Пацанка

Глава вторая

Небо наливалось сумрачными, однотонными, холодными красками. Морось слегка усилилась, а на крутых тёмных скатах заметно виднелись косые струи дождя. Веял прохладный ветерок. Дорога круто и замысловато петляла и поднималась всё выше и выше. За широкими необъятными полями рисовались красивые пейзажи, где просматривались все краски замечательной, русской осени. На деревьях чуть колыхалась пожелтевшая листва. Здесь же показались дикие пернатые. Они группировались в небольшие стаи, и, казалось, наводили шорох. Они галдели просто бурно и оголело.

Повеял тонкий ветерок. Воздух гулко сотрясли моторы тяжёлой немецкой техники. Колонна, миновав небольшое перепутье, двинулась прямо в деревню. Немецкие танки, и мощные бронетранспортёры плавно и небыстро облюбовали узкую глиняную дорогу и поехали вперёд, пугая своим видом местных собак, пернатых и немногих зевак-сельчан, которые затаились в своих рубленых избах. Бронемашина копчёного цвета под номером «385» громко взревела. Её мощный мотор вновь дал о себе знать. На башне находился пулемётчик Рондо Кишенк. Ему тридцать четыре года. Он коренастый и широкоплечий. У него на голове темнела квадратная каска со свастикой. Лицо медное выражало небольшое напряжение. У него тягомотные угрюмые черты — глаза узкие и глубокие цвета тёмной каменной породы, щёки округлые, где виднелся небольшой шрам на левой скуле, нос плотный и слегка острый, губы сухие и тонкие цвета пудры, а подбородок двойной и непробитый. На развитом теле сидела плотная и гладкая форма и шинель, а ещё маскхалат с широким капюшоном. Стиль виднелся отменный. Все тонкие кожаные ремни строго тянулись к поясу, где висит атласная кобура. В ней таился большой кинжал. Рондо, удобно располагаясь на башне, крепко держался за дальнобойный пулемёт «Мг-42», который был защищён небольшими тёмными стальными щитами. Рондо зорко смотрел по сторонам. Он то и дело щурил глаза и сейчас походил на быструю подводную сущность. В кабине восседали автоматчики. Они порой бегло переглядывались, держа при себе табельное оружие — карабины и автоматы.

Морось разыгралась. Повеял беглый ветерок. Колонна техники быстро растянулась по дороге, которая лежала через посёлок. Немецкие танки «панцерваффе» всколыхнули и взрыли довольно глубоко путевую глину. В округе воздух сотрясся гулко, потому что моторы ревели своеобразно и драматично. По краям дороги кривились невысокие заборчики, которые уже сполна забрызгало глиной и грязью, летевшей из-под тяжёлой техники. В деревушке дома рубленые стояли в ряд, а некоторые строения пребывали в ветхом и брошенном состоянии. В одном огороде возвышалось модное чучело. Его голова состояла из сухой тыквы, а физиономия приобретала вид весьма улыбчивый и нагловатый. Пугало украшала шляпа и пальто. Ему не хватало лишь только ботинок, а так вылитый заморский гость. Вороны не боялись своего странного соседа и кружили неподалёку, как у себя дома. Им пришлись по вкусу семечки, которые уже сыпались из спелого огромного подсолнуха. Вороны, сидя на высоких берёзах, гулко подали свои голоса и резко разлетелись в разные стороны, завидев незнакомцев.

Веял тонкий, беглый ветерок. Морось не спадала. Колонна техники ещё больше растянулась по дороге. На окраинах и обочинах появились устало шагающие гренадёры с оружием в руках. Они порой всё же ровно зашагали по глиняным тропкам меж косых, серых заборов. Все они двигались прямо и вперёд на восток.

