Как достать профессора
Потому что Лиля стояла в сторонке и молчала, во все глаза глядя на нас с «уголовником».
— Предпочитаю кровь девственниц, но иногда не прочь полакомиться заварными пирожными, — оскалился «уголовник». — Синицына, вы язык проглотили? За нами очередь.
Понял, что я не в состоянии соображать и перевел взгляд на продавщицу:
— Три заварных, одно медовое и четыре кофе, — отчеканил он.
А Руслан Евгеньевич любит сладкое…
Я открыла рот, чтобы ляпнуть очередную глупость, когда Логинов жестом потребовал молчать, достал мобильный и рявкнул:
— Да!
— Бубузяблик! — донесся до меня звонкий детский голосок.
И впервые за все время я увидела на лице «уголовника» настоящие человеческие эмоции. Он даже попытался улыбнуться, но глянул на меня, и улыбка мгновенно превратилась в хищный оскал.
— Привет, мартышка, — мягко пропел он в трубку, — я сейчас на работе, позже перезвоню.
— Ты всегда на работе, — заканючила девчушка на том конце провода, а Логинов обжег меня взглядом, намекая, что подслушивать нехорошо.
Ну вот мы и выяснили его демоническое имя. Демон Бубузяблик… Такой милый тиранчик. Осталась сущая мелочь — как-то заставить его встать в центр пентаграммы, влупить кадилом и прочесть что-то в духе братьев Винчестеров на латыни.
Бубузяблик… Я не сдержала смешка и прикрыла рот ладонью, когда преподавательский взгляд остановился на мне. Одновременно с попыткой испепелить меня на месте Логинов протянул продавцу пластиковую карту.
— А вам идет, — хмыкнула я. — Бубузяблик.
Руслан Евгеньевич разозлился.
— Синицына, завтра на паре я жду, что вы с тем же рвением будете отвечать на мои вопросы, как вы ехидничаете вне стен аудитории. Уверен, нас ждет занимательная беседа, и вы подключите всю свою фантазию и красноречие.
Инквизиции на него нет!
— С удовольствием, Руслан Евгеньевич, — елейно пропела я. — Надеюсь, вы не станете пользоваться своим служебным положением и мстить мне за то, что вы подслушали чужие приватные разговоры?
Здоровье важнее. Потому что с его способностью возникать как черт из табакерки и доводить меня до нервного тика я институт все равно не закончу. Сойду с ума раньше.
— Приватные, Полина, это когда один на один, — снисходительно напомнил мне Руслан Евгеньевич, — а не в общественном месте. К слову, подъезд тоже считается общественным местом. И нет, пользоваться своим служебным положением и мстить вам я не собираюсь. Вы и сами с этим прекрасно справитесь, когда засыплетесь на экзамене. Знания моего предмета у вас, мягко говоря, хромают и косят.
— А вы задавайте корректные вопросы по пройденному материалу, и сразу поймете, что я отлично знаю ваш предмет, — взвилась я. — Думаете, если вы все знаете, то и мы должны?
Руслан Евгеньевич походил на грозовую тучу. Я тоже знатно завелась.
— Полина, вы сыпете бездоказательными обвинениями последние пару минут, — прошипел Логинов, делая шаг ко мне.
Навис сверху и снова сжал зубы до хруста. Я уперла руки в бока, не желая сдаваться. Потому что довел.
— Бездоказательными? Просто признайте, что я задела ваше самолюбие — там, в парке. Или, может, в подъезде. Или сейчас.
— Синицына, — выплюнул мою фамилию профессор, — чтобы задеть мое самолюбие, нужно что-то поостроумнее вашей аллегории с картофельным месторождением и глистом, прости господи, Аркадием!
— Руслан! — отвлек нас от разгорающегося скандала голос нашей нежной фиалки — Александры Анатольевны, преподающей русскую литературу филологам. — Заждался?
