Вскоре к нему подсела одна из местных куртизанок и предложила свои услуги, однако сыщик, чтобы не огорчить ее простым отказом, восхитился ее формами, но сказал, что, к сожалению, не может воспользоваться ее столь заманчивым предложением, так как у него проблемы со здоровьем интимного характера.
– Эх, жаль! А такой мужчина! – с сочувствием сказала куртизанка. – Что ж, выздоравливай, красавчик. Я буду рада тебя обслужить, когда у тебя закончатся твои …э-э …проблемы.
Она ушла, а Клуз, дождавшись момента, когда продавец у стойки с товарами заскучал, подошел к нему и, заказав вина, спросил, внимательно разглядывая глиняную кружку в своей руке:
– А откуда, если не секрет, вы покупаете столь приличную посуду? Это местное производство, или привозное?
– То, что у тебя в руке, уважаемый, это привозное. А вот это, местное, – продавец поставил перед ним другую кружку и показал на край: – Вот, видишь, все ровно, а на твоей, вон какой ободок. Наши такого не делают. Ленятся. А, ведь, красиво, не правда ли? Но, увы, нет у них вкуса. А вот еще.
Продавец достал горшок с узким горлышком и показал орнамент.
– Видишь, как сделано? Тот-то! Сразу видно, что с душой. Не то, что наши.
– Ну, и где найти этого хваленного мастера? На базаре? – спросил сыщик.
– Этого я не знаю, уважаемый. Я их сам не закупаю. У меня Афанасий это делает. Позвать тебе его? – Клуз кивнул, и продавец крикнул в глубь кухни. – Эй, Афоня! Дуй сюда, дело есть.
Подошел вихрастый парнишка, и сыщик, расспросив у него, где он закупает глиняную посуду, и как зовут того продавца, взял себе на заметку и это. В целом ему хватило трех дней, чтобы собрать всю необходимую информацию, после чего он переехал в следующий портовый город, называемый Кносс.
Клузу нравилась его работа. Он испытывал самое настоящее упоение, собирая разные данные, и узнавая помимо нужных ему сведений еще и всю подноготную населенного пункта, в котором он находился.
Вскоре он отправил гонца с большим свитком, в котором был подробный отчет о проделанной работе и о том, что ему удалось узнать, в Лимани, ближайший порт рядом с населенным пунктом, где жил Дарий.
Глава 13
Была уже глубокая ночь.
Почти полный диск печальной луны светил ярко, и вокруг него, несмотря на чистое небо, был полупрозрачный ореол.
Раньше Атэс бывал здесь настолько часто, что мог бы, наверное, найти дорогу с завязанными глазами. Подходя к дому, он решил для себя, что, если Бывалый уже спит, он не станет его беспокоить, а перенесет разговор на утро, поэтому прежде чем войти во двор, он остановился и прислушался.
Этот дом для него, по сути, был открыт и днем, и ночью. Данель полностью заменил ему родителя, и поэтому Атэс приходил сюда почти как к себе домой. Он даже называл Бывалого отцом, а когда тот говорил ему, что его настоящим отцом был атаман Кратис, он отвечал ему, что отец – это не тот, кто родил, а тот, кто вырастил.
Однако, чем старше становился Атэс, тем реже бывал здесь, хотя он и стал более бережно относился к здоровью Данеля, и потому никогда не позволил бы себе, разбудить его посреди ночи. Но парень знал, что у старика есть не очень хорошая привычка, не спать допоздна.
Сейчас, не услышав ничего, кроме стрекота ночных кузнечиков и редких криков птиц, Атэс тихо открыл калитку и вошел. Обойдя дом, он увидел, что Бывалый сидит на крыльце и смотрит в небо.
– Как я и думал! – усмехнулся он, подходя ближе.
– О! привет сынок, – обрадовался старик, и попробовал встать Атэсу навстречу, но вдруг схватился за сердце и заохал.
– Что случилось, отец?! – воскликнул Атэс, подбегая к нему.
Тот сделал несколько порывистых вздохов, потер ладонью в области сердца и успокаивающе ответил:
– Да, ничего. Просто, что-то хватануло. Видно, слишком резко встал.
Он поднял голову на парня и улыбнулся.
– Давненько ты не захаживал к старику! Все дела-дела, да? Как там мать?
– Все в порядке, отец, здорова.
– Это хорошо, – он закряхтел и снова потер себя в области груди.
– Может быть, пойдешь приляжешь? – Атэс помог ему подняться и пройти к кровати.
Данель еле волочил ноги.
В комнате было светлей, поскольку в камине все еще догорали дрова.
Опустившись на постель, он устало сказал:
– Подкинь пару дровишек в камин. Я ждал тебя. Правда, не был уверен, что ты придешь уже сегодня. Но, я рад тебя видеть. Ты с чем пожаловал?
– Ты же говоришь, что ждал меня. Раз ждал, значит, у тебя есть, что мне сказать, – уклончиво ответил Атэс, подкидывая дрова в огонь.
– Э-э, парень. Мы так не договаривались, – засмеялся Бывалый. – Я тебя ждал, но я же тебя не звал. Ты сам ко мне пришел, так что, выкладывай, зачем?
– К тебе Серт заходил, – ответил Атэс.
– О! Вот это уже ближе, – старик поднял вверх указательный палец. – Да, заходил.
– Что он тебе говорил?
– Скажем так, он не столько говорил, сколько спрашивал, но что именно тебя интересует?
– А о чем он спрашивал?
Бывалый чуть помедлил прежде чем ответил:
– Его интересовало, как прекратила свое славное существование наша команда двадцать лет назад.
– То есть, он спрашивал о том, как погибли мои родители?
– Ну, да.
– Хм…, интересно, почему его вдруг заинтересовало именно это?
– Я бы тоже хотел это знать. Может быть, ты мне ответишь на этот вопрос? Вы с ним, что, о чем-то таком говорили?
– Да, – немного замялся Атэс. – Мы слегка повздорили. Я думаю, что я немного переборщил.
– Поссорились, что ли?
– Типа того.
– А-а, то-то я смотрю, что он за шею все время хватается. Ты его, что, чуть не придушил?