– Ты поняла меня? – его рык сквозь зубы заставил повара посмотреть в нашу сторону и нахмуриться.
– Да. Все предельно ясно.
– Надеюсь.
Каждое его слово – плевок. Все в нем вызывает раздражение и отторжение. Вот и сейчас, стоит ему выдавить из себя этот набор букв и развернуться, чтобы уйти, меня откровенно передёргивает от неприятия. Однако мне приходится брать себя в руки, потому что от моего поведения зависит, будет ли моя ночь сегодня спокойной.
***
– Брук, скажите, пожалуйста, а чем вы занимаетесь?
Вечер плавно перетекал в более непринуждённую обстановку. В более непринуждённую и в более пьяную. Мужчины уже достаточно выпили и теперь во весь голос травили похабные шутки, не обращая внимания на женщин за столом. Дамы же предавались светским беседам за бокалом вина, но я не сделала ни глотка алкоголя. Мне нужна трезвая голова.
– Вы имеете в виду хобби? – перевожу взгляд на юную девушку, которая пришла с самым старшим из акционеров. Ей от силы можно дать не больше двадцати.
– Нет, работу.
– Оу, – выдерживаю неловкую паузу и упираюсь зрачками в ее яркие синие глаза. – Я не работаю.
– А какое хобби тогда?
– И хобби нет.
– Странно, – девушка хмурится и стопорится взглядом на моем муже. – Я заметила, что вы не пьете весь вечер. И бледная очень. Простите мне мое любопытство, – но по ней видно, что как раз-таки прощение мое ей и не нужно, – но неужели в вашей семье будет долгожданное пополнение?
Ее вопрос выбил весь скопившийся в груди воздух. Я резко начинаю кашлять, но не могу совладать с эмоциями. Каждый раз, когда разговор заходит к детям, я рассыпаюсь на части.
– Нет, – хриплю в ответ, пока все за столом постепенно начинают возвращать нам внимание. – У нас не будет пополнения.
– Но как же? Да?.. А мне показалось… – она манерно закатывает глаза, а мне хочется бросится и повыдирать все ее белесые патлы, что струятся локонами по худым оголенным плечам. – А вы хотите деток, Брук?
Я буквально выжигаю эту стерву глазами. Та то и дело бросает взгляд на моего мужа, а затем на меня, словно что-то знает. И это меня дико пугает.
– Так хотите?
– Хочу.
– Вам надо родить. Такому мужчине, как ваш муж, – она стреляет в Брайана своими зрачками цвета моря, а после кокетливо ведёт плечом, пока ее спутник выкуривает очередную сигару на заднем дворе. – У вас получились бы красивые дети.
– Спасибо, Линда, мы подумаем над этим, – Брайан пытается перевести тему из опасного русла в более надёжное, но меня уже закоротило. Одна фраза. Одно короткое слово. И внутри меня вспыхивает что-то бесконтрольное.
– Вот мы тоже думаем о детях. Только сначала я планирую украсить свой пальчик, – она кокетливо ведёт безымянным пальцем левой руки из стороны в сторону, – огромным доказательством нашей любви. – Хохочет. А меня разворачивает изнутри. – Но вы в браке уже сколько? Три года? Пора бы. Я бы ещё поняла, что вы строите карьеру или что-то в этом роде. Но вы, Брук, домохозяйка. Вам можно и нужно рожать.
– А может дело не во мне? – мой голос хрипит, но при этом сочится такой ядовитой злобой, что все за столом моментально притихли. – Может это Брайан не хочет детей?
– Брук… – нахождение мужа рядом в обычный день никогда не позволило бы мне сказать про него хоть слово. Но сейчас, когда вскрыли мою самую больную и кровоточащую мозоль, я больше не могу себя контролировать.
– Брайан? Не хочет? – девчонка, имя которой я даже не старалась запомнить, посмотрела на меня, как на ничтожество. Так же, как смотрит на меня мой муж. – Да что вы? Почему-то недавно от него мы слышали совсем другую версию событий.
– И какую же?
– Что вы не хотите обременять свою жизнь дополнительной ответственностью.
