Сирены Амая

14 Отплытие

На юго-восточном городском причале топталась группа из четырех человек. Еще двое, в красных куртках со световозвращающими элементами, подготавливали «Северную Звезду» к отплытию. День обещал быть задумчивым, но ярким, словно в станок, ткавший серое полотно утренних туч, попали голубые стеклышки. И теперь через эти окошки проглядывало весеннее небо.

Катер, предназначенный для прогулок и рыбной ловли в открытом море, вполне мог сойти за таковой, если не брать в расчет, что под штурвалом, больше напоминавшим автомобильный руль, был спрятан автоматический карабин и еще один находился в нише под кухонным шкафчиком. Не отставал в этом плане и ящик с сигнальными пиротехническими средствами. Он мог предложить две «Гюрзы»5, скрытые за однозвездными ракетами, сигнальными огнями и дымовыми шашками под первым дном.

Глядя, как два сотрудника береговой охраны безупречно изображают экипаж нанятого катера – переругиваются и спорят из-за того, кто в прошлом месяце натирал корпус мастичным воском, – Назар улыбался. Если на кого и можно было целиком положиться, так это на них. Сам оперуполномоченный чувствовал себя прекрасно – и не в последнюю очередь потому, что горячая ванна накануне вытравила озноб из костей.

Но улыбка померкла, когда взгляд остановился на Еве и Харинове. Потенциально опасная парочка мило переговаривалась. Возможно, о том, как бы получше пустить мероприятие под откос.

Назар нахохлился. В своих армейских ботинках, непромокаемых штанах, пятнистой куртке и раскатанной по голове шапочке он был похож на мрачного рыбака, позабывшего в гараже любимый гарпун.

– Симо, пока не поздно, отправь этих двоих по домам.

Симо повернул в их сторону голову, потом внимательно посмотрел на оперуполномоченного.

– Даже Харинова? – уточнил он с улыбкой. – Еще спасибо скажешь, когда он в полевых условиях оставит на тебе аккуратный стежок.

– Он же шьет трупы, Симо!

– Ничего, сегодня немного пошьет живых.

Назар скривился и три раза сплюнул через левое плечо.

На самом деле Симо разделял сомнения оперуполномоченного. Однако что-то подсказывало ему, что у них может не оказаться времени, чтобы наведаться в библиотеку и узнать, правильно ли они поступают, говоря «салют» там, где нужно сказать «прощай». От своевременности верных подсказок могли зависеть их жизни.

Из глубин подсознания всплыл голос Лены, пронизанный вечной заботой: «Знаешь, Симо, когда-нибудь они спасут тебе жизнь». Конечно же, она имела в виду подушечки никотиновой жвачки, а не этих двоих, но фраза удачно вписывалась в момент. Тем не менее рука сама нырнула в боковой карман куртки. Упаковка «Никоретте», зажатая в ладони, принесла неожиданное успокоение.

На причале показалась Лина. Она тоже сменила верхнюю одежду. Ее лицо оставалось таким же суровым и необитаемым для эмоций, хоть на голове и красовалась цветная вязаная шапка с помпоном. Пуховик цвета серебрянки шуршал и блестел при ходьбе.

Всех охватило волнение. Нет, ничего особенного с появлением Лины не случилось. Но она была последним членом «Архипелага», а это означало, что следственно-оперативная группа, получившая «лошадиный» позывной, вот-вот отправится навстречу неизвестности. И скорее всего, в той самой неизвестности бродят психопаты, ожидавшие свои пять пар сапог, а заодно изуродовавшие и убившие девочку-подростка.

Заметив в руке Лины неизменный криминалистический чемоданчик, Харинов сделал галантный шаг вперед и качнул медицинским саквояжем из натуральной кожи и с блестящими застежками.

– Чокнемся? – предложил он, имея в виду их профессиональный багаж.

В своем сером пальто и неуместном экстравагантном котелке патологоанатом напоминал доктора викторианской эпохи. Правда, доктора прошлого не носили современных галош поверх дорогих итальянских туфель. Но кого это волновало? Уж точно не Харинова, едва не начавшего вилять хвостом при виде предмета обожания.

– Я не опоздала? – спросила Лина. Ее тяжелый взгляд ударил в Симо, не одарив патологоанатома и толикой своей гравитации.

– Вы точны как песочные часы, Лина, – вставил Харинов.

– Не беспокойтесь, вы вовремя, – сказал Симо и пожал ей руку, поскольку не делил коллег по полу.

Ему и до этого встречались сомнительные сигналы от тех, с кем он работал. Кто-то целенаправленно подавал кисть ладонью вниз, что говорило о желании доминировать. Кто-то делал ладонь ковшиком, мастеря из нее таким образом орех, который не всякому будет по зубам.

Но то, что Симо ощутил в рукопожатии Лины, заставило его брови сдвинуться к переносице.

Обычно сухое и сдержанное, сейчас рукопожатие изменило амплитуду. Кисть Лины словно имитировала движение оружейного затвора или ножа, воткнутого в плоть. Такое рукопожатие, как правило, встречалось у убийц. На миг это выбило Симо из колеи.