Она подошла к нам, мазнула по мне взглядом и сосредоточила все внимание на «уголовнике». Который все еще негодовал, коршуном нависая надо мной.
— Ты уже заказал? Спасибо, обожаю медовые, — расцвела фиалка, забирая с витрины стаканчик кофе и тарелку с медовым пирожным.
Александра Анатольевна пришла к нам преподавать в прошлом году сразу после окончания университета, а фиалкой мы ее прозвали за слишком нежный нрав и изысканные манеры в стиле придворных дам девятнадцатого века.
— Благодарю, — высокопарно произнесла она. — Куда сядем? Пойдем к окну, сегодня замечательная погода, а из окна открывается отличный вид.
— Пошли, — согласился с ней «уголовник» и галантно добавил: — После дам.
Пришла моя очередь скрипеть зубами, когда Руслан Евгеньевич неожиданно вложил мне в руку тарелку с заварным пирожным и стаканчик кофе. Черного, без сахара. Лиле же просто взглядом показал, что ее пирожное стоит на стойке.
Мой аппетит пал смертью храбрых, пока я смотрела, как Логинов галантно отодвигает для фиалки стул и помогает ей устроиться за столиком. Со злостью сжимала блюдце и изображала только что проявившийся столбняк.
— Это что сейчас было? — обалдело уточнила у меня Лиля.
— Утро поэзии, — зло прошипела я.
— Какие картофельные поля? Какой Аркадий? Поля, я чего-то не знаю? Пошли, не стой столбом.
Мы сели за свободный столик, подальше от воркующей парочки. Я же еще и спиной повернулась к Логинову, потому что один лишь его вид заставлял нервно дергать плечами. А вот он, наоборот, сел лицом к нам.
Я лениво ковыряла ложкой пирожное. В горле стоял ком, а буря в груди не желала успокаиваться.
— Пошли отсюда, — потребовала я, резко подскакивая.
— Ладно, ты только успокойся, — примирительно попросила подруга.
С тоской глянула на пирожное, хозяйственно упаковала оба в пакетик, подхватила стаканчики с кофе и первая вышла на улицу.
— Приятного аппетита, — не удержалась я, проходя мимо жующей парочки.
— А вы почему не поели, Синицына? Аркадий сладкое не любит? — приподнял бровь «уголовник».
— Да, знаете, он у меня такой привередливый, — широко улыбнулась я. — Не стоило вам тратиться…
— Я сам решу, Синицына, чего мне стоило, а чего нет, — перебил меня «уголовник». — Идите уже заниматься и не прогуливайте больше занятия.
Как же он меня бесит!!!
Глава 8
Руслан
— Вставай, потомок обезьяны, кормить меня, потомка льва, — первое, что я услышал после пробуждения.
В щелке двери загорелись два глаза на хитрой моське, когда я приподнялся на подушке. Виола улыбнулась и просочилась в спальню целиком.
— Руслан, я есть хочу, — заканючила маленькая мартышка.
Десять лет назад мои родители решили, что одного вечно занятого ребенка им мало, и родили Виолу. Пожалуй, это единственная девушка, присутствию которой я радовался в своем доме. Даже Мирослава знала, что я люблю побыть один, и не докучала частыми ночевками, хотя свой лак для ногтей и несколько баночек в ванной все же оставила, дабы пометить территорию.
— Тебе десять, и ты умеешь жарить яичницу, — заметил я, поднимаясь.
Поправил спортивные штаны и прошел в ванную комнату.
— Бубузяблик, я разучилась, — широко улыбнулась сестра и хитро сверкнула глазами.
— Яйца и масло в холодильнике, сковорода на плите, — напомнил я и потрепал золотую макушку Виолы.
