–Дело в том, что и лошадь не моя…
– Ты украл? – Мамс засмеялся. – И собрался со злом бороться. Вор-то!
– Я не украл, – процедил Кир. – Я её верну. Не хотите кататься – лошадка пойдёт обратно. Пш… Пошёл-пошёл, домой иди! Всё! Прочь! – Кир стал хлопать скакуна по бокам и дёргать уздечку. Лошадь вяло поплелась куда-то по дороге. Не заботясь о её будущем, незадачливый наездник махнул рукой в сторону четвероногого и повернулся к двуногим.
– Вы правы: пора в путь! Приключения ждут! – И внезапно радостный голос несколько сник: – Хотя сначала надо пройти обряд Посвящения.
– Чего? – переспросил Мамс. – Так не договаривались…
– Это не обсуждается! – шикнул Кир. – Докажите, что вы распрощались с обыденностью. Совершите первое безумие: прыгайте с обрыва!
– Я совершил безумие, когда согласился идти с тобой, – заспорил Мамс.
– Не дрейфь, Мамс: мы отличаемся от животных тем, что способны на безумства! Так вперёд! – Голос Кира начал дрожать. – Ну! За мной!
Кир прыгнул, имитируя руками движение крыльев орла, вдруг потерявшего оперенье. С воплем удовольствия плюхнулся в прохладную озёрную воду, подняв столп брызг, долетевших до друзей.
– Ай, пошло всё к чертям! – Мамс оторвался от земли и полетел. Казион, недолго думая, сиганул следом.
– Вот здорово! Помолодел лет на десять. Чудесно! Здорово, Кир! – Мамс был в восторге.
Кир поднёс палец к губам.
– Тс-с-с. Плывём к обрыву и молчим.
Казион обнаружил выступ, за которым все поспешили спрятаться.
– А в чём, собственно, дело? – шёпотом поинтересовался Мамс.
– Видите ли, – начал объяснять Кир. – Вдали я увидел крестьян… С топорами и вилами. Но они вряд ли хотят использовать их по хозяйственной части…
– Лошадь ищут? – догадался Казион.
– Надеюсь, скоро с ней встретятся.
– И до каких пор нам здесь мёрзнуть? – возмутился Мамс, но Кир на него зашикал.
– Я тебя спас от топора!
– А если б мы не согласились на обряд Посвящения? – поинтересовался Казион. – Не мог прямо сказать: мол, бежим от погони?
– Зато теперь будете меня слушаться сразу, – заважничал Кир.
***
Из леса вышли три угрюмых силуэта. Вечерело, появились назойливые комары. Мокрые рубашки прилипали к телу, с волос продолжала стекать вода.
– Так мы окоченеем! – заявил Кир и решительно снял рубашку. Потом свернул её в комок, обтёрся. – Делайте, как я. Кого стесняетесь?!
И он побежал вперёд, слегка подпрыгивая, чтобы согреться. Хлоп! Ладошка шлёпнула комара на бедре. Улыбка не сходила с лица Кира. Хлоп! Ещё комар. Через пару мгновений руки уже не успевали отбиваться от всех насекомых, садившихся на мокрое тело.
Хлоп-хлоп-хлоп!
И вот он снова в рубашке.
– Зато воду выжал, – подытожил Кир.
На их пути возник посёлок. Дома длинной окружностью стояли плотно друг к другу. Здесь всё выглядело одинаковым. Даже трубы на крышах находились с одной и той же стороны.
– Перво-наперво идём в трактир, – скомандовал Кир. – Там обычно гуляют слухи.
– И шлюхи, – намекнул Казион.
– Нет, деньги мы будем тратить на благие дела.
– Я учусь на первом курсе Академии, а у меня ещё не было девушки. Дело очень даже благое, – хмуро буркнул Казион в ответ. – К тому же деньги у Мамса – пускай он решает, на что их тратить.
– Я за баб, тёплый ужин и кровать, – зевнул мельник.
– Нет, – решительно давил бунт Кир. – Мы идём получать первое задание!
– Или просто получать… – вставил Мамс.
– Главное, что мы ведём себя профессионально. Слава должна опережать подвиги, понимаете? Да, мы ещё ничего не совершили, но обязаны придумать героическое прошлое. Начнём с меня. Запоминайте: для всех я благородный рыцарь Кир. Моя жизнь окутана тайной. Чудесное рождение, первые подвиги. Скажем, в детстве задушил змею.
– Ты и сейчас часто этим грешишь, – заметил с усмешкой Казион.
– Нет, лучше двух змей. – Кир его словно не слышал.
– Помню, ты чуть не удушился, играя со шнурками, – подтвердил Мамс.
– Я побеждал много врагов, – не обращая внимания на шутки, новоиспечённый рыцарь продолжал вещать. – Всё ради Прекрасной дамы! Её образ всегда в моём сердце.
Кир достал из кармана потрёпанный медальон на дешёвой цепочке и повесил на шею.
– Именно в её честь я и совершаю подвиги.
– Что за штуковина? – только и спросил Казион.
– Да так, – замялся Кир. – Фамильная ценность. Внутри я нарисовал одну девушку. Прекрасная Белли… Конечно, рисую я так себе, и здесь мало сходства, но…
Казион и Мамс расхохотались, услышав признание в любви. Есть новый повод для шуток.
– А кем будем мы? – поинтересовался Мамс. – Мне чур без медальонов, соплей и чепухи.
– Ладно, будешь наёмником. У них нет дам. И сердца тоже. Ты сражаешься за деньги, а добро вершишь за долги. Срок отбываешь.
– Во загнул! – удивился Мамс, но спорить не стал. Хотя бы ничего позорного.