Сейчас же перед судьёй стояла троица, похожая на ряженых. Один – в поношенных доспехах, смотревшихся на нём, как кафтан на курице; второй – в длиннополой серой мантии с капюшоном, третий выглядел вроде приличнее всех, так как был чересчур обычным.
– Итак, я вас внимательно слушаю. С какой целью решили посетить город?
– Мы шли на представление. А цель… – Кир сделал паузу для большей загадочности. – Мы злоборцы. Не слышали о нас? Барды воспевают…
– Нет, не слышал. – Судья отреагировал спокойно. Писарь почесал пером за ухом и записал всё, как есть.
– Тогда мы представимся, – твёрдо заявил Кир, и Мамс со вздохом отчаяния схватился за голову. – Я Кир, знаменитый рыцарь. О моей жизни ходят легенды. Детство моё окутано тайной. Меня нарекли Дитя-неожиданность. Родители не ожидали, что я появлюсь на свет. Мать даже не была беременна… Что же после чудесного рождения? Ах, да! Пророчица предсказала: когда-нибудь я соберу орден рыцарей вокруг круглого столба.
– Круглого столба? – переспросил судья, не выказывая при том особого интереса к истории. Мамс слегка подтолкнул сзади Кира, чтоб тот замолчал.
– Впрочем, что всё обо мне? Это вот Мамс. Он наёмник, герой великих битв. Всегда сражался на стороне победителей.
Судья словно проснулся. Оживившись, он обратился к Мамсу.
– Так-так, я и сам в молодости воевал, пока рассудок в порядке был. Ты у кого под началом стоял? Где служил?
Мамс замялся. Он с усилием начал вспоминать всё, что знал о войнах. Битвы, битвы…
– Да вот недалеко отсюда, под Согге, освобождал город от гномьей осады. – Мамсу вспомнился рассказ сокамерника.
Челюсть судьи медленно поползла вниз.
– Согге сожгли, кх-хе-кх-х, триста лет назад, кх-х-хо. – Судья зашёлся в кашле. – Там одни кх-х-х-руины и пустоши.
– А гномам что? Им и дела нет. Нападают и нападают! – Мамс улыбнулся, надеясь, что отговорился удачно.
– Казион вот великий маг, – вставил Кир, пробуя замять ситуацию. Казион ухмыльнулся.
– Достаточно. – Судья приложил мокрый платок ко рту и громко прокашлялся. – Вас обвиняют в неуважении к власти. Вы демонстративно помочились на стены города, причём одновременно, как сказано в обвинении. Признаёте вину?
– Нет, это случайность! – продолжал говорить за всех Кир. – Мы проводили ритуал Воодушевления, но стража нас прервала и попросила убрать руки за голову и повернуться лицом к стене.
– А что за Ритуал?
– Можно шёпотом? Здесь присутствуют дамы и…
Дамам, конечно, и дела не было до злоборцев. Они дожидались других слушаний, но Кир тем не менее подошёл к судье и объяснил суть Ритуала.
– И что? Действительно помогает? – с подозрением поинтересовался судья.
– Если уж такое не стыдно, то на остальное потом вообще глаза закрываешь, – выдавил Казион.
– Что ж, коли так… – Судья задумался. Тюрьмы переполнены, местные бродяги стоят даже в очереди на кастинг в камеру с кормёжкой. Эти трое на политических и не тянули по внешности. Скорее, юродивые. – Я вас отпущу, но с условием. Вы ведь злоборцы, так? На город в последнее время словно наслали проклятие…
– О да, мы наслышаны, и даже имеем одну версию, – деловито прервал судью Кир.
– Чудесно. Вы сможете покинуть город, если разберётесь с этим делом. Разрушьте проклятие, дайте мне отчёт – и ворота в большой мир вам открыты. По рукам?
– Да хоть по всем рукам! – ответил Кир с радостью человека, которому старая повитуха сообщила о наличии брата-близнеца, являющегося королём или, по крайней мере, лордом.