— Бубузяблик, а вчера ты почему такой злой был? — не отставала сестра. — Тебя в институте обижают? Хочешь, я сегодня с тобой пойду? Буду тебя охранять! А ты мне взамен завтрак приготовишь…
Меня не обижают, меня доводит до неистовства одна не в меру языкастая студентка Синицына. Спасибо, мартышка, напомнила. Я снова скрипнул зубами, пытаясь погасить приступ раздражения. Отличный способ взбодриться с утра, да… Намного лучше дробовика, заряженного молотым кофе.
— Ладно, приму душ и приготовлю, — сдался я.
Виола победно сверкнула глазами и ускакала в комнату, которую занимала каждый раз, когда оставалась ночевать у меня.
Я заперся в ванной, снял одежду и встал под душ, пытаясь успокоиться. И напомнил себе, что я профессионал, а преподавание — всего на полгода. Не помогло. Синицына даже на расстоянии продолжала меня бесить. Тренировка по боксу с Жекой не помогла, а разозлила еще больше. Ничего не помогало, а запах ее парфюма, казалось, преследовал меня везде.
В аудитории пахло настолько, что приходилось открывать окна, в моей машине, в кофейне, везде, мать вашу! Он был везде. Даже в моей собственной ванной!
Я включил воду и машинально мылся, вспоминая ехидное выражение лица одной конкретной бесячей студентки. Это же ненормально, Логинов. Ты всегда отличался сдержанностью и даже холодностью, а какая-то дерзкая выскочка мгновенно вывела меня из строя. И запах этот…
Вытерся полотенцем, снова оделся и покинул ванную. Виола уже сидела на кухне в ожидании завтрака. На обеденный стол она как бы невзначай выложила расческу и несколько заколок и резинок для волос.
И ты можешь сколько угодно быть страшным и ужасным адвокатом и садистом-преподом, но когда у тебя есть очаровательная младшая сестра, ты просто обязан уметь заплетать косички.
— Ты уроки сделала? — строго поинтересовался я и взял расческу.
— Сделала. Можешь не проверять, там все правильно, — махнула ручкой Виола и покорно наклонила голову, позволяя себя расчесать.
Я быстро заплел ей одну косичку и закинул ей на плечо:
— Готово.
— А завтрак?
Не завидую я ее будущему мужу, Виола из него будет веревки вить и шнурки из них себе сделает.
Я потер лицо ладонями, быстро пожарил четыре яйца, накормил себя и «потомка льва» и отправился в спальню, чтобы переодеться.
— Посуда с тебя, мартышка! — строго напомнил я.
— Ладно, — легко согласилась малышка, поглядывая на посудомоечную машину.
Я надел костюм, взял сумку с ноутбуком и мотнул головой к выходу:
— Пошли, в школу опоздаешь.
Виола покорно встала, подняла с пола свой рюкзак и протянула мне.
— Ты же джентльмен, — напомнила она, — а рюкзак тяжелый.
— А в школе кто твой рюкзак носит? — заинтересовался я.
— По-разному. Елисей иногда, иногда Миша, а когда они оба на больничном, то Матвей.
— А ты им что взамен? — подозрительно уточнил я, надевая обувь.
— Позволяю сидеть со мной в столовой на обеде, — с достоинством ответила мне мартышка, — и покупать мне булочки после уроков.
А мне нравится ее подход! Определенно нравится!
— Пошли, — поторопил я.
Подхватил с полки свою сумку, рюкзак Виолы и вышел из дома. Вызвал лифт и пока ждал, что он приедет, снова уловил знакомый аромат, который ознаменовался мгновенной вспышкой раздражения.
— Пошли пешком, — предложил я Виоле и первый прошел к лестнице.
Вопросом «зачем?» я не задавался, потому что мыслей в голове вообще не было. Спустился на первый этаж, покосился на дверь блондинки — приятельницы Синицыной, — никого не обнаружил и облегченно выдохнул.
Отвез Виолу в частную школу, где год обучения стоил как крыло самолета, и развернул тачку в направлении института, стараясь не думать, что вторая пара — у третьего курса.