В деревушке прохладный воздух сотрясал гул. Дали дикие опоясывали круг. На некотором отдалении от дороги, где пребывали пустыри, одинокие сосенки и огороды, за полутораметровыми деревянными воротами возвышался рубленый невысокий дом. Во дворе ещё пребывал старый амбар, где живут лишь куры. Под навесом таилась ветхая будка, которая по наследству досталось псу Ракете. У него средний размер, голова массивная и ушастая, а морда игривая, — уши большие висячие и сильно оттопыренные, глаза бурые дикие, нос рваный, а пасть клыкастая и никогда не закрывается. Его грудь всегда колесом. Он по жизни задира. Ракета просто игривый и молодой сукин сын. Дома почти не ночует. Он носится по селу и окрестностям, как угорелый. Кобель просто безбашенный. Его и сейчас дома не наблюдалось. А до него в авангардной будке жил пёс Дикий. Он отменный охотник и красавец. У него значилась морда, как у волка, глаза с неподдельным блеском, а шерсть гладкая, серая с переливом. Он прожил до восемнадцати лет и был всегда верен своему единственному хозяину.

Дом во дворе видно, что обжитой. У него крутая треугольная крыша, где на самой верхушке есть круглое маленькое слуховое окно. Печная труба, каменная чуть витая, но дыма сейчас не наблюдалось. Все узкие, небольшие по размеру окна украшали резные ставни. За стёклами виднелись белые кружевные занавески, а кое-где висели плотные ткани, что ничего не видно. Крыльцо небольшое, чуть покосившееся выглядело ветхо, но ладная и надёжная крыша выглядела свежо. Здесь вода по уклону тонкой струйкой постоянно течёт прямо в стальную бочку. Влага вдобавок неслась по вертикальной кованой трубе туда же, а бочка уже переполнилась влагой, которая то и дело стекала по стенкам и образовывала небольшой ручеёк. Земля травянистая уже вдоволь насытилась влагой.

Морось всё не утихала, но свою силу и темп поубавила. В избе просматривалась скромная обстановка. По центру белела большая русская печь. В очаге находился глиняный горшок. Возле окна располагался округлый столик. На нём белела кружевная скатерть. Здесь стоит кувшин и широкая тарелка, в которой краснели большие спелые яблоки. На полу лежал половик в полоску. В большой комнате на крюке висят старинные в виде домика часы с кукушкой, которая иногда выглядывает невпопад. Диван возле стены небольшой, мягкий, цвета акрилового набит обычным сеном. На заметно покосившемся шкафу пылились термометр и радиоприёмник, а на полках томились в тесноте книги разных мастеров. Здесь есть труды малоизвестных поэтов, и зарубежные известные авторы. На стенке красовался большой портрет молодых хозяев дома. Но они уже давно состарились и представились. В доме сейчас живёт дед Поликарп Фокич Акуленко. Ему шестьдесят три года. Он коренастый и широкоплечий. Его рост всего метр семьдесят три сантиметра, а вес около восьмидесяти килограммов. Он ещё выделяется своими большими стопами ног. Он носит сапоги пятьдесят третьего размера. У него медное морщинистое лицо, — глаза широкие глубокие цветом плавленой стали, нос плотный как картофелина, а ноздри широкие, как у жеребца, губы пухлые, а подбородок квадратный. Он завсегда носит и седую небольшую бороду, и усы. На нём сейчас плотно сидела русская широкая рубаха белых тонов и холщовые штаны, а на ногах корпели домашние лапти. Он кузнец по родословной линии. У него отец Фокий слыл кузнецом, и дед Георг занимался исключительно в кузнице. Он всю округу обслуживал. Все лошади и кони носили его подковы. Но когда Георг напивался, то все знали, что лучше к нему не заходить и не знаться. А то один селянин Яша Рогов как-то зашёл к нему в кузницу и сразу сильно ударился головой об наковальню. Его едва отходили. Но он всё же очухался. Георг принёс свои извинения. Он тогда едва избежал сурового наказания, хотя своими кулаками продолжал махать. Георг как-то на празднике села вырубил наглухо пятерых здоровых мужиков. Они просто захотели его избить ради забавы. Но сами напоролись на стальную руку Георга. Он всех раскидал, как дикий вепрь в лунной ночи. Но затем к нему в кузницу пожаловали крепкие сыновья обиженных отцов. Их насчитывалось около десяти. Возле наковальни сразу началась настоящая бойня. Георг получил несколько раз по голове. У него в глазах слегка зарябило. Его крепко схватили за руки и били мощно кулаками и дубиной. Кузнец Георг сильно вздрогнул. У него круто завертелась голова, — в глазах чуть зарябило, нос опух, губы треснули. Георг стал терять сознание. Он, глотнув своей крови, тут же взбесился не на шутку. Он драматично подпрыгнул, как мерин тяжеловес и ногами ударил высокого ухаря Степана Ляхно. Этот тип отлетел в сторону на пять метров, кувырнулся и упал грузно на песок.

