алиса Евгеньевна, – спросил мужчина, сидевший за стойкой, напоминавшей ресепшн в отеле, – всё в порядке?

– Ногу подвернула, Михаил Сергеевич, вот, коллега домой доставляет.

– А, ну это хорошо. – Он важно кивнул. – Главное, чтобы в целости доставил.

– Какой этаж? – тихо спросил Костя, когда распахнулся лифт.

– Пятнадцатый, – так же тихо ответила она, не делая больше попыток спуститься на пол. В его руках было так… правильно. Его сердце колотилось совсем рядом, гулко, быстро, оглушительно, и Алиса осторожно прислонилась к его груди, прикрыв глаза. Просто быть рядом, разве это так много?

– Ты не уснула? – шепнул он, выходя в коридор. – Квартира-то какая?

Костя отпустил её только у порога, поставил осторожно, словно боялся, что она упадёт. Но как только дверь открылась, и зажёгся свет, тут же подхватил на руки, не обращая внимания на слабый протест.

– Я же сказал, что должен убедиться, что с тобой всё в порядке. И как вообще я смогу смотреть в глаза твоему консьержу, если сейчас тебя брошу? Костя осмотрелся, сразу заметив большой угловой диван, обитый белым плюшем. Опустив на него Алису, он выпрямился и деловито спросил:

– Где у тебя холодильник?

– Там, – недоумённо ответила она, наблюдая, как он подходит к встроенной кухне, поочерёдно открывая шкафы.

Пожав плечами, Алиса сняла пальто и перчатки, отбросила в сторону клатч, осторожно положила цветы на пол рядом и вытянула ноги вдоль дивана. Костя вернулся с тёмно-зелёным пакетом, задорно потряс им в воздухе и опустился на колени у её ног. Алиса вздрогнула от неожиданности, когда слабо пульсирующей щиколотки коснулось что-то холодное.

– Зелёный горошек – лучшее средство от вывихов и растяжений! – воскликнул Костя, широко улыбаясь. – Подержи полчаса, и всё пройдёт. Не думаю, что ты сильно потянула связки.

– А ты у нас ещё и врач по совместительству?

– Я просто внимательно смотрю фильмы.

– А у тебя есть на это время? – искренне удивилась Алиса.

– Есть, – хмыкнул он. – Иногда. Ладно, мне уже, наверное, пора. – Он поднялся. – А ты лечи ногу и постарайся обойтись несколько дней без своих сногсшибательных каблуков. Ноги в них, конечно, выглядят невероятно сексуально, но лучше побереги свой…

– Кость, – перебила Алиса, глядя на него снизу вверх. – Останься. Костя замер, как тигр перед прыжком, и взгляд его потяжелел, налился тёмным, волнующим. Но в следующую секунду он расслабился, улыбнулся и кивнул.

– Хорошо. Где у тебя ваза? Жаль будет, если цветы завянут раньше срока.

– Он снял пальто и бросил его на диван рядом с Алисой, наклонился к букету и посмотрел прямо в её глаза.

– Ты горошек-то держи, а то толку не будет.

Надо было что-то говорить, что-то делать, но Костя не мог собрать и двух мыслей в голове, глядя на неё, такую хрупкую, такую желанную. Белая на белом. С горящим взглядом, слегка приоткрытыми губами и бесконечными ногами, одна из которых так смешно лежала на пачке зелёного горошка. Ноги сами подломились, и он опустился на колени, положил ладонь на её щиколотку, мягко касаясь подушечками пальцев. Алиса вздохнула, следя взглядом за его рукой, которая медленно заскользила по чулку вверх, к колену, задирая платье. Он прикрыл глаза, обжёг поцелуем колено, шумно втянув носом воздух, в то время как пальцы продолжили свой путь дальше, обводя резинку чулок томными, круговыми движениями.