До альма-матер оставался один перекресток, когда я заметил Сашу, идущую на работу пешком. Или Александру Анатольевну, как она представилась мне в самом начале нашего знакомства на кафедре.
Я притормозил у обочины и открыл пассажирскую дверь:
— Саша!
Она обернулась, рассмотрела меня, мягко улыбнулась и свернула в мою сторону.
— Привет, Руслан! — пропела, устраиваясь на сидении. — А я прогуляться решила, погода просто замечательная.
— Да, тепло, — согласился я, выруливая на среднюю полосу.
— Спасибо за вчерашний завтрак в кофейне, — стрельнула глазами в меня Саша, — сегодня у тебя есть «окошки»? Может, снова позавтракаем?
— Между четвертой и пятой парой, — согласился я, — только сегодня пойдем в другое кафе.
— Тебе не понравилось студенческое? — всплеснула руками Саша.
Да, как-то раздражает…
Заехал на парковку универа, поставил машину, вышел первый, галантно обошел машину и подал даме руку, дабы помочь выбраться.
Тело отреагировало первое острым, почти невыносимым приступом раздражения, когда я повернул голову в сторону. На занятия, широко улыбаясь, шла Полина в компании двух студенток первого курса — Сони Ласточкиной и Марины Крыловой. И парнишки с параллельного первого курса. Если я не ошибаюсь, парня звали Карен Опасян.
Опасян что-то рассказывал девчонкам, обнимая Полину и Соню за талию. Те улыбались, время от времени кивая, а я пялился на бесячую меня девчонку, напрочь забыв об Александре.
Прошелся взглядом по прическе Полины. В тот день она заплела какую-то сложную косу, перекинув ее на плечо. Несколько прядей обрамляли лицо, свободно свисая. Она была одета в тонкий свитер и, мать его, короткий сарафан. Пожалуй, слишком короткий. Вон, у Артема Назарова слюна уже по подбородку стекала. Парень только что не пожирал взглядом ее голые ноги, стоя в сторонке под раскидистым кустом.
Полина же вертела головой и явно искала кого-то взглядом. А нашла меня. Я почувствовал, что напрягся, и отвел взгляд. Это не мое дело. Моя обязанность — научить ее уголовному праву. И все!
— Руслан, все в порядке? — заботливо уточнила Саша, поправляя юбку на бедрах.
— Да, пошли, — согласился я.
Саша подхватила меня под локоть и повела к входу.
— Руслан Евгеньевич, здравствуйте! — радостно позвала меня Ласточкина.
— Доброе утро, Руслан Евгеньевич, — поддержала ее Крылова.
Я обернулся, останавливая взгляд на Синицыной, которая молчала.
— Доброе утро, — хмуро поприветствовал я студентов.
— Доброго полудня, — выплюнула Синицына, и меня мгновенно накрыло.
Нездоровая эта хрень, Логинов. Очень нездоровая.
Я пропустил девушек вперед и готов был задержать дыхание, когда мимо проходила Полина. Где она берет эти бесячие духи?! Я мгновенно пропитался этим ароматом, все пространство пахло им.
— Я сумку в машине забыл, — старательно сдерживаясь, объяснил Саше, — ты иди, потом увидимся.
— Хорошего дня, Руслан, — опуская глаза в пол, пожелала Александра Анатольевна и медленно пошла к лестнице.
Я вернулся в машину, взял свои вещи и снова пошел к центральному входу.
Синицына стояла на крыльце, а Артем обнимал ее за талию и что-то рассказывал. Теперь понятно, почему знания у девчонки на уровне «ноль без палочки». В институт она явно поступила, дабы устроить свою личную жизнь. Таких везде полно, а Синицына не стала досадным исключением.
Я брезгливо сморщился и быстрым шагом прошел мимо парочки. Отвел пару у первого курса, выдохнул и морально приготовился.
За дверью раздался какой-то шум, студенты огромной толпой прошли мимо, а дверь в аудиторию неожиданно распахнулась и на порог красиво вошла Синицына. Точнее, влетела ласточкой, распластавшись на полу.
