Расплата за любовь

Глава 14. Жизнь по плану

Жизнь действительно шла как по намеченному кем-то свыше плану, тихо, мирно и спокойно.

Учиться на врача Анна все же не пошла. Самое главное сейчас — обрести самостоятельность и научиться жить отдельно. Пусть отчим порадуется, что избавился от нее.

После учебы до вручения диплома девушек с их курса распределили в городскую больницу. Им предстояло прохождение практики, можно было посмотреть, из чего на самом деле состоит работа медсестры.

Будущих выпускников в холле больницы встретил пожилой главный врач Иван Иванович. Анне он сразу понравился. Она увидела над его головой доброе облако в форме улыбающейся тучки и подумала, что Иван Иванович очень хороший и добрый человек.

Но к ее огромному огорчению Иван Иванович, поздоровавшись и произнеся приветственную речь, тут же ушел, перепоручив девушек заведующему терапевтическим отделением Василию Ивановичу. Конечно, зачем большому начальнику заниматься младшим медицинским персоналом. У него свои дела, служебные.

Для начала их провели по отделению, показали палаты, где лежали больные и готовились к выписке выздоравливающие, а потом познакомили с постом медсестры, находившимся тут же, на этаже.

На посту броская красивая брюнетка с высокой грудью быстро перебирала папки с документами. Аня первая подошла к ней и приветливо поздоровалась.

— Ты новенькая? — спросила у Ани брюнетка, с отвращением отбросив надоевшие папки с бумагами. Она заметно обрадовалась возможности ненадолго отвлечься.

— Да, нас к вам на практику прислали. Я — Аня, колледж заканчиваю.

— Меня зовут Анжела. Обращайся, если что нужно, — вежливо улыбнулась ей девушка.

Девушка была доброй, об этом говорило оранжевое облачко вокруг ее головы.

— Если все пойдет хорошо, и тебе самой здесь понравится, то будешь работать в нашей больнице. Она у нас в городе самая главная, — обнадежила практикантку Анжела.

— Наверное, нужно еще, чтобы я вам понравилась, — скромно дополнила ее Анна.

— Не парься, ты нам уже нравишься, — Анжела улыбнулась широкой обезоруживающей улыбкой.

Работать в больнице Ане понравилось. В их терапевтическом отделении не было тяжелобольных, а выздоравливающие любили поговорить «за жизнь» и рассказать сестричкам все городские новости.

Часто Аня выслушивала байки больных о своей родне, детях, мужьях, внуках и правнуках. Много жаловались на несправедливость жизни и цены в магазинах, попутно сетуя на почки, на сердце, на печень и на все остальное.

Аня с удовольствием их выслушивала и сочувствовала, ставила капельницы, разносила лекарства.

Будущих выпускников колледжа частенько использовали как бесплатную прислугу для того, чтобы носить кофе и чай из буфета врачам в ординаторскую.

Врачи, затевая в неурочное время чаепитие, особенно побаивались главного Ивана Ивановича. Часто они обращались к Ане с просьбой постоять на шухере или предупредить заранее о скором приходе строгого начальства.

— Ты со всеми врачами дружи, — дала ей совет Анжела. — В будущей работе это может очень сильно пригодиться. Врач — это царь и Бог.

Больные Аню тоже любили и говорили, что еще не видели таких внимательных медсестер, благодарили за заботу и совали в карманы белого халата шоколадки.

Один из больных, Семен Семенович, к которому Аня относилась особенно трепетно, первым сказал ей о том, что она беременна.

Облако над его головой темнело при ярком свете, становясь почти совсем черным. Аня поняла, что осталось ему недолго.

Она была бы очень рада, если бы ошиблась. Но лечащий врач подтвердил ее опасения, когда Анна напрямую его спросила.

— У каждого врача есть собственное кладбище, — грустно сказал он. — Это издержки нашей профессии.

Анна принесла больному лекарство и заботливо поправила одеяло. И тут Семен Семенович неожиданно сказал:

— Ну, Анечка, скоро вы нас, похоже, оставите.

— Почему? — удивилась Аня.