Георг же сразу высвободился из крепких оков. Он тут же применил свою дюжую силу рук. Он крепко ударил Ивана Дуба по широкому твёрдому лбу. Этот угрюмый тип, попятившись, тяжело упал на землю и больше не смог подняться. Федул Корыто напугался и выбежал из кузницы. Он длинноногий и несуразный. Его больше не видели. Демид Карась же пошёл в атаку, но получил удар под дых. Он коренастый и суровый. Демид поплыл, но затем сразу пропустил несколько раз увесистых ударов по голове. Он сразу упал как столб и лишился рассудка. Карп Карпов и Игнат Губа молодые щёголи ударились головами. Они упали разом на песок и больше встать не смогли. Они уже выглядели, как пьяные. Георг Акуленко разошёлся не на шутку. Гришу Лысого не пожалел. Этот двужильный тип слыл яростным и мстительным. Он всё же не устоял под натиском кузнеца. Георг врезал ему бадагом по титановому лицу, а затем поднял оппонента над головой и чуть разбежался. Он проломил Гришей деревянную стену. Парень просто вылетел из кузницы, находясь уже в полной несознательности и потерянности. У него вся овальная массивная голова кровью затекла, а кожа местами сильно слезла с порочного узкоглазого лица. Кузнец Георг Акуленко тогда всех одолел. На него больше не залупались. К нему просто боялись подходить. Но дел у него меньше не стало. Его сын Фокий тоже слыл любителем много выпить. Но дело своё знал отменно. Он легко своими мощными ручищами разгибал подковы. Фокий как-то согнул ломик в крендель на глазах неистовых зевак. Ему обильная брага, сивуха и самогон не мешали показывать силу. Фокий прожил до восьмидесяти лет. Он лишь чуть пережил свою любимую пышногрудую жену Ольгу в девичестве Сухареву. Он тогда горько запил. Фокий пил всё, что горит, а затем вечером, когда пошёл отлить, грузно свалился в коридоре. Он больше не поднялся. Он страдал эпилепсией. Его роковой приступ продолжался недолго. Но пены он напустил много на ковёр.

Небо томилось в сумрачных красках, от которых всё сливалось воедино. Морось не спадала, а лишь только усиливалась. Со стороны рек и веял беглый ветер. В деревне воздух гулко сотрясался от немецкой техники, которая всё ползла по глиняной дороге и по поселковой узкой улочке. Здесь же неровными рядами шагали истинные гренадёры и солдаты вермахта, вооружённые до зубов.

Веял тонкий ветерок. В доме от движения тяжёлой техники и высоких децибелов чуть задрожал пол, и дрогнули стёкла. По ним плавно ползли струйки и капли влаги. В форточку задувал лёгкий, освежающий ветерок. Дед Поликарп Акуленко плотно прижался к стенке и чуть отдёрнул лиловую занавеску на окне с северной стороны. Он сразу слегка прищурил волнительные глаза. Поликарп значится старостой деревни и всё знает про всех. Он умеет читать и даже постоянно выписывает газеты. Он сейчас воспитывал в одиночку внучку Сашу.

Поликарп тридцать пять лет назад разошёлся со своей видной женой Златой. Она симпатичная, но дерзкая дама. У неё обильное, но грациозное тело, а грудь седьмого размера. Она обожала модничать. В городе как-то так сложилось, она познакомилась с каким-то билетёром Силантием Кровушкиным в кинотеатре «Салют». У них сразу возникли отношения и жаркие любовные утехи. Их любовные игры повторились через несколько дней. Поликарп узнал про измену и крепко ударил жену с пылу. Он наградил её отменной жгучей пощёчиной. Злата зашипела как змея. Она разбушевалась не на шутку и тут же собрала свои вещи в свой широкий золотистый чемодан. Но всё её убранство не вошло. Злата от злости просто порвала многие дорогие одежды. Она даже не смогла закрыть свой чемодан, а все вещи вывалились на пол. Она, постоянно руками утирая слёзы, горько зарыдала. Но всё же нашла в себе силы выйти из дома. Злата не забыла крепко хлопнуть дверью. Она женилась на видном пижоне Силантии и родила ему ребёнка. Его назвали Пашей.