У меня от напряжения уже мышцы гудели, когда я заметил, что короткое платье задралось почти до неприличия. Ножки у нее, конечно, шикарные.
Я кашлянул, Синицына вздрогнула, резко одернула юбку и с вызовом посмотрела на меня. Ее щеки покраснели, а взгляд забегал.
— Неоригинально, Синицына, — меня снова накрыло. — Если вы решили ТАКИМ способом получить «зачет», то знайте, что ничего не выйдет.
Она втянула воздух носом, подошла ко мне вплотную и заглянула мне в глаза:
— Руслан Евгеньевич, я лучше сама заберу документы из университета и переведусь в другой, чем буду ВАМ сдавать зачет ТАК!
И ткнула меня указательным пальцем в грудь.
На пороге аудитории мялась Лиля, растерянно разводя руками и беспомощно глядя на меня.
— Пошли, Лиля, — Полина резко развернулась, вышла из аудитории и со всей дури хлопнула дверью.
— А ну, стоять! — рявкнул я, впрочем, безрезультатно.
Я сжал ладони в кулаки и резко выдохнул. Давно я себя таким идиотом не чувствовал. Очень давно, наверное, никогда!
Глава 9
Полина
— Полина, стой! — растерянно просила Лиля, пытаясь на ходу ухватить меня за локоть.
Я же на всех парах убегала от профессорского гнева. И закипала сама. Все, Руслан Евгеньевич, — либо вы, либо я, третьего не дано. С вероятностью примерно сто процентов из университета вылечу я, но спускать подобное хамство я не собиралась. Да он неуравновешенный псих!
— Поля! — снова позвала меня Лиля, когда я с видом фурии спускалась по лестнице вниз.
Мне срочно нужно было на воздух, потому что профессор неожиданно разбудил во мне крепко спящего Хабиба, который уже рвался в рукопашную.
Наконец, я толкнула дверь и выскочила на улицу, вдыхая прохладный воздух, и сделала несколько шагов в сторону. Там стояли несколько скамеек, уже занятых студентами. Кто-то весело болтал, кто-то курил перед началом второй пары.
Не думая ни минуты, взяла курс к тройке курящих парней. Одного из них я знала, он учился на экономиста вместе с Алисой.
— Дай закурить, — попросила я.
Никогда в жизни эту гадость не пробовала, но кто-то когда-то мне сказал, что курение успокаивает.
— Полина! — ахнула Лиля.
— Что? Курение успокаивает, — нервно дернула я плечом, забирая из ладони Тимура сигарету и понятия не имея, что с ней делать.
Тим чиркнул зажигалкой и насмешливо глянул на меня. Лиля вздохнула, отобрала у меня сигарету, вернула ее владельцу и потянула меня в сторону.
— Поля, он был нормальный, клянусь! — подруга даже ладонь к груди приложила.
— Нормальный? — взвыла я. — Он?
— Вдохни поглубже и пошли, скоро пара начнется. У тебя сейчас что?
— Я не пойду. У меня уголовное право, — я обессиленно опустилась на скамейку и спрятала лицо в ладони. — Псих бешеный. Идиот!
Лиля села рядом со мной, задумчиво глядя вдаль.
— Какая муха его укусила?
— Не муха. К нему в нос заползла амеба, которая медленно съедает его мозг. Я недавно читала про таких. Судя по мгновенной деградации, амеба была ну очень голодная, а мозгов у Логинова очень мало.
— Полина, я точно все знаю? — пристально вглядываясь мне в лицо, поинтересовалась Лиля.
— Точно!
— Подруга, он нормальный, правда, — попыталась достучаться до меня Лиля, — я даже его предмет любить начала. У него на парах очень интересно, тем более что Логинов практикующий адвокат и рассказывает интересные случаи…
— Лиля, мне сейчас показалось, да? Галлюцинации от недосыпа?