– Где у тебя спальня? – хрипло выдохнул он, вновь подхватывая её на руки. Здесь было темно, только окна соседних домов рассеивали полумрак. Алиса стояла спиной к Косте, вся обратившись в сплошной оголённый нерв, пока его губы сантиметр за сантиметром спускались по её спине, а пальцы медленно расстёгивали крохотные перламутровые пуговички, одну за одной. И когда они закончились, его руки легли ей на плечи, потянув платье вниз, позволяя с тихим шорохом упасть к ногам. Следом на полу оказался его пиджак, и только тогда губы вновь вернулись, покрывая поцелуями плечи. Алиса забыла, как дышать, прикрыв глаза, чувствуя, как кружится голова, а ноги подгибаются в коленях. Костя осторожно подтолкнул её к кровати, и она развернулась, ложась на спину и подтягиваясь к изголовью.

Он словно слился с темнотой, только руки порхали в полумраке, стремительно расстёгивая рубашку. Она полетела на пол, следом – брюки, и вот он уже лёг рядом, дыша так тяжело и сладко, что от одних этих звуков Алиса заводилась не меньше, чем от лихорадочных поцелуев, которыми он осыпал её тело. Они целовались, жадно, неистово, избавляя друг друга от остатков одежды, тихо постанывая. Алиса выгнулась ему навстречу, когда он начал спускаться вниз, дразня, лаская, слегка прикусывая нежную кожу, не останавливаясь ни на секунду.

Под кожей полыхал пожар, и желание чувствовать его внутри стало почти болезненным, когда Костя вдруг остановился, сел и начал медленно снимать с неё чулки. Алиса шире развела ноги, подавшись к нему, вперёд, но услышала тихий смешок.

– Не спеши, – прошептал Костя, склоняясь над ней, и когда его язык коснулся клитора, принимаясь осторожно ласкать, Алиса глухо застонала, запрокинув руки за голову. Он терял голову. От её стонов, движений, запаха, вкуса…

Сильнее впиваясь в бёдра с каждым её движением навстречу его губам, Костя, как музыку, слушал своё имя, которое она лихорадочно повторяла, снова и снова, перемежая стонами. Но Алисе было мало, может, потом, когда схлынет первая волна страсти, а сейчас она хотела его в себе. Глубоко, резко. Она запустила пальцы в его волосы, заставляя посмотреть на себя, и прерывисто, задыхаясь, простонала:

– Иди ко мне… Кровать прогнулась, когда Алиса обхватила его ногами, впуская в себя, подстраиваясь под движения его бёдер. Влажно, громко, пошло, так, как нужно им обоим, чтобы потерять рассудок и раствориться друг в друге…

– Я уже говорил тебе сегодня, что ты потрясающая? – с улыбкой в голосе спросил Костя, тяжело дыша. Алиса потянулась к тумбочке у кровати и щёлкнула выключателем, найдя глазами круглый будильник. Потом упала на подушку рядом и посмотрела на него:

– Сегодня ещё нет. Костя перекатился набок, облокотился о подушку и окинул её медленным, томным взглядом из полуопущенных густых ресниц. Алиса потянулась, как кошка, выгибаясь в спине, словно купаясь в его восхищении.

– Не представляю, как вообще смогу от тебя оторваться, – прошептал Костя, накрывая ладонью её грудь и пропуская сосок между пальцев.

– А надо? – спросила она, проглотив тревогу.

– Нет. – Он улыбнулся. – И не надейся так просто прогнать меня из своей кровати.

– Тогда принеси вино, там в винном шкафу на свой выбор.

– Хорошо. – Костя с готовностью поднялся с постели, а Алиса насмешливо протянула:

– Вот видишь, а говорил, что просто так тебя из кровати не прогнать.

– Лиса, – ухмыльнулся он, скрываясь в другой комнате. Улыбка не сходила с лица, а в теле разлилась такая лёгкость, что, казалось, она вот-вот взлетит к потолку без помощи волшебной пыльцы. Прислушиваясь к тому, как Костя хлопает дверцами и звенит бокалами, Алиса думала о том, насколько это всё правильно, верно: он в её квартире, рядом.

– Я не знал, какое выбрать, и взял красное. – Костя остановился на пороге, приподнимая бутылку, держа бокалы в другой руке.