– Ну что, отправляемся? – поинтересовался Харинов, лучась идиотской улыбкой.

Сотрудники береговой охраны подошли к поручням катера и облокотились на них, ожидая распоряжений.

Ева украдкой протянула руку Лине и шепнула:

– Ева. Надеюсь быть полезной.

– О, и я на это надеюсь, – отозвалась Лина, так и не представившись в ответ.

Не то чтобы это сильно задело Еву, вовсе нет. Временами мир вообще состоял из вот таких непробиваемых «регин». Так стоило ли попусту переживать? Она решила, что не стоит.

Симо окинул быстрым взглядом группу и задумался, требуется ли им какая-нибудь легенда. Да, все по большей части выглядели как туристы-рыболовы, нанявшие катер в совершенно неподходящее время. Но как быть с профессиональным инвентарем Лины и Харинова, когда они прибудут на остров? Эти коробки не очень-то вязались с образами любителей морских прогулок.

Еще раз оглядевшись – на этот раз для того, чтобы убедиться, что поблизости нет лишних ушей, – Симо сказал:

– Наша задача – прибыть на Сирены Амая, отыскать следы убийц и, если ситуация выйдет из-под контроля, вызвать кавалерию. Мы не знаем, что нас ждет, поэтому мы – группа малознакомых людей, записавшихся на экскурсию по островам Онежской губы. Этой легенды придерживаемся до тех пор, пока в ней не отпадет надобность. Это всем ясно?

Никто не кивнул, но этого и не требовалось.

– Нас будут сопровождать Черкашин Виктор и Голанов Евгений, – продолжил Симо. – Они из береговой охраны. В случае чего – прикроют.

«Рыбаки» с серьезными лицами по очереди подняли руки, когда прозвучали их имена. Теперь даже представить было сложно, что они пару минут назад препирались из-за какой-то полировки корпуса.

– А теперь самое важное. – Симо выдохнул, пытаясь сообразить, как получше донести следующую мысль. – С нами отправляется специалист по религиоведению. Ева Ивкова. Вот она. И если она прикажет улыбаться или затянуть «Отче наш» – вы сделаете это. И немедленно.

– Даже если в этот момент кто-то из нас будет разжимать капкан, повисший на ноге? – уточнил Назар, чудом удержавшись от того, чтобы подпустить в голос ехидства.

– Верно, Назар. Ева – наш миноискатель религиозных снарядов, если угодно. Поэтому относитесь к ее словам серьезно.

Оказавшись в перекрестье взглядов, Ева ощутила неловкость. Никакого дружелюбия, только слабый профессиональный интерес. Она сдвинула края капюшона парки к лицу и спрятала в них нос.

– Я вас не подведу, – зачем-то пробормотала она.

– Не сомневаюсь, – отозвался Симо. – Если вопросов нет – прошу на борт.

Вопросов не было, и Назар первым затопал по задрожавшему трапу. Следом двинулся Симо, но больше для того, чтобы успеть уловить никотиновые запахи, шедшие от оперуполномоченного. Ева пошла третьей, всё еще чувствуя, как ей казалось, недовольство остальных, вызванное ее столь высоким статусом.

Засуетившись, Харинов подал Лине руку, помогая взойти на борт.

– Известно ли вам, дорогая Лина, такое понятие, как «перчатки смерти»?

– Конечно, – ответила та с каменным безразличием.

– Тогда вам, наверняка, будет интересно послушать о том, как однажды мне довелось их примерить, помогая составить дактокарту неизвестного.

Камень треснул, и Лина улыбнулась, позволяя увлечь себя в беседу.

Катер «Северная Звезда» отчалил, выходя в холодное море.

15 «Твисты планеты»

Из ежемесячной газеты «Твисты планеты», №6, июнь, страница 2:

Островной гигантизм: правда или вымысел?

«В рубрике "Земля чужая" мы продолжаем публиковать интервью с различными деятелями науки. На этот раз в редакции "Твистов планеты" побывал Альберт Феликсович Баданин, профессор Института биологической систематики имени К. М. Бэра, известный своим экстравагантным научным трудом "Бег в легочных мешках". Беседа, как обычно, проходила в формате вопрос-ответ.

В:

– Альберт, добрый день. Спасибо, что уделили нам время. Давайте начнем с самого простого. Что такое "островной гигантизм"?

О:

– Добрый день, добрый. Грубо говоря, "островной гигантизм" – это феномен. Биологический, разумеется. И в первую очередь он связан с так называемой островной изоляцией. Согласно правилу Фостера, отдельный биологический вид с каждым следующим поколением может увеличиваться или уменьшаться в размерах, находясь в прямой зависимости от ресурсов острова или хищников.

В:

– Уменьшаться?

О:

– Да. Но это уже "островная карликовость": когда из-за недостатка пищи биологический вид становится меньше или попросту вымирает. Зачастую это связано с тем, что в ограниченном пространстве шансы на выживание выше у особей маленького размера. Островные лисицы с Канальных островов, флоресский человек, также известный как "хоббит", – примеров много.