— А зачем вам старики нужны, такие, как я? — лукаво подмигнул Семен Семенович. — У вас вон скоро совсем молоденькие появятся. Я хоть успею дожить, фото покажете?

— Да что вы такое говорите, Семен Семенович? — смущенно улыбнулась Аня.

Она подозревала, что беременна, но наверняка еще не могла сказать. Но Семена Семеновича лучше обнадежить, и она радостно сказала:

— Да, Вы правы. Извините, не хотела Вам говорить раньше времени. Конечно, успеете, куда вы денетесь? Будете жить еще долго, и детей вам покажу, а может быть, и внуков.

— Не лукавьте, Анечка, — грустно сказал больной. — Я знаю, и вы знаете, что уже совсем недолго мне осталось.

— Это только Богу может быть известно. И, если у меня с малышом все пойдет хорошо, буду работать до конца, пока меня не выгонят. Я люблю свою работу и до последнего Вас не оставлю.

Поняв, что сболтнула опасную двусмысленность, Аня тут же сменила тему:

— Жалко, конечно, что в работе придется перерыв сделать.

— Жалко, когда маленьких в доме нет, семья неполная. А перерыв в уходе за больными — такая малость по сравнению с вечностью. Дело-то святое — новых людей на свет выпускать. Только настоящие герои на такое способны, героини!

— Только никому не говорите, Семен Семенович, — попросила Аня. — Я и сама еще толком не знаю, не уверена. Да у нас совсем недавно свадьба состоялась, мы только поженились.

— Не скажу, — заверил больной. — А за меня не беспокойтесь, выживу всем врагам назло и обязательно увижу вашу девочку, хотя бы на фотографии.

Глава 15. Семейное счастье

Анна еще не окончательно отказалась от желания в будущем стать врачом и планировала подавать документы в институт, но поняла, что Семен Семенович оказался прав.

Ее тошнило по утрам, и чувствовала она себя плохо.

Хорошо еще, что успела закончить колледж и отработать практику, а то совсем было бы неправильно, если бы ушла в декрет сразу после окончания учебы.

— У Бога всегда все вовремя, — вспомнила она недавно кем-то произнесенную фразу.

Интересно, согласится ли с ней отец ребенка, когда она ему обо всем расскажет.

Вечером они сидели с Алексеем на его продавленном диванчике в его тесной и обшарпанной квартирке.

Анна набрала воздуха в легкие и начала трудный разговор.

— Леша, я должна тебе сказать. Только не знаю, обрадует ли тебя такое известие.

Алексей насторожился и забеспокоился.

— Ну, говори уже, не тяни. Может, я тебе надоел, ты меня уже бросить хочешь?

Анна как можно тише вымолвила:

— Леша, я, кажется, беременна. Вернее, не кажется, а точно. Я делала УЗИ у нас в больнице. Уже двенадцать недель, три месяца.

Вопреки ее опасениям и страхам Алексей очень обрадовался.

— Ну, вот и отлично. Я был прав, когда искал хорошую жену. Первая часть нашего плана по созданию счастливой семьи успешно претворяется в жизнь.

Анна счастливо засмеялась и нежно его обняла.

— Ты же двоих хотел? — улыбаясь, спросила она.

— Нет, это ты двоих хотела — мальчика и девочку. Лично я хочу четверых как минимум.

— Что, так сразу?

— Можно не сразу, можно по очереди, одного за другим. А чего тянуть? — шутливо ответил Алексей.

Ане понравилось его настроение, она не была столь оптимистично настроена.

Нужно делать все по порядку, пусть сначала первый ребенок родится. Только бы все хорошо было, и малыш родился здоровеньким. А уж когда вырастет и пойдет в школу, тогда можно подумать и о другом.

— Будем молодыми родителями! — радостно сказал Алексей. — Отстреляемся, а потом вся жизнь впереди! Не каждому такое счастье улыбается.

Коллеги по работе узнали о беременности только поздней осенью, когда Анин живот стал похож на круглый мячик. Анжела спросила:

— Не рано ли вы, молодые жены, начали детей делать?

