Молодой вир возмущенно глянул на меня, потом на свою маман. Я ожидала бурных выражений недовольства, ведь информация была непроверенной, но вира Сесиль, мать Грефа, к моему удивлению, лишь покраснела и срочно стала пить из бокала. Ха, видимо, слухи оказались правдой.
Луиза срочно завела с гостями разговор о какой-то редкой породе собак, крайне популярной у аристократов. Я облокотилась о стол и задумчиво ковырялась во рту зубочисткой, иногда цыкая языком.
Вир Хэльмет, субтильный юноша, с лицом, покрытым оспинами от зажившей угревой сыпи, уже прикрыл жирное пятно на брюках белой тканевой салфеткой и решил поучаствовать в разговоре:
– Скажите, Эбигейл, каким вы видите своего избранника? Наверняка, такая красивая, молодая женщина пользуется успехом у мужчин.
А ты хорош, Хэльмет! Ни намека на ухмылку или сарказм в голосе. Само внимание и участие. Хотя, ты из всех самый бедный, а наследница Крафт слишком жирный куш, чтобы не попробовать его ухватить. Матушка Хэльмета, кстати, тоже не выказывала признаков неудовольствия к моей персоне. Просто ела, просто пила, без эмоций.
Прости парень, но работа есть работа, а мне надо избавить Эби от любых поползновений. Придется бить по больному, хоть я и не люблю манипулировать недостатками во внешности.
– Ой! – я мечтательно закатила глаза. – Своего суженого я вижу в первую очередь красивым! Вот чтоб лицо такое красивое, гладкое, и кожа нежная, чистая, как у ангела! И чтоб высокий был, стройный, мускулистый. И умный. И богатый. Ведь не факт, что я дедины деньги получу, а жену надо содержать, кормить вкусно, в казино водить! Я такая азартная!
Учитывая, что Альдерия славилась обилием игорных и увеселительных заведений, в мою любовь к гэмблингу было легко поверить. Гости молча ели десерт. Мне кажется, они уже достаточно прониклись наследницей Крафт и хотели поскорее убраться домой, чтобы рассказать обо всем знакомым. Оставался последний штрих.
– После такого славного ужина и покурить надо! – я нашарила в кармашке своего серого одеяния пачку дешевых сигарет без фильтра и, встав со своего места, направилась к кожаному дивану и низкому столику с пепельницами, где дэры и виры могли покурить сигары.
– Эбигейл! – Взревела мачеха. – Ты что, куришь? С каких пор???
– Так давно уже, – я пожала плечами, вынимая сигарету. – Ты не знала, маменька?
Чиркнув спичкой, я глубоко затянулась. Едкий дым наполнил легкие, но в приюте мы разве что только веревки не пробовали курить, поэтому уж одну сигарету я осилю. Я выдохнула с выражением полного блаженства на лице, и по залу поплыло вонючее облако. Я рассматривала гостей, те переглянулись и начали чинно, но поспешно собираться на выход.
Луиза предлагала им еще вина, десертов, тарталеток с серебряной икрой и легкий кальян, но их уже было не остановить.
Откланялись они очень быстро. Мы с мачехой вышли их провожать. Один только вир Бертран подошел ко мне, сжал мою руку, и хитро улыбнулся:
– Ваш дедушка мог бы вами гордиться, – серьезным голосом сказал он мне на прощание. – Желаю вам удачи.
Все ушли, и Луиза метнула на меня взгляд разъяренной фурии:
– Ах ты паршивка, – прошипела она, сжав руки в кулаки так, что костяшки побледнели. – Ты ответишь за этот позор!
– Помолчи, Луиза, – с порога осадила я ее. Если мачеха рассчитывала, что я испугаюсь, то ее ждало очередное разочарование. – Помолчи и послушай сюда. Я долго терпела твои выходки и была послушной падчерицей, не желая расстраивать отца. Но любое терпение заканчивается. Я уже совершеннолетняя, и ты не имеешь никакого права таскать меня, куда вздумается, по своим прихотям. С этого дня ты оставляешь меня в покое. Ты ведь в курсе, что я неплохой артефактор, да?
Мачеха молча смотрела на меня. Если бы она могла убивать взглядом, то я бы уже валялась на полу, корчась в муках. Но она не умела, и я продолжила:
– Так вот. Специально для тебя я разработала особенный, уникальный артефакт. Как раз закончила на днях. Он умеет превращать человека в жабу. Ненадолго, всего на час, но в следующий раз, когда захочешь использовать меня в своих целях, лучше хорошенько подумай, каково приходится земноводным в их естественной среде обитания. Не сожрет ли кто тебя за этот час, и не придет ли наш садовник с лопатой по твою душу. Усекла?
Луиза побледнела, потом покраснела, резко повернулась на каблуках, так что только волосы взметнулись, и громко цокая удалилась к себе. Отлично. Я пошла в комнату Эби.
Плотно закрыв за собой дверь, я подошла к ванной и постучала в нее условным стуком.
Девушка выглянула из ванны и взволнованно пролепетала:
–Ну что? Как все прошло?
– Прошло отлично, – улыбнулась я, – но завтра тебя ждет слава слегка чокнутой алкоголички и ленивой лудоманки.
Эби похлопала глазами, а потом тихо рассмеялась:
– Ну и прекрасно! Я посмотрю на этих виров, когда они придут в мой магазин за ценными артефактами.
