2015-й: пора Пробуждений, или Проспать нельзя проснуться

- В копье, – теперь он слышал не прежний – чужой внутренний голос, а своими ушами, – столько силы, что даже сын Бога проиграл. Ты следующий Властелин. Восемьдесят восемь…

Адольф оглянулся – никого нет. Только уши продолжали: - ‘’Хозяин’’ принял тебя. В доказательство, уже сейчас дарует бессмертие.

Пока Адольф переваривал, откуда-то снизу – из межподставочного витринного пространства проявилась тень. Причем робкий силуэт самого Гитлера, все также лежал неподвижно. Но эта – непонятно чья, оказалась сама по себе: потому что перемещалась вне зависимости от проходивших неподалеку.

Снова молодой не сообразил – не сопоставил: если рядом никого нет, тогда чей же голос я слышу? Или: Что это за тень с рожками??

Просто правильней было предположить: что это она – тень пообещала: Копье станет твоим!

Вот только она не упомянула главное: что давно “служит” возле него и очень редко кто-то - из спровоцированных ею выбирал Зло. А ведь за столько лет, перед ним - убийцей Иисуса, простояли миллионы отпрысков человечества.

В общем, чернь выполнила задание - нашла кандидата. А вопрос: Кандидата на что? К сожалению, так называемым “еврочеловечеством” не задавался. Очередная ошибка запада...

И все же жива мудрость. Наши соотечественники – прототип евразийского человека знают: Вопросы ставить, необходимо вовремя!

Только через несколько дней, еврочеловеки заметят странность: дрожащего, ежедневного поклонника у копья. Это спустя многие годы, демонологи докажут: - В Вене, Адольф Гитлер подписал договор с самим Дьяволом; когда в обмен на обещанное бессмертие, будущий фюрер стал еще одними руками его на Земле...

Но так ли смешны подобные утверждения?! Просто вышеописанный эпизод свидетельствует о готовности Гитлера пойти на любое, только бы уподобиться Чингисхану с Наполеоном. Хотя историки настаивают: дескать, в том, что Гитлер стал кровавым убийцей - повинен сам; а не какие-то сверхъестественные силы. Даже, подкрепляют современными аргументами: Любой начинающий политик - да еще с такими нацистскими убеждениями как у него, должен идти на любые сделки. И приняв решение - расставляя точки: осуществлять, или ограничиться идеями без воплощения.

Так что, как будет оформлено – самостоятельно Гитлер дошел до невозможного или с помощью сверхъестественного, уже не имеет значения. Как говорится – не было бы так смешно, если бы не стало грустно. Поскольку этими объяснениями, неверующие подтверждали “невозможную” - первоначальную версию: Гитлер - слуга Дьявола!

Просто самое страшное случится потом – сопоставьте факты; а пока – в начале 20-го века, музейные посетители улыбались друг другу. Однозначно не обращая внимание - что на планете возник союз. Союз негодника и Зла. Которое, уже не скрываясь кричало - хотя, кроме самого Адольфа, этого голоса никто не слышал. И крик усилился: – Ты удостоверишься в возможностях - будешь жить вопреки. Тебе бессмертие – мне души.

От такой – теперь ясной перспективы, все еще болезненный Адольф закрыл глаза. Пошатнулся и …. И не упал. Спасло лицо: мужчина, что поглаживая бородку в этот момент – неподалеку, любовался старинными вазами. Вот профессионально среагировав - завидя падающего, не задумываясь бросился на помощь. Короче, пав на колени поймал растерявшего сознание. Конечно, человек с округлой лысиной на голове ударился, но не показывая вида перетерпел коленно-преклоненную боль: - Я медик. Пожалуйста, не беспокойтесь, - поднимаясь, объяснял падшему.

Только Гитлер сторонился помощи, вырываясь из крепких рук.