Поликарп в тоже время даром не терялся. Он завёл себе любовницу Марфу, что значит боевая подруга. Она видная гламурная пышка. У неё значилось лицо как у ангела, а грудь дыбом, большая, пятого размера. Она любила распускать свои густые русые до пояса волосы. Марфа оказалась настоящей боевой подругой. У них сложились жаркие любовные утехи и крепкие совокупления в жаркой бане. Она через девять месяцев родила дочь, которую назвала Диной, что значит бойкая и неугомонная. Кроха росла не по дням, а по часам и стала истинной статной красавицей. Дина, находясь в самом соку, обрела рост метр восемьдесят сантиметров, а вес семьдесят девять килограммов. Она стала сочная и грациозная как мама. Её гламурное белое, округлое лицо завсегда выражало лёгкость и странную весёлость. Дина часто ухаживала за своими русыми, густыми, до пояса волосами. Она обожала их крутить в косу. Её черты лица воодушевляли, — глаза большие прямые бирюзовые, нос прямой греческий, губы полные, а подбородок гладкий. Дина занималась аэробикой и выглядела подтянутой. Её плечи сидели ровно, шея тонкая, но развитая живо крутилась, пояс складывался идеально, как и икристая пятая точка, ноги стройные от ушей сияли как сусальное золото, грудь третьего размера упругая прямо пышила, а соски ярко-розовые острые всегда твердели. Она слыла модницей и даже пару раз прошлась по подиуму в мини-бикини. За ней бегали парни табунами. Но Дина всех отшила. Она училась в городе в университете на агронома. В парке, где играл оркестр, Дина познакомилась с геодезистом Виктором Щёголевым. Она сразу положила глаза на видного, светловолосого, стройного и накаченного парня. У него значилось приятное лицо, а все черты симметричные, — глаза прямые и волевые цвета аквамарина, нос прямо, а губы полные и улыбчивые. Виктор слыл большим спортсменом. Он прыгал с большой вышки в воду и брал медали на чемпионатах Советского Союза. Он часто участвовал и в международных соревнованиях. Но парень неудачно подвернул ногу и долго не выступал. У него появился лёгкий нервный срыв и жуткая депрессия. Витя даже обратился за помощью к психотерапевту. Он стал тайком много выпивать. Но до этого момента всё было прекрасно.

Виктор сделал предложение руки и сердца своей избраннице. Марфа не отказала истинному спортсмену и красавцу. Они поженились и сразу укатили в Ялту на личном автомобиле. На курорте у них сложился красивый медовый месяц. Любовь не прекращалась несколько дней. Они жарко совокуплялись, где придётся. Молодые люди делали это на пляже, и в отеле, и в бане, и даже в личном автомобиле. Страсти не утихали ни на секунду. Они придались любви даже в саду на скамейке в вечерние часы, где быстро раздели друг друга. Молодожёны сладостно поцеловались в губы в засос. Марфа искусно крутила языком, начитавшись французских книжек, а Виктор это явно оценил. Его забавляли тонкие касания языком во рту. Он в свою очередь тогда, как бык навалился на девушку и был страстен и неудержим. Вся его мощная плоть напряглась, рельефный торс показал свою красоту и силу, а мускулистые руки крепко натужились. Марфа ласкала молодого жениха руками, как могла. Она отдавалась целиком и полностью, цепляясь за него своими оголёнными ногами. Виктор то и дело крутил знойную оголённую милашку на коврике, и был жаден до любви. Его возбуждённый орган достиг двадцати пяти сантиметров и вызвал у девушки большой восторг и много криков. Витя, прямо бросив милашку на живот, мигом прильнул своим возбуждённым передком к её аппетитной икристой пятой точке. Он стал двигаться как зверь в лунной ночи в густом бурьяне. Марфа же, стоя на четвереньках, сильно изводилась, боролась с жаром и вновь и вновь насыщалась обильным семенем. Она громко кричала, словно рычала львица. Витя же себя не помнил. Он рьяно двигался и был ненасытен. Их страсти не утихали до утра, а охи и вздохи гулко сотрясали воздух.

