– И что же он вам рассказал? – Спросил врач.
– Они меня продали. – Чувствуя, как её лицо превращается в маску, ответила Василя.
– Кто продал? – Не понял мужчина. – Кому?
– Этот хозяин клуба и начальник его охраны, эти гребанные ниггеры. Они меня продали этому арабу. За двадцать тысяч долларов. И начальник охраны должен был меня отвезти в особняк за город. – Василя криво улыбнулась. – Они как рассудили – я не американка, родственников, друзей близких у меня здесь нет, никто меня не хватится и искать не будет. По крайней мере сразу. Подумают, что решила остаться и сама сбежала. Вот так. Это мне полис все рассказал и запись дал послушать, как хозяин с этим арабом все подробненько обсуждали, все мои стати и выпуклости. Как хозяин напирал на то, что я ему типа должна, долг отрабатываю и вообще чуть ли не с его хером во рту сплю и под столом у него живу, регулярно обслуживая – короче, полная его собственность. Но такому важному господину он может меня уступить – всего за двадцать кусков. Араб высокомерно и согласился, тоже из уважения к такому человеку. Вот так.
– И что потом?
– Ну этот полис ещё тем расистом оказался, ниггеров терпеть не мог и предложил мне прижать этого черномазика. Был у него там какой-то свой интерес. На следующий день мы заявились в клуб, хозяина уже выпустили под залог – адвокаты постарались, и я ему объявила, что буду продолжать выступать в его клубе.
– Это почему? – Не понял врач.
– Ну а как? – Ухмыльнулась Василя. – Контракт есть контракт. Его нужно выполнять, даже если он устный. Да и мне нравилось танцевать там, плюс платили неплохо. Правда я хозяину сказала, что в связи произошедшими событиями моя зарплата поднимается в три раза и потребовала отдать те самые двадцать тысяч долларов, что за меня араб заплатил. Иначе я эту запись продам газетчикам, конкурентам, ну и бандитам. А полис сидел тихо в углу и смотрел на то, как я этого поганца потрошила и поддерживал меня морально. В общем все сложилось. Хозяин деньги отдал и я ещё месяц у него в клубе выступала, честно, не халтуря, отрабатывая все на полную катушку. Кстати, где-то через недельку снова этот араб приперся, сел за свой столик и сидел, все на меня смотрел и такая у него вселенская скорбь в глазах была сентиментальная. А в последний день я оделась как следует и выдала специально для него, все, на что способна была. О да, в тот вечер я была в ударе. Он пришел в гримерку, снова веник притащил, только в этот раз я не взяла и уговаривал, чтобы осталась и стала его любимой четвертой женой. Обещал сделать мне американский картон, а потом увезти к себе, на родину. Узнал, что я мусульманка, сказал, что лично приедет к моим уважаемым родителям за мной.
Только вот я ему ответила, что он оскорбил меня и законы, по которым живут в моей стране и согласие не получит. И еще – если и быть женой, то только одной, и спрашивать нужно было сначала у меня, а не у черномазого. Если так сильно хочет меня в жены, пусть разводится с остальными, и чтобы я была единственная супруга. И больше никого и никогда не брал. Так и только так, как принято в моей стране. Он согласился, сказал, что просто не мог себе представить, что я у хозяина клуба честно работаю, такого у этого ниггы просто не бывает, обычно одни должники корячатся. И девки все насквозь продажные, максимум десять долларов стоят за ночь. И если бы он знал, то сразу лично бы пришел. В общем пел как соловей в мае на рассвете, потом подарил мне конверт, сказал, что не прощается и отчалил.
– А что в конверте было?
– Деньги. Двадцать тысяч.. Вот такая история. Да, почему я терпеть не могу черных? Когда жила в Америке, всегда много гуляла по городу. Так вот, самые наглые нищие, это черные. Встанут перед тобой, трясут своими вшивыми вонючими рваными лохмотьями, суют под нос стаканчик и орут – «Some change!!. Some change!!.[1 - Some change (англ.сленг) – немного мелочи]» и пока не дашь чего-нибудь не отстанут. Вот только я никогда и ничего не давала, говорила просто – «Go to work![2 - Go to work (англ) – Иди работать] » и уходила в закат. В магазине кто дорогу не уступит? Правильно, черный. Еще и тележкой в тебя врежется и постарается побольнее. А я тем же отвечала. Врезалась как-то тележкой посильнее и не отходила. Нас даже один раз охрана разводила. Я прикинулась, что их американский не понимаю. Отвечала на татарском. А потом просто на русском сказала – «Чё-е-е-е?? Нахуй пошли!». И, о чудо!! Они сразу поняли, куда им нужно идти и потерялись в пространстве. И ещё, про негров, такая история. Я в Бостоне снимала апартаменты, вместе с двумя девочками, одна, кстати, тоже нигга была, хоть и из Франции, как ваш подопечный. Так вот воняло от неё, как от рыбы тухлой, уж не знаю и почему. Вроде каждый день мылась. Но все равно пахла премерзко. Бр-р-р-р.. Но речь не о ней. Так вот, кроме университета, я ещё ходила в языковую школу, когда в первую половину дня, когда во вторую, но регулярно. И каждый день, выходя из подъезда я видела одну и ту же компанию афроамериканцев, вполне прилично одетых, сидящих у выхода, на одном и том же месте. Представляете? Каждый день.. Два месяца.. Изо дня в день. Лентяи они.. Во и все.