– Знаешь, когда мне приносит вино обнаженный мужчина, мне совершенно наплевать на его цвет.

– Да? – Костя приподнял бровь, медленно подходя к кровати. – И часто тебе приносят вино обнаженные мужчины?

– Хотелось бы чаще, – притворно вздохнула Алиса, садясь. – Но думаю, мы с лёгкостью это исправим.

– Непременно, – многообещающе протянул он, отставляя вино и бокалы в сторону и забираясь в постель. Она села сверху и крепко сжала его бёдрами, чертя по груди узоры.

– У тебя явно прибавилось опыта, – хитро улыбнулась она.

– Да ну. – Его руки легли на её бёдра, обхватили ягодицы, крепко сжав.

– А раньше что, было хуже?

– Проще, – проворковала Алиса, склоняясь к нему и легонько целуя в подбородок.

– Ты – ведьма, – вздохнул он, одним движением укладывая её на спину и оказываясь сверху. – И, кстати, так и не дала мне завершить начатое.

– Сейчас я не буду тебе мешать, – пообещала она, сладко вздохнув, когда его губы вновь заскользили по её телу.

– Кость.

– М-м?.. За окнами серело, редкие звёзды, почти не видные в мегаполисе, окончательно пропали, обещая скорый рассвет.

– А почему ты так и не женился?

Алиса лежала в его ногах, на спине, и за несколько минут, проведённых в тишине, он успел задремать.

– Почему? – Костя задумался. – Знаешь, я не вижу в этом смысла. Зачем?

– Что значит – зачем? Неужели ни разу не появилось желания?

– Отношения, Алис, это слишком сложная вещь, чтобы портить ей жизнь. – Костя обнял подушку, закрывая глаза. – Зачем усложнять то, что не требует сложностей?

– То есть я для тебя могу стать сложностью? – спросила она, а сердце сжало крепкой, ледяной рукой в ожидании ответа.

– Не-ет, – с улыбкой в голосе протянул он. – Ты – самая лучшая любовница, о которой только можно мечтать.

– И только?

– А что ещё ты хочешь услышать? – с лёгким раздражением ответил Костя. – Извини, обручальные кольца я с собой не ношу.

– При чём тут это?

– Вот и я говорю: не надо усложнять. А сейчас давай поспим. Хотя бы пару часов.

Алиса резко села, глядя на него, и холод в груди стал сильнее, остро уколов тонкими льдинками.

– Мне кажется, тебе пора.

– Нет, я никуда не спешу, – пробормотал он, обнимая подушку сильнее.

– Нет, Кость, ты не понял. Тебе пора.

Что-то в её голосе заставило его открыть глаза и присмотреться. Сухой, горящий взгляд, сжатые в тонкую линию губы – за несколько секунд из ласковой, податливой кошечки она превратилась в собранную львицу.

– Ты что, выгоняешь меня? – уточнил он. Алиса молчала, и Костя протянул к ней руку, улыбнувшись: – Иди сюда.

– Уходи, Кость. Я не шучу. – В горле рос комок, мешая дышать, и Алиса отвернулась к окну, стиснув зубы.

Ещё слово, и обида выплеснется наружу и затопит всё, что было ночью, едкой горечью.

– Как скажешь, – бросил он, поднимаясь и собирая разбросанную по полу одежду. Сон как рукой сняло, а раздражение вскипело, клокоча в груди. Чего она от него ждёт? Что он завтра же к ней переедет? Что они поженятся и будут вместе до смерти?

– Я одного не могу понять, – сказал он, застёгивая рубашку. – К чему ты завела этот разговор? Что ты хотела от меня услышать?

– Я услышала всё, что хотела, – устало ответила она, не поворачиваясь.

– Отличный ответ! – саркастично бросил он, поднимая пиджак.

– Тогда увидимся в офисе. Он вышел, и через минуту входная дверь громко хлопнула. Алиса вздрогнула всем телом, запрокинула голову, глотая слёзы, и, громко всхлипнув, упала на кровать, притягивая к себе подушку, на которой он лежал, и утыкаясь в неё лицом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.