– Мне пора, Эби, раздевайся и ложись спать. Завтра веди себя уверенно и изредка пристально смотри на Луизу. Иногда квакай. Я выяснила, она боится лягушек. Держи меня в курсе, как будет обстановка.
Девушка кивнула и, обняв меня, вручила кольцо невидимости. Я переоделась в нормальную одежду, подхватила свои сумки, и крутанула артефакт. Ворота к резиденции Крафтов были закрыты, но небольшая калитка активировалась при помощи отпечатка ладони владельцев, поэтому, снова став Эби на минуту, я беспрепятственно вышла. Немного прошлась по пустынной улице, вернула себе видимость, вызвала дешевое такси, и когда за мной приехал обычный механический мобиль, спокойно уехала домой.
– Я дома, Жози, – крикнула я, заходя в наш небольшой двухэтажный особнячок в спальном районе.
– Как все прошло? – подруга выскочила из гостиной на первом этаже и приняла мои сумки.
– Надеюсь, нормально, – устало выдохнула я.
Все-таки, театр одного актера отнимает много сил.
– Пойдем, я налью тебе чая, а ты расскажешь обо всем в подробностях.
– Не откажусь, – я улыбнулась, и пошлепала на кухню.
Мы с Жози всегда были вместе, сколько я себя помню. Так же, как и меня, ее подбросили в приют в младенчестве, и мы никогда не разлучались надолго. Жози обладала даром травоведения и успешно применяла его на ниве косметологии. Крема и маски, которые она делала, могли любую дряблую, морщинистую кожу превратить в наливное яблочко, что высоко ценилось клиентками. В свободное от работы время она разрабатывала различные зелья и настойки, некоторые из которых весьма пригождались мне в работе.
Именно подруга искала для меня клиентов в первое время, когда мы перебрались в столицу из нашего захудалого провинциального городка. Со своими разработками ей не составило труда устроиться в один из лучших спа-салонов Альдерии. А кому женщины рассказывают о себе все, откровеннее, чем у психотерапевта? Конечно же косметологу, который и красоту наведет и выслушает внимательно, и совет даст.
Слушая о проблемах богатых дамочек, Жози аккуратно предлагала им изысканное решение в виде меня, предварительно взяв с них магическую клятву о неразглашении личности исполнителя и его талантов, а также о том, что заказчик действует исключительно в личных интересах. Своеобразный юридический договор, только с более серьезными последствиями для нарушителей. Например, неисправимое ожирение или облысение. Таким образом, мы пытались оградить себя от всевозможных преследований со стороны Охраны Безопасности.
И бизнес попер. Чаще всего клиентки просили прикрыть их на время свиданий с любовниками. Ох уж эти адюльтеры! Всегда были, всегда будут. Дамочка входила за покупками, а домой к мужу возвращалась уже я. В основном, это были спокойные вечера и ночи. Мой дар позволяет мне изменять внешность даже в самых мелочах, поэтому я покрывалась какой-нибудь страшной сыпью, жаловалась на не вовремя пришедшие месячные, закусывала селедкой с луком, и садилась перед шикарными плазмами смотреть фильмы. Обычно у мужей не возникало желания приставать ко мне с исполнением супружеского долга. Да и, честно сказать, большинство моих клиенток и спали то с супругами в разных комнатах. После, в заранее обговоренном месте происходил обратный обмен. Просто и безопасно. Коварные изменщицы были в восторге. Сарафанное радио работало, как часы.
Конечно, были и другие заказы. Несколько девушек приходили ко мне с просьбами подменить их в ритуале прохождения через Арку Невинности. Страшный атавизм в нашем современном мире, но некоторые дэры и виры все еще предпочитают брать в жены девственниц и настаивают на прохождении через артефакт, подтверждающий непорочность. Ну а я могу это устроить.
Меня особо не волнует моральный аспект подобных заказов. Личная жизнь других людей меня не касается, а уж если она приносит хорошие деньги, то и подавно. Единственное, что я не берусь за дела, которые касаются махинаций с наследством. Пару раз меня просили помочь исправить завещание, но я отказалась. А в остальном, я люблю свою работу. Чувство опасности, адреналин, непредсказуемость – все, как мне нравится. Тем более, если это позволит нам с Жози исполнить свою давнюю мечту.
Еще будучи маленькими девочками, живя в приюте, пусть чистом и весьма достойном, мы дали друг другу слово, что обязательно купим огромный особняк на море, где у каждого будет своя спальня, ванная и гардеробная. А еще просторная терраса, выходящая на пляж, где можно будет сидеть вечерами, попивая чай или чего покрепче, и любоваться закатом или рассветом.
И мы шли к своей мечте шаг за шагом. Часть суммы уже лежала в банке, дожидаясь своего часа, но, конечно, на Дом Мечты нужно было заработать еще много тысяч луаров.
Мы сидели на кухне, пили чай, а я рассказывала подруге, как прошел мой вечер.
– Не забудь, завтра к двум часам к тебе придет новая клиентка, – напомнила мне Жози, когда пришло время идти спать.
– Да, я помню, – кивнула я. – Дэя Вернель, да? Ты взяла с нее клятву?
– Обижаешь, – улыбнулась Жози. – Я-то всегда на страже нашей безопасности. Стряси с нее побольше, у нее денег куры не клюют. Она даже летом ходит в манто из бельцов, и каждый раз в новом, так что можешь не стесняться.
Я рассмеялась:
– Сначала посмотрим, что ей нужно.
– Сомневаюсь, что она к любовнику бегать собралась. Возраст уже не тот. Хотя… кто знает, кто знает.