- Вам помогут. Где болит?! Сердце? – обнимая ловкими пальцами его запястье, врач определял давление. Следом, потомственный медик заглянул в зрачки безмерно расширенных и уже таких пустых глаз.

Да, многого повидал на своем веку Дава - случались разные пациенты. Однако увидеть в глазах колодцы с безжизненными телами, такого разумеется не было.

Адольф снова попытался встать - отталкивая все человечество. В общем, походил на Зло - избегающее воды священной.

- Не бойтесь. Ибо как сказал пророк: “Помоги ближнему своему и тебе воздастся”, - врач Давид успокаивал.

Адольф действительно притих – пока осматривали; и заметил тень. Причем, она не только развязностью отличалась от обычной, но и внешне – цветом, походила на факт разлитых чернил. Гитлер видел вторую – не выделяющуюся из многих, образовывавшихся в любом месте, при появлении послов света. И как эта нечеловеческая - чисто-черная бесцеремонно схватила вторую – земную, отбрасываемую врачом. Свидетель немыслимого выкатывал глазки: ведь непривязанное к чему-либо существо на полу, стало тянуться к тому месту, где у докторской копии в “2 D” голова переходила в тело; и будучи физически выше - а это Гитлер отчетливо понимал: держала человеческую - словно тиски руками и улыбаясь только одному будущему убийце – для чего показывала по контуру предполагаемых зубов белый пол; сперва стала душить, а затем – очень быстро, с какими-то корнями – венами вырвала сердце доктора; и покрутив хвастливо - бросило под ноги. Причем брызги, что заливали снежный пол и находящиеся на нем тени; по воспоминанию самого Адольфа стали грязно-красными. Но.… Но по-прежнему, кроме Гитлера этой половой сцены никто не увидел.

А пострадавшая тень уже металась в конвульсиях, беспомощно стуча слабеющими конечностями – в надежде ухватится за исчезающую жизнь. Вот эту вибрацию и ощутил живой доктор, сравнив с привычным человеческим сердцебиением. Он даже расслышал: жизнь закончилась…

Дава, непонимающими глазами целился в Гитлера. А тот смотрел, как убитая растворилась в победительнице – от которой она становилась еще темнее. Он сперва думал, что черно-белая сцена показалась – так стало плохо; но обращенная в ответ на эту мысль победительница - радостно показала руки в крови… намекая, а может и обучая будущего убийцу: - Учись как надо. Раз и все!!

Другими словами, читая мысли – доказывая происходящее, тень стала размахивать оставшимся от всей тени тела человека сердцем; приглашая таким образом последовать. Ведь человек от убитой тени еще жив…

- Ой, мне кажется…, у меня удар, – все-таки сказал Гитлер. Попутно решая: Мне можно убить?!

Тогда он еще пробовал думать - оттолкнув медика, неровным шагом направился к выходу. Врач соответственно, ударился головой; с тех пор она болела всю жизнь - до самой смерти. То есть, до осени 1941-го, когда загнанных в газовую камеру обнаженных людей, бесчеловечно лишали жизни нацисты.

А пока, Гитлер оказался на улице – Бог всегда дает второй шанс! Казалось бы: воспользуйся – и не будет величайшей трагедии. Но поджидавшее его и там Зло – хозяйское напоминание: перед глазами возникло недавнее представление; и Адольф - перебегая в это время дорогу, понятно как оказался под колесами того самого, дурно-пахнущего средства передвижения. Наверно вся кольцевая – заложенная когда-то на том самом месте, где возвышались защищавшие город укрепления: улица “Рингштрассе” ахнула. Вернее не сама улица, а наводнившие люди. Но еще большему – чем им удивлению водителя: что неожиданно для самого себя решил проскочить - вселилось что-то, вот и добавил усилие на акселератор; являлось понимание лежащего под обеими передними колесами. Он совсем не пострадал. Только кровь носом… сбитый замарал палец.