Марфа забеременела и через девять месяцев родила дочку. Она нарекла её именем Александра, что значит мужественная защитница. Саша росла крепкой и красивой девушкой. Она умело схватывала все знания налету. Саша быстро научилась, и писать, и считать. Она даже стала проявлять живой интерес к иностранным языкам, а время текло вперёд. Саше исполнилось шесть лет. Она уже всех родственников поражала своей красотой, умом и величием. Но затем случилась трагедия.

Виктор потерял интерес к спорту. Его свёрнутая нога заболела ещё больше. Он не смог прыгать с трамплина в воду. Все соревнования стали проходить без его участия. Он впал в депрессию и стал много выпивать. Но затем собрался с духом и помирился с женой. Витя сильно с ней разругался из-за пустяков. Но они вновь сошлись и решили ехать на отдых. Но молодожёны Александру с собой не взяли. Они оставили её на поруки деда.

Витя словно обезумел. Он на серпантине разогнал свой личный автомобиль до невероятной скорости. Марфа, наблюдая за шальным мужем, одичала. Она широко открыла глаза и сразу закрыла их руками, моля, чтобы муж остановил свой быстрый болид. Но Витя жал на педаль газа. В него словно бес вселился. На крутом повороте он не справился с управлением. Его автомобиль выехал на встречную полосу, где встретил преграду и тут же вылетел с дороги. Кабриолет завис в воздух не пару секунд и мигом полетел с крутого уступа в каменную бездну. Автомобиль, миновав большую высоту, рухнул днищем на камни. В сторону сразу отлетели все колёса и стёкла. Кузов жутко смяло и круто прогнуло. Кабриолет вдобавок понесло с крутого уступа и стало молотить об камни. Витя угробил себя и прихватил с собой Марфу. Ему моментально переломило хребет в нескольких местах и сильно досталось голове. Его рёбра прямо вылетели наружу. Он от первого же удара мигом скончался. Марфе прилетел сильный удар в челюсть. Она сильно ударилась головой об дверку. Её кровь сразу брызнула широкой струёй и далеко распылилась. Марфа почти стразу после первого удара перестала дышать и мигом отключилась навсегда. Под ней появилось много крови. Молодожёны погибли в жуткой автокатастрофе.

Дед Поликарп, узнав такие вести, чуть не лишился разума. Он на некоторое время лишился дара речи. У него появился нервный тик над правым глазом. Он ушёл в себя и долго бродил, как призрак по огороду. Поликарп не знал, за что взяться. Он сходил с ума. Он, как будто не подавая виду, сильно страдал. Поликарп порой стоял на месте по часу, как огородное чучело. Для него всё вдруг обрушилось. Он даже подумал, не наложить ли на себя руки. Но всё же быстро передумал. Родная внучка Александра находилась рядом и заметно украшала его досуг и быт. Он ничего не сказал Саше. Он промолчал. Поликарп лишь сказал, что её родители к нам долго не приедут. Такие, мол, дела. Они сильно заняты… Дед промолчал о трагедии. Он не хотел травмировать девочку. Но потом всё же сказал, когда настал нужный момент. Александра уже заметно повзрослела. Ей на тот момент исполнилось пятнадцать лет. Она родилась в месяце июне. Двадцать третьего июня Саша увидела этот белый свет и уже справило своё семнадцатилетние. У неё невысокий рост всего один метр семьдесят пять сантиметров, а вес шестьдесят пять килограммов. Лицо округлое, ангельское всегда наполнено некой радужностью. Саша носит длинные, русые, густые волосы. У неё больше мамины черты лица, а очи папины, — глаза миндалевидные большие выразительные, где всегда бурлит гейзер и водопад, нос небольшой уголком, как у мышки-норужки, губы алые бантиком, а подбородок угольный. У неё есть малозаметное родимое пятнышко, как точка на правой щеке. Ей такая особенность придаёт особую красоту. Саша развитая по природе. У неё сильная развития шея, фигура статная, а ноги стройные. Она обладает небольшой грудью. Её упругие «лимончики» завсегда слегка топорщатся, а соски как стрелки.