— У Алексея большие планы по созданию большой счастливой семьи, — шутливо ответила Анна.

— Ну, вы только посмотрите! У всех планы, а работать кто будет?! — так же шутливо ответила Анжела. — Я еще с тобой только подружилась, а ты уже планируешь меня оставить.

— Анжелочка, мы будем встречаться и вне стен больницы, не переживай, — успокоила ее Анна. — Ты же моя самая дорогая подруга. Единственная!

Все время, пока Анна вынашивала ребеночка, Алексей сдувал с нее пылинки. Он никогда не отпускал ее одну, каждый раз посещал с ней врача, интересуясь каждой деталью протекавшей по плану и без осложнений беременности. А когда на всякий случай Анну положили на сохранение, каждый день приходил и приносил фрукты и собственноручно приготовленные суп и котлеты.

— Ну, зачем ты меня балуешь, Леша? — спрашивала Анна. — Здесь у нас отличное питание, к тому же все знают, что я медсестра, поэтому и отношение ко мне особенное. Город-то маленький, все друг друга знают.

— Мне как-то абсолютно все равно, что подумают другие люди. Лишь бы тебе хорошо было, — сказал Алексей.

— Не озадачивайся так, — попросила она. — Ты и на работе работаешь, и машины чинить успеваешь, и супчики варишь. Для мужчины это как-то чересчур.

— Это счастливые хлопоты, — сказал Алексей, — они меня радуют.

На самом деле Ане было безумно приятно, что жизнь их молодой семьи во многом напоминает безоблачное семейное счастье мамы и папы.

Рожала Анна очень тяжело — роды продолжались восемнадцать часов.

— Боже, неужели это никогда не кончится? — думала она, лежа на столе в родильном зале.

— Такой маленький ребенок, а столько мучений!

Схватки обрушивались на нее страшными волнами, причиняя неимоверные страдания и дикую невыносимую боль.

— Чтобы я еще когда-нибудь решилась на такой подвиг?! Да ни в жизнь! — твердо пообещала сама себе Анна.

И тут, после раздирающей внутренности очередной волны непереносимой боли, раздался чей-то еле слышный писк.

— Девочка! — радостно воскликнула акушерка.

Врачи забрали маленькое розовое пищащее сокровище, что-то с ним сделали, а потом положили Ане на живот.

Анна приподняла голову, чтобы лучше рассмотреть маленького человечка. Дочка не показалась ей красавицей, она родилась красной и сморщенной. Зато она увидела над крошечной головкой маленькое перламутровое облачко.

— Ну вот, еще одна из наших! Какое счастье, что это мучение наконец закончилось. Больше ни за что и никогда! — подумала Анна.

Ее перевели в отдельную платную палату. Алексей звонил в больницу несколько раз в день.

— Что ты кушала? Как у тебя с молоком? Сколько раз кормила малышку? Как она покушала? На сколько она поправилась?

Аня едва успевала отвечать на миллион вопросов.

Девочка родилась совсем маленькая, меньше трех килограммов, и вес набирала плохо.

По вечерам Алексей ходил под окнами роддома, просил показать девочку. Анна показывала ему через окно конвертик из одеяла, молодой отец глупо и счастливо улыбался.

Анжела самая первая прискакала в роддом, чтобы поздравить Анну и посмотреть на девочку. Все три корпуса находились недалеко друг от друга — центральная больница, детская больница и родильный дом.

В белом больничном халате, накинутом поверх короткого платья, Анжела показалась Ане стройной школьницей.

Аня поймала себя на том, что чувствует грусть и немного завидует стройной талии подруги.

— Похоже, что моя фигура теперь никогда не станет прежней, — грустно сказала она.

— Да не переживай, ты тоже не сильно поправилась, — попыталась успокоить подругу Анжела. — Зарядочку поделаешь, и быстро вернешься в норму.

Анна держала на руках малышку, любуясь еще не полностью раскрытыми глазками-щелочками.

— Если бы мне кто-то сказал, что у меня родится такая чудесная малышка в тот год, когда умер папа, я ни за что бы не поверила. Я думала, что счастье для меня уже невозможно, — задумчиво сказала Анна подруге. На глаза у нее навернулись непрошеные слезы.