***
Театр располагался на центральной площади в правобережной части города. По ту сторону моста была видна ратуша, собор и памятник трёхсотлетия битвы за Согге, на котором изображён гордый рыцарь на коне. Под копытом лежал поверженный гном. Рыцарь добивал его длинным копьём.
Но всё величие осталось там, за рекой.
Здесь же царило веселье. Особенно около высокого театра цилиндрической формы с развешенными по стенам яркими гравюрами и флагами. Он манил горожан на представление. Люди толпились перед входом: билеты стоили сущие гроши. За медяк можно купить не слишком уж престижное, но всё-таки место. Очередь тянулась длиною в целую улицу.
Трое охотников за демоном решили не входить в эту систему, а подошли к стенам театра, вглядываясь в разношёрстную толпу. Вот важная дама. Мальчишка, грызущий яблоко. Пахарь с длинной бородой. Две симпатичные подружки-толстушки. Высокий кузнец, отправившийся на просмотр, даже не сняв рукавиц и фартука. Зловещего вида орк, победоносно сжимающий кулак. Бабулька с тремя внучатами.
– Они же все идут на заклание демону! Во время просмотра он проклянёт их, потом из тетра выйдут сплошь злодеи, – возмущался Кир. – Мы должны вмешаться. Казион, расскажи, что ты знаешь о проклятиях!
– Я пока плохо разбираюсь в них. – Казион редко любил сознаваться в бессилии, но Кир порой требовал такого, что не под силу и архимагу. – Не слышал, чтобы хоть одно держалось больше суток и могло подчинить столько человек.
– Чего стоять? – вмешался Мамс, любящий решительность. – Пошли внутрь. Как выйдет на сцену мужик, начнёт махать руками и нести тарабарщину – хватаем его, связываем, потом тащим к судье.
– Можем не успеть, – оценил предложение Кир. – Казион, а есть защита от всех проклятий?
– Есть.
– Так давай, защити нас. – Кир нашёл простое решение.
Для человека, не разбирающегося в магии, смысл диалога можно передать так: «Казион, а есть в природе рубины и алмазы?» «Есть». «Так давай, принеси один».
Кир, как человек, не разбирающийся в магии, так и не понял, отчего лицо Казиона сначала стало бледным, а потом пунцовым.
– Глядите, – крикнул Мамс, отвлекая друзей от новой ссоры. – Вон артисты вышли на перекур. Сейчас всё будет – я договорюсь.
И бывший мельник с важным видом отправился к трём, а точнее к двум с половиной артистам. Кир не смог удержаться от возможности раскрутки злоборцев в сфере музы Мельпомены и побежал за ним. Казион остался. Он же не быдло какое, чтоб куда все, туда и он.
– Доброго вечера, сударыня. – Поклонился Мамс актрисе, бывшей в откровенном костюме, красочно подчёркивающем прелести женской фигуры. Она курила длинную трубку, которую потом передала коллеге, похожему на парня из плохого района города гоблинов. – И тебе, милейший, того же.
– Мы знакомы? – Актёр насупился и приподнял глазную повязку.
– Нет, так что давайте знакомиться…
– Иди, куда шёл, – прервал всё тот же серьёзный малый, делая глубокий вдох дыма из трубки. Третий актёр, едва вывалившись из чёрного входа в театр, так и уснул на мостовой.
– Смотри, какой забавный. – Актриса заметила Кира. – Ты у кого играешь?
Киру представился уникальный шанс. И в очередной раз начал он пересказывать заново придуманную историю легендарной жизни. Мамсу впервые пришлось-таки признать, что редко-редко, но такая форма общения подходит лучше традиционной. Жестом подозвали Казиона.
Тот нехотя подошёл.
Он же не дикий.
– Ты настоящий волшебник? – Девушка провела пальцем по краю мантии и красным ноготком коснулась подбородка чародея.