— Коллективных галлюцинаций не бывает, — кисло согласилась подруга, — но должно же быть логическое объясне…
Лиля запнулась и покосилась на меня:
— Ты ему нравишься! Подожди, не кричи, я серьезно! Давай дедуктивным методом воспользуемся?
— Пользуйся, — разрешила я, — а я пас.
— Мы с тобой хамили ему вместе. Причем я отличилась умом и сообразительностью посильнее твоего, но лично мне он ни слова не сказал, на парах с особой жестокостью не спрашивает, и вообще он душка. Строгий, конечно. И требовательный, но всегда уравновешенный. И, правда, очень интересно преподает. И тебе это весь мой поток подтвердит.
— А на меня орет, как бегемот в брачный период! — чуть не плача, призналась я. — Все время цепляется, угрожает, хамит и острит.
— Да, я видела, — согласилась Лиля, — И дедуктивный метод подсказывает, что «уголовник» на тебя запал.
От подобной перспективы я знатно побледнела и втянула голову в плечи. Вот счастья-то привалило!
— Он сегодня фиалку привез на работу, галантно распахнул перед ней дверь и вел ее под ручку к входу, — напомнила я. — Нет, тут дело в другом. Он просто злопамятная сволочь.
— Тут я бы поспорила, — робко начала подруга. — А давай проверим?
Ее глаза загорелись нездоровым азартом.
— Как? — вздохнула я.
— Пококетничай с ним! Глазки в пол, голос тоненький, в лице покорность. Ладно, без покорности. Попробуй, тебе уже все равно терять нечего. А если не сработает, то тогда мы ему покажем, откуда рак по ночам свистит.
— А давай пропустим момент кокетства и сразу ему раков покажем? — во мне загорелся лучик надежды.
— Сделай так, как я говорю, — с нажимом попросила подруга.
— Лиля, он только что обвинил меня в том, что я пытаюсь получить зачет, соблазняя его!
— Помечтал мужик, с кем не бывает. Бей его же оружием!
— Как-то это все, — я замахала рукой в воздухе, — нелогично.
— Вот и победи его на поле нелогичности! — отрезала Лиля. — Иначе он тебя точно отчислит. Воспользуйся эффектом неожиданности, он точно обалдеет, если ты начнешь с ним заигрывать. Выдохни и пошли на пару, опоздаем!
— Не пойду, — уперлась я, — иначе я устрою безобразную драку в аудитории с преподавателем.
— Поля, он не шутил, когда про три пропуска говорил, — попыталась предостеречь меня Лиля, — ты себе хуже делаешь. Лицо кирпичом, юбка покороче, хотя куда еще короче… Ты чего так нарядилась-то сегодня? — мысли Лили скакнули в неожиданную сторону. — Хотя нет, подожди, я сама угадаю. Арсений? Уже выздоровел?
— Угу, — кисло кивнула я.
— Поля, я голосую за «уголовника». Арсений — гад! И мы обе это знаем! Давай, подбородок повыше, юбку тоже, пусть «уголовника» — и Арсения до кучи — инфаркт на ходу обнимет от твоего гордого и независимого вида. Логинова, так и быть, откачаем.
— Я не пойду к нему на пару. Лиль, я не могу.
— Сдалась? Слабачка! Иди и покажи ему, что ревущие в поисках пары бегемоты в самый разгар брачного периода тебя не пугают! Поля… Ладно, одну пропусти. Я не могу прогулять, у меня административка.
— Иди. Я тут посижу.
— Давай после пары встретимся на этой скамейке, пойдем лечить нервы чем-нибудь сладким.
— Давай, — согласилась я.
Кисло проводила подругу взглядом и посмотрела на небо, умоляя высшие силы помочь мне в изгнании демона Бубузяблика. Внутри все сжималось от страха и неизвестности, а перспектива переводиться в другой институт заиграла новыми красками.