– Весело, я смотрю вы там жили. – Усмехнулся врач.
– Ну да. – Согласилась девушка. – Не скучала. И кстати, это не конец истории. – Василя ухмыльнулась. – Дальше рассказать?
– Я весь внимание. – Поерзал доктор в кресле и мельком глянул на часы.
– Опаздываете куда-то? – Мгновенно спросила девушка.
– Все нормально. Время еще терпит. – Успокоил её мужчина. – Когда я ещё услышу столько увлекательное повествование.
– Ну да, ну да. – Василя мельком облизала губы. – Где-то через пару недель меня на выходе из клуба, после выступления, подкараулил этот полис, что приходил раньше. Сказал, что хочет со мной поговорить. Я же говорила, у него в этом самом клубе, был какой-то интерес. Насколько я потом поняла, он хотел туда не просто влезть, но и опустить этого черномазого как следует.
– И что же он хотел?
– Да так, ничего особенного. – Пожала плечами девушка. – Просто чтобы я в определенный день отключила пару автоматов в щитовой. А когда я его спросила, что же будет потом, он только загадочно улыбнулся и пригласил меня поужинать в ресторане. – Василя заложила ногу на ногу и мечтательно закатила глаза. – Да-а-а, это был прекрасный вечер.. Меня ни до, ни после.. Хотя нет, после было даже ещё лучше.. Короче, так меня до этого дня ещё никто не обхаживал. Этот полис заехал за мной вечером на машине, привез огромный букет шикарных роз.. Да и я в тот вечер была великолепна – в длинном красном приталенном платье, с глубоким декольте, на бедре разрез, минимум косметики, волосы уложены в прическу.. В общем, когда мы приехали в ресторан, центром внимания была я. Да что там центром – я была сама вселенная, суперновая, вокруг которой крутились абсолютно все.
Сам хозяин ресторана подошел к нашему столику принять заказ, подарил бутылку вина, как он сам сказал – их уважения к моему спутнику.. И Филипп, кстати так звали полицейского, как я потом поняла из его невнятных объяснений, оказал хозяину какую-то услугу – то ли от пули бандитской заслонил, то ли любимого котенка с дерева снял, я так не поняла, но услуга была действительно важная. Принесли салат, а потом вкуснейший стейк.. М-м-м-м. А ещё мы много танцевали. Конечно, это танцем можно назвать лишь из вежливости. Так больше топтались на свободном пятачке возле музыкантов. Я ещё попробовала вести, но тут уж Филипп проявил характер и попытался было обидеться, и я ему немного уступила. Но приятно, черт побери, когда тебя обнимают горячие, крепкие мужские руки. Потом он меня повез домой и попытался поцеловать, но… – Тут Василя глубоко вздохнула. – Он герой не моего романа. И принял это с достоинством. Так что мы обговорили детали, он мне показал на схеме, что именно мне нужно было сделать. Мы потом через денек съездили на какой-то завод и там потренировались на похожем щитке, на натуре, так сказать.
В общем через пару недель я сказала хозяину, что буду увольняться, так как уезжаю. Он, конечно, загрустил, точнее сделал вид, что огорчился, хотя было видно что рад до чертиков от меня отделаться. Мало ли какие ещё неприятности я могу принести – начальника охраны то он потерял. На свободное место пришел какой-то мутный типчик – белый, лысоватый и все время с фляжкой ходил. В общем дождалась я вечера, когда хозяин забрал этого нового начальника охраны и куда-то свалил, проскользнула в щитовую и выключила автоматы. А ещё позвонила полису и просто ушла. Интересно, правда? – Василя смешливо блеснула глазами в доктора.
– И что же было потом? – Спросил доктор.
– Да ничего особенного. – Пожала плечами девушка. – С квартиры я уже съехала, вещи отправила багажом домой, поэтому с парой сумок уехала из города. Насовсем. И поехала на море, отдохнуть недельку. И что потом было в клубе я не знаю. Надеюсь, у Филиппа все получилось. Правда он мне ничего при встрече так и не сказал, засранец..
– А вы с ним ещё виделись?