Это выше моих сил. Чувствую, как мои глаза начинает печь изнутри, потому что слезы обиды грозятся вылиться наружу и утопить здесь все к чертям собачьим. Резко отодвигаю стул и поднимаюсь из-за стола.
– Куда ты собралась? – шипит Брайан. – Живо сядь на место!
– Прошу меня извинить. Мне нездоровится, – разворачиваюсь и встречаюсь с серыми глазами, полными ярости и обещания запоминающегося вечера. – Приятного ужина.
Десять пар глаз смотрят на меня, а мне тошно находиться среди них. Внутри зреет такая эмоциональная буря, что я боюсь просто с ней не справиться.
– Брук, – стоит мне развернуться, как заносчивая девица снова окликает меня, заставляя снова посмотреть ей в лицо. – Слышала, что ваш отец совсем плох. Сочувствую.
Сжимаю кулаки, что ногти впиваются в кожу с такой силой, словно шрамы оставят. Выдавливаю из себя нечто похожее на улыбку, киваю и ухожу в свою комнату, оставляя всех этих лицемеров вариться в луже собственного дерьма.
Не знаю, сколько проходит времени, когда дверь в мою спальню медленно открывается. Сегодня я даже не стала ее закрывать, потому что меня бы это не спасло. Если Брайан хочет устроить акт возмездия, то ни замки, ни столы не являются для него преградой. Я знала, что он накажет меня. Ему плевать на провокации, которыми меня намеренно тянули на дно. Ему важен результат. А сегодняшний наш итог – ослушание.
Устало поднимаю глаза на безэмоциональную маску Брайана Крауца. Но на то она и маска, чтобы слетать в подходящий момент.
– Встань, – его пьяный бас разносится по помещению, заставляя мои нервы сжиматься в тугой комок. Я прекрасно знаю, чем все закончится. И кто-то скажет, что я могла промолчать. Но поверьте… Не могла.
Поднимаюсь с кровати, натягивая на себя рукава шерстяной кофты. Встаю перед ним, не в силах более пошевелиться. Фантомная боль уже начала просачиваться через все рецепторы, разгоняя ужас по венам, но когда тяжёлый кулак с глухим стуком осел на моем животе, то все, о чем я до этого думала, ушло на задний план. Сейчас мы снова втроём: я, он и беспроглядный и лютый страх.
Глава
8
Our Demons – The Glitch Mob
Наши дни
Брук
Выскакиваю из дома сразу же, когда его машина отъезжает от ворот. Плотнее натягиваю на лицо капюшон толстовки. Медленно спускаюсь по ступеням, превозмогая боль в боках и спине, и выхожу на залитый солнцем двор. Оглядываюсь по сторонам, натыкаясь на своих неизменных сторожевых псов в виде вороха охраны, призванных следовать за мной по пятам, куда бы я не направлялась.
– Доброе утро, миссис Крауц, – проговаривает один из молодых новобранцев, недавно пополнивших штат церберов моего мужа. – Куда направляемся?
– А доброе ли оно?
Голос хрипит, выдавая с потрохами мое состояние. Ловлю сквозь темные линзы солнцезащитных очков пристальный взгляд молодого мужчины.
– С Вами все в порядке, Брук?
– Все исключительно как обычно, – отвожу глаза в сторону, будто боясь, что парень прочитает мою ложь даже сквозь преграду. – Простите, не запомнила Вашего имени.
– У меня не было возможности представиться. Меня зовут Мэтью, миссис Крауц.
Выбивает из меня кислород только одно его слово, сказанное в этом предложении. Я не слышала уже годы имя, которое до сих пор заворачивает все мои чувства в один сплошной оголенный клубок нервов. Возвращаю взгляд на высокого мужчину с каким-то необъяснимым магнетизмом, который был присущ и моему Мэтью. Лавина дичайшей тоски поглотила нутро, провоцируя на очередные бесконтрольные слезы. Но я больше не плачу. Со мной столько дерьма произошло, что выработался иммунитет к такого рода проявлению эмоций.