Ну и подоспели сочувствующие - стремящаяся помочь дамочка, что шла за продуктами в соседнюю лавку и теперь вытирала его закопчённый – словно поцелуем черта лоб и нос; так, платок получил капли, смахивающие на “14”. Молодой Гитлер смотрел на даму, в ответ на уже знакомый голос из дворца:

– Мы скоро встретимся. Время пошло, ты бессмертный. Договор подписан.(А=1, G=4)

И она прильнула - добавилось столько силы; что Адольф накричал на желающую помочь:

- Просто задумался, и перешел ... А так, все цело, - назвавший это побежал. То есть ему стало ясно: человеческие неудачи закончились. Впереди оставались... нечеловеческие.

- Помочь хотела, - возразила леди.

- Себя помогите …, - закричал Гитлер: - Пригодится еще…

- Пригодиться, - повторил подводник Чижик не своим, а голосом из только что просматриваемого сна. Кстати, от него и проснулся, проговаривая: - И приснится такое?!

8

Не только “Быстрый”, а одновременно еще “Находчивый” – и это только малая часть личных качеств Дмитрия Смелова: успел побывать в штабе 161-ой бригады, в которой прошли испытания. Все оказалось просто и в то же время непросто: удивился, договариваясь о посещении Североморска. Ведь спланировал добраться из города воинской славы Полярного до другого города воинской славы Североморска водным - привычным путем. Однако оказалось, что сделать этого не представляется возможным; а можно: “глотая пыль и чувствительных ям”, плестись не родным – наземным путем.

- Понимаете, товарищ капитан первого ранга, - объяснял Дмитрий командиру бригады: - Мы с мая на учениях - берега почти не видим... А вскоре вовсе домой; тогда точно, в ближайшее время не побываем в Североморске. Ведь очень хочется - сами знаете, какие здесь выдающиеся достопримечательности.

- Это точно! А как начнется Полярная, вообще времени не будет. День короткий, - подтвердил условия заполярной службы Соболев. И так как умел не замечать сложностей, автоматически сгенерировал шутку: – Я уплываю в теплые моря, не вспоминай - как звали. Да, Черное не Белое и даже не Балтийское… Вот и предупреждаю – у нас отличная разведка. Это к тому – чтобы не подвели там своих учителей.

– Будем стараться, товарищ капитан первого ранга. Поскольку благодаря Вашей бригаде, освоили подлодку. Выражаю огромную благодарность, - Смелов приложил руку в пилотке.

Командир возразил: – Единственной благодарностью всех наших выпускников, является служение Родине. Помните, именно Вам предоставлена Честь по защите России.

Смелов приложился к груди: - Скорей бы – в Новороссийскую военно-морскую базу. Однако, если успеем – хотелось и “Катюшу”, подлодку “К-21” посмотреть.

Соболев пожал руку подводнику: - Узнаю своих. Правильно мыслите – в первую очередь о лодках. Но я также советую, и Полярный осмотреть. Мы называем его: северный Севастополь. Тут также много героических мест.

– Так я о чем?! – Заулыбался Смелов. – Полярный быстренько, а вот на Североморск, день нужен.

– Согласен. Только от меня, что нужно?! У вас честный короткий отпуск: вот и поезжайте завтра. Автобус выделим и несколько десятков километров, пролетят незаметно.

- Есть, товарищ капитан первого ранга. Спасибо, - и улыбка сошла с уст ростовчанина.

- Только по морю, за час доберемся; а не два с лишним пылить в обход. Не хочется, время терять.

- Снова узнаю душу подводника, - отреагировал опытный Олег Викторович:- Не хотите трястись?! - Не надо. Хотя виды из окон красивые: сопки, холмы. И пыли нет… А главное: Люди настоящие.

– Это мы уже знаем, товарищ командир подплава. Попросту, так больше останется на осмотр. Памятник Алеше… и другим героям Севера. Все хочу своим показать, - разумно объяснил Смелов.