– Да. – Кивнула Василя. – Через неделю я улетала домой и он нашел меня в аэропорту. Перехватил перед самой регистрацией. Загадочно так улыбнулся, поцеловал в щеку, сказал что все хорошо, и чтобы я ни о чем не беспокоилась. Подарил большого плюшевого мишку и тихонечко на ушко так бормотнул, что главное не внешность, а внутреннее содержание. Проводил до стойки регистрации и помахал на прощанье ручкой..
– И что же он имел ввиду? – Удивленно спросил мужчина.
– Вы знаете, меня этот вопрос мучал весь перелет. В общем, когда я приехала домой, то первым же делом принялась обследовать игрушку и обнаружила, что его голова сначала была отпорота, а потом аккуратно пришита на место. Я взяла ножницы и по-варварски распотрошила медведя.
Девушка замолчала.
– Ну и?.. – Не выдержал врач.
– Филипп был прав – иногда главное, это внутреннее содержимое. В игрушке были деньги. Много денег. Вот так он меня отблагодарил. Надеюсь, он получил то, за чем приходил. А мне хватило на квартиру, хороший ремонт, на приличную машину и ещё на жизнь довольно много осталось. Вот так-то. А ниггеров я с той поры терпеть не могу. Фу-у-у..
Глава 6
– Вот такая вот история. – Закончила Василя. – Теперь вы знаете, почему я не люблю негров. Так, стоп.. – Выкинул девушка вперед ладонь, останавливая мужчину. – Я прекрасно понимаю, что ваш практикант, возможно, человек хороший, и врач будет отличный, и вообще – не амер, а француз, но ничего с собой поделать не могу. Пусть он просто ко мне не подходит ни в коридоре, ни на территории, даже случайно-специально не попадается. А то я снова что-нибудь выкину и даже жалеть об этом потом не буду. Хорошо?
– Ладно. – Покладисто согласился Овчаров. – Договорились. Я с ним поговорю. А с вами мы решим вот как. Что бы больше не травмировать вашу больную душу, думаю вас можно выписать на амбулаторное лечение. Не перебивайте. – Остановил он готовую захлопать от радости в ладоши девушку. – Окончательное решение я приму после осмотра. Но и так видно, что вы чувствуете себя хорошо и идете на поправку.
– Это вы поняли по моей физиономии? – Невинно поинтересовалась Василя.
– Нет. – Отрицательно мотнул головой врач. – Пока вы рассказывали свою захватывающую историю, я внимательно наблюдал за вами и видел, как двигаетесь, как закидываете ногу на ногу и не испытываете при этом особого дискомфорта. Значит у вас ничего не болит, ну или почти ничего не беспокоит.
– А когда я смогу приступить к тренировкам?
– В ближайшее время воздержитесь от физических тренировок, больше отдыхайте, лежите. – Настойчиво сказал доктор. – Никаких сильных нагрузок – главное покой, соблюдение режима и выполнять все предписанные процедуры. А через недельку покажетесь и примем решение. Мы с вами договорились?
– Договорились. – Нехотя кивнула девушка.
– Вот и славно. А теперь идите – мне нужно работать. И ещё зайдите в процедурную, сдайте кровь на анализ, сейчас внесу вас в компьютер и после обеда придете в смотровой кабинет – я проведу осмотр.
– Только практикантов не приводите. – Попросила Василя. – Иначе осмотра просто не будет.
– Какая же вы неуступчивая. – Помотал головой доктор. – Тогда я вас просто не выпишу – будете дальше лежать и лечиться. Точнее говоря – мучиться.
– Значит буду. – Коротко сказала девушка. – И сама мучиться и других мучить.
– Ну хорошо, – покладисто кивнул мужчина, – нет, так нет.
Василя встала.
– Гайнуллина.. – Окликнул девушку хозяин кабинета. – Скажите, а вот почему вы таскали с собой именно отвертку, а не к примеру нож?
– Ну вы же знаете, что ножи бывают разные. – Развела руками Василя. – А если полицейский остановит? Обыщет сумочку, найдет нож, напишет протокол. Да ну его. А вот отвертка лежит себе и лежит, а в мясо входит очень даже замечательно.
– Понятно. – Ухмыльнулся Овчаров. – И как вам только такая идея в голову пришла?
– А я её позаимствовала. – Пожала плечами девушка. – У моего брата была одна подружка в университете, вот она и рассказывала, как её школьная подружка в старших классах носила в сумочке отвертку. Сначала винты на партах подкручивала, а потом и от одного наглого типа вот так отбилась.
– Вот значит как. – Ухмыльнулся мужчина. – Ну идите уже.
Василя встала и вышла из кабинета. Она прошла по просторному светлому коридору, миновала сестринский пост и зашла в процедурную.