— Да ладно, я тебя как первый раз увидела, сразу поняла, что ты самая счастливая девочка в мире. Таким Бог освещает дорогу, — сказала Анжела.

Она весело воскликнула:

— Не кисни! Честно скажу, Аня, вот сколько видела в жизни пессимистов, ты из них самый безнадежный.

Она схватила кулечек с розовым бантом и восторженно воскликнула:

— Ой, по-моему, у нее глазки небесно-голубые. Ой, какие красивые! Глазки голубые, и даже радужка голубая, чуть посветлее. Никогда не видела таких красивых младенцев.

— Да глазки еще сто раз поменяются. Не поменяется только одно — это точно девочка, дочка, доченька. Так чудно…

— Не чудно, а настоящее чудо! — поправила ее Анжела.

Анна готова была не спускать девочку с рук. Теперь, когда все самое страшное осталось позади, ее заполняла огромная радость, постепенно пришедшая на смену воспоминаниям о боли и муках.

Как другие женщины говорят о послеродовой депрессии, если от крошечного существа столько счастья? Если он рождается от любви и похож на сотворенное Богом чудо?

Самое большое счастье на свете — это дочка! Настоящее маленькое сокровище.

Она уже напрочь забыла о своем обещании «больше ни за что и никогда».

Глава 16. Я не филолог, я — папа.

В день выписки из роддома муж с утра позвонил и сказал, что он и мама ждут ее в приемном покое. Собрав свои вещи и попрощавшись с врачами, Анна вышла к ним и сказала, что медсестры сейчас вынесут ребенка.

Муж и мама обняли Анну с двух сторон, они не могли сдержать эмоций, и плакали.

Конвертик с малышкой вынесли через пару минут, Алексей вручил медсестрам большой букет белых роз и огромный красивый торт.

— Спасибо вам и за жену и за дочку! — сказал он.

— Растите здоровенькие! — ответили благодарные медсестры. — Приходите к нам еще!

— Обязательно! — засмеялся Алексей.

Во дворе родильного дома стоял тот самый недавно купленный белый «Мерседес».

Алексей бережно усадил Анну с малышкой на заднее сиденье и пристегнул ремнем безопасности. Мама села рядом с водителем.

— Я только до вашего дома доеду, подниматься на этаж не буду, — сказала мама, — вы там наслаждайтесь своим счастьем, а мы с Андреем Вадимовичем попозже придем, проведать малышку.

Всю дорогу до дома Алексей оглядывался, пытаясь рассмотреть конверт с девочкой.

— Ты больше на нее смотришь, чем на меня, — с оттенком ревности в голосе сказала Анна.

— Да ладно, я вас обеих очень сильно люблю, — поспешил успокоить ее Алексей.

Счастливая Анна удовлетворенно откинула голову на подушку сиденья вместительного «Мерса».

— Я уже даже кроватку купил, — похвастался Алексей. — Сейчас все увидишь своими глазами.

Все происходящее казалось Анне чудом, свалившимся на нее за неизвестно какие заслуги.

Молодые положили малышку в кроватку и никак не могли на нее насмотреться. Они оба могли простоять так, возле детской кроватки, целую вечность. Казалось, они боялись даже дышать в присутствии маленькой девочки.

Анна сильно переживала — в роддоме за малышкой помогали ухаживать медсестры, уносили ее на ночь, чтобы Аня могла поспать. А теперь предстояло осваиваться со всеми премудростями в одиночку. Ей было страшно и казалось, что она никогда не научится правильно обращаться с дочкой.

К счастью, девочка почти все время спала, ее было не слышно и не видно. Каждый раз ночью Алексей, услышав едва слышное попискивание, будил Анну и она кормила дочку. Похоже, что он совсем перестал спать по ночам.

Он действительно оказался очень хорошим отцом, заботливым и ответственным. К их приезду из роддома все было готово — и кроватка, и коляска, куча всяких прибамбасов. Бутылочки, соски, пеленки, и даже зимний комбинезон.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.