Снова посмотрела на проплывающие над головой облака, обняла себя руками и разозлилась. Ну уж нет! Ему надо — пусть он и возвращается в свою супер крутую адвокатскую фирму. А я ему еще покажу. Окончу институт, стану крутым адвокатом и покажу, откуда раки свистят.
В кармане пиликнул мобильный. Я нехотя достала телефон, взглянула на экран и подпрыгнула на месте. Сообщение было от Арсения.
Сердце забилось в горле, на щеках мгновенно расцвел румянец, пока я трясущимися от волнения руками открывала сообщение.
И пока я мечтала увидеть там признание в любви, в мессенджер пришли еще три сообщения. От Регины, Веры, нашей старосты, и Васина.
Лекция у «уголовника» сегодня должна была быть потоковой, на весь курс, а значит, Арсений точно там.
Я открыла сообщение, в котором гласило, что Руслан Евгеньевич проводил перекличку, не обнаружил меня и очень по этому поводу гневался. Остальные три сообщения были примерно того же содержания, а Вера потребовала немедленно прийти на занятия.
Я вздохнула, призывая на помощь всю свою выдержку. Поднялась, одернула юбку и гордо пошла на пару, решив, что сдаются только слабаки, а «уголовник» моих страданий не заслуживает.
И так утром хватило! Надо же было мне упасть, так еще и к его ногам. А Логинов, вместо того чтобы обрадоваться, что упала звезда, и загадать желание, решил продемонстрировать мне весь спектр своего ужасного характера. Как его загрызайка вообще терпит?
Звонок уже прозвенел, и в пустых коридорах эхом отдавался стук моих каблуков. Я нервно поправила лямки рюкзака, волосы, а потом решилась.
Чуть задрала юбку, перекинула косу на плечо и задрала подбородок на нужную высоту. Сделала лицо кирпичом и, сдерживая подступающую панику, распахнула дверь аудитории.
«Уголовник» заметил меня сразу. И замолчал. А я шла, не обращая внимания на взгляды однокурсников, сосредоточившись только на том, чтобы снова не упасть.
Заметила свободное место рядом с Бауэром и Васиным и взяла курс на третий ряд. И нужно же было мне в тот момент поднять глаза. Логинов спрятал руки в карманы и смотрел, а я, вспомнив слова Лили, решила провести следственный эксперимент. Подняла голову и призывно улыбнулась «уголовнику», одновременно наматывая на палец прядь волос.
На мгновение показалось, что драки не избежать, потому что Руслан Евгеньевич в тот момент машинально сделал шаг в мою сторону. И пока я решала, спасаться позорным бегством или все-таки пронесет, остановился.
Дальше я не смотрела. Гордо (я очень надеялась, что выгляжу именно так), прошла на свободное место, села и достала тетрадь, дабы внимать каждому слову и записывать.
Руслан Евгеньевич никак не прокомментировал ни мое опоздание, ни эффектное появление, притворяясь нормальным.
— Открыли тетради и пишем! — гаркнул он, отворачиваясь к доске.
— Ты где была? — пихнул меня локтем Васин.
— На собеседовании по поводу вакансии на китобойном судне, — отмахнулась я.
Подняла голову и снова наткнулась на взгляд голубых глаз. Решив, что хуже не будет, широко и открыто улыбнулась. И подмигнула, закусывая кончик шариковой ручки.
Мысль, что и «уголовник» знает способы, как убить человека, замести следы и не получить за это наказание, пришла слишком поздно…
Глава 10
Полина
До конца пары я сидела как на иголках, без конца ерзая на сидении, и никак не могла сосредоточиться на том, что вещал Логинов. Он же продолжал делать вид, что амеба его мозг не съела. Хорошо поставленным голосом — нужно признать, приятного тембра, — он рассказывал что-то очень интересное, если судить по реакции моих сокурсников, которые только что рты не разинули, внимая каждому его слову.