- Верно: пока не пощупаешь - не проймешь; не поймешь - как велик подвиг. А то теперь, – он махнул за спину, - по приказу проигравшего запада, пробуют переписать историю. Не понимая главного: наврете про прошлую – приблизится будущая война. Вот так.

Смелов кивнул. Только Соболев прокручивал дальше: - Что тогда?! Из Полярного ходили паромы... ранее. Но сейчас, плавучий док на ремонте; поэтому никто из большеразмерных не заходит. У тебя ведь большая команда! Теплоходы тоже есть, но все курсируют вдоль берега с туристами; к нам ни ногой.

- Прям каменный век, - неожиданно воскликнул Дмитрий Смелов и осекся.

- Ну почему, каменный? Город то, закрытый. Хотя конечно, развалив СССР не задумывались: Что будет дальше? И свои дальние территории, практически перестали развивать. Но не отчаивайся командир: Русские своих не бросают. Придумаем, как помочь, - он задумался на секунду и воскликнул: - Слушайте, у нас неделю как прибыл базовый тральщик “Полярный”! Корабль после ремонта; проходит проверку малым расстоянием: каждый день вдоль побережья. Вот и проверим по настоящему: твою пол сотню бойцов, да тебя до Североморска поручим доставить. А вечером - только условьтесь по времени: чтобы забрал. Подойдет, товарищ капитан второго ранга?

- Еще бы! Спасибо за помощь, - воодушевился Смелов. - От всего Черноморского флота и “Ростова-на-Дону”.

- Да ладно - будет... Мой дед говорил: флаг-то, всегда один. Поэтому вместе мы... Россия. - В общем, на небе сочтемся, - шутил Соболев.

На следующее утро, усеченная команда П.Л.“Ростов” - кроме тринадцати оставшихся на дежурно-вахтовой службе; позавтракав и разместившись удобно во внутренних помещениях и даже палубе большого свежеокрашенного тральщика, уверено следовала намеченным курсом. Дождя - с его непроглядным стеклом в это время года не было. Поэтому, на подходе – еще с палубы подводники видели: как бережно - словно пуховым платком матери Североморск укрывает белый туман; который, природа начинала снимать – до следующей прохладной ночи.

Дальше, подобно действующей морской пехоте; бравые подводники сбегали в пункте своего назначения: на территорию морского вокзала.

- Рановато еще, - шепнул Смелов, пожимая руку командира тральщика. Поскольку созвонившись вчера с филиалом музея - что представляет собой подлодку “К-21”; ростовчанин выбрал лучшее время - двенадцать. Так Смелов перестраховывался на дорогу. Вернее на то, как поведет себя отремонтированный корабль. То есть предполагал Дмитрий Владимирович, что техника – не принятая в состав военно-морского флота России; имеет право подвести. Ну, хотя бы раз. А далее знал: что уже принята, не подведет никогда! Ведь допустить, чтобы “ростовчан” ждали в музее-подлодке - просто не смог.

- Ну, ничего, - мысленно оправдывался командир, - погуляем по землице. Когда еще будет возможность: всем вместе. - Правда? - обратился Смелов к старпому.

- Да, товарищ командир! Везде и всегда, - не совсем понимая о чем речь, Леха привычно поддержал шефа.

Только командир намекнул, что туристическому настрою способствует и поднимающееся солнце - с небольшим кортежем: гонимыми ветром облака-тучами. Даже температура, державшаяся выше пяти градусов; подталкивала на прогулки.

- А вот и мы, - шепнул старпом, ожидая распоряжения.

- Начнем с завоевание города? – подошедший зам Пескарев тоже шутил.

Смелову импонировало настроение личного состава; и пока команда выстраивалась в три шеренги, прояснил: - Думаю: дойдем до памятника Алеши, осмотрим шедевр…, - намекая на впередистоящего, двадцати семи метрового великана.

