Мои одноклассники придумали не одну зловещую байку про этот туннель. Заседанием совета нашего класса мы сошлись на версии о том, что там водятся призраки погибших шахтеров, копавших туннель.
До весны смельчаков не находилось. А когда там подсохло, было решено испытать на ком-то всю мощь потустороннего мира. Слабое звено было выявлено с помощью игры «Камень, ножницы, бумага». Им стал Митька Царев. Худощавый смуглый паренек. Он жил недалеко от школы, но ходил с нами за компанию до конца линии, чтобы не пропустить что-то интересненькое.
Митька стоял на входе в туннель. Было пасмурно, и дул сильный ветер, который, попадая в подземный лаз, завывал внутри, чем наводил еще большую жуть.
– Мить, ну давай! – кричала толпа заинтригованных юнцов.
Лица на нем не было, он стоял как вкопанный прямо перед туннелем. Процесс ускорил Данила, который подбежал и подло толкнул мальчишку внутрь. Митька сделал пару шагов и остановился. Мы ждали, что сейчас появятся призраки или какие-нибудь вурдалаки и разорвут Митьку на части.
– Мне страшно, – выглядывая из-за моего плеча, прошептала Женька, ей явно не нравилось происходящее, но в игре «Камень, ножницы, бумага» в нашем классе равных бы ей не нашлось. Женьке не грозила участь Митьки.
Заморосил дождь.
– Мить, ну ты там чего? – крикнул Данила
– Я тебя убью, понял? – сквозь зубы процедил Царев и пошел.
Сначала медленно, затем ускоряя шаги. Мы видели лишь его очертания. Черный человечек на фоне света в конце туннеля.
Митька побежал. Девочки ахнули. Парень выбежал на той стороне и начал там радостно прыгать. Сегодня Митька – действительно герой дня.
Мы решили, что время трусости прошло, и пошли за ним. Первым отправился Никита Вагонов. Он был самым здоровым из нашего класса. Хитрый Данила решил, что если вурдалаки нападут на нас, то их первой жертвой станет аппетитный Никитос, а мы успеем убежать. Вслух же он сказал, что Никитос – наш спаситель и должен идти первым.
Я зашел в туннель. Женька двумя руками держала меня за локоть, и, чем дальше мы заходили в темноту, тем сильнее она сжимала мою руку.
– Жень, мне больно.
– Виталя, мне страшно.
– Не дрейфь, Никитос – самый вкусненький для вурдалаков, – раскрыл я ей коварный план Данилы, но она не сильно воспряла духом.
Когда оставалось метров 30 до конца, Данила, шедший последним, заорал что есть мочи. Все побежали. Я тоже. Никто не огладывался. Было очень страшно. Нас встретил переживающий Митька. Данилы не было.
– Что, его сожрали призраки? – волнительно спросила Женька.
Мы смотрели в темноту, но после туннеля еще непривыкшие к свету глаза ничего не видели. Напряжение росло.
Вдруг оттуда с диким воплем и машущий руками вылетел Данила, изображающий монстра, а затем начал ржать как не в себе.
– Придурок! – выдавил из себя я и отвесил смачного леща продолжающему ржать Даниле.
Дождь прекратился. Выглянуло солнце.
– Смотрите, радуга! – радостно выкрикнула молчавшая все это время Катя.
Действительно, радуга была невероятной красоты и завораживала.
Мы засмеялись и побрели в сторону дома. Там меня ждало ученье, свет и мама, которая после работы будет проверять сделанные мной уроки. Эти чертовы палки и крючки.
ГЛАВА 4
Однажды после школы мы встретили Леху и его друга Штыря. Не знаю, как его звали на самом деле, но этот лысый паренек в спортивном костюме пояснил, что у каждого авторитетного пацана должно быть прозвище, вызывающее ощущение опасности и уважение.
– А у тебя какое прозвище, Лех? – спросил я.
– Не твое дело, шкет.
Штырь заржал во все свои желтые зубы.
– Алексей у нас «Три Алексея», – пояснил Штырь.
– Почему?
– Ну как почему? Алексеев Алексей Алексеевич. Три Алексея.
– Как-то опасно звучит.
Опасность прилетела в виде леща.
– Понял теперь?
– Ага. А ты почему Штырь?
– Секрет фирмы. Пошли, че покажу.
Мы с Данилой гордо шли в компании старшеклассников, которые обещали рассказать нам некий большой секрет.
Дойдя до железной дороги, Штырь взял небольшой камень и положил его в стрелку, которая переводила поезда с одних путей на другие.
– А теперь ждем, – скомандовал Штырь и закурил.
Закурил и Леха.
– А можно мне? – спросил у брата Данила.
– Малой, ты че охренел, что ль? Вырастешь – покуришь. Мамка узнает – потом по шее получим оба.
– А если не узнает?
– Смотри, че покажу. Первый урок жизни от Алексеева Алексея Алексеевича. Показываю первый и последний раз.
Леха сорвал на кусте ветку, сломал ее пополам. Один конец своей конструкции он держал в руке, а вторым зажимал сигарету, которую подносил ко рту.
– Так руки вонять не будут. Понятно, шкеты?
– Ага, – хором сказали мы.
– А когда покуришь, жвачку не жуй, а то еще сильнее вонять будет. Лучше семечек погрызть. На станции баба Клава, кстати, торгует божественными. Лучше соленые брать. 50 копеек – маленький стакан, рубль – большой.