Просто героем и так восхищались, отмечая с подхода: как развиваются ленточки бескозырки. А теперь, поняв что Леша все-таки из металла, подводники повторно приходили в восторг: - Ай да скульптор, ай да молодец!!

Вообще-то, огромный размер русского воина объясняли: планировался совмещенный маяк. Но затем, решили установить один памятник; уменьшив до известных миру двадцати семи тысяч миллиметров.

- После, разделимся на две группы. Одну поведут: старпом Горбаленко и зам Пескарев. А вторую я, - подмигнул командир: – Первые отправятся по местам знаменитых мемориалов. Значит: самолет “Ил-4”, боевая техника “МТ-ЛБ” и героический торпедный катер: “ТКА-12”. Это для начала, далее, на месте разберетесь. В городе есть из чего выбирать. Ну а мои со мной, на подлодку “К-21”. Только это - парни, разделитесь сами. Примерно поровну, по желанию. Затем все равно, поменяем маршруты.

- Вы подготовились, о чем будете рассказывать личному составу? – поинтересовался Смелов у своих старших офицеров, пока подводники делились поровну.

- Так точно, - сдвоенный голос помощников подтверждал подковку: - Всегда готовы!!

– Вот и хорошо… После экскурсии, будет личное время. Встречаемся на мор.вокзале в 16.00. Готовы? Тогда за мной! – командир пошел не спеша.

Вскоре, став кругом, оба черных – по цвету формы подводников прямоугольника окружали северного великана. Причем вблизи, неизвестный защитник Заполярья выглядит еще мужественней. Поскольку бронзовый богатырь, держа в руках пистолет-пулемет Шпагина (ППШ), демонстративно сделал шаг вперед – навстречу неприятелю. Его смелый взгляд, напряжение мышц и отвага выражает главное: защитить Русскую землю любым, даже самым дорогим для себя способом. Это значит – воин понимал, что может погибнуть... Однако свято верил: Я не сдамся, Победа всегда будет за нами!

- Вот парни, - командир обводил глазами каждого: - Теперь можете гордиться, что побывали: на Алешином постаменте - выполненном в виде боевой рубки подлодки, есть барельефы с текстами. В них названия всех отличившихся частей Карельской армии, дислоцированных Воздушных сил и частей Северного флота. Также имена кораблей, подлодок. Сами видите, как символично... Запоминайте: защитник Севера стоит на рубке подводной лодки. Вот как много сделали тогда подводники.

Он снял фуражку - команда переняла. И по кивку головы, привезённые с собой гвоздики - бережно охраняемые штурманом, аккуратно уложили у основания мемориала.

- Ну что, кто чего?! – больше обращаясь офицерам, чем к матросам намекнул Смелов. Однако видя прежние, восторженные взгляды на памятник, переиграл: - Тогда сам начну, вы продолжите.

Командир говорил громко, и как всегда спокойно: - На приморской площади Североморска, установлен символ всех защитников Заполярья: “Русский Алеша”. Сколько у нас таких ребят было и сколько еще будет… Кстати, ровно в “9.12.15.18 и 21 ноль-ноль”, играет музыка и соответствующая песня. Так что, если кто не успел выучить слова: “Прощай-те скали-стые го-ры. На подвиг Отчизна зовет...”. - Он напел.

- Можете в свой выходной прийти и записать.

- Разрешите? - пришел в себя Пескарев, открывая папку: – Вот, - выписал ночью, с официальных источников, основные тезисы. Чтобы так сказать, каждый подводник, каждый гражданин России - задумался о нашем героическом прошлом. Подходите ближе, я не кусаюсь… сразу, - и переглянувшись с командиром, приступил:

- Вдумывайтесь! Важна внимательность, понимание вопроса - истории того времени. Поскольку еще много молодежи не знает, или не хочет интересоваться жизнью предков. Да? - он обратился к Льву Ильину, что стоял теперь ближе всех.