Легенда о Лианне Сереброволосой

– А почему я должна это скрывать, ты, ублюдок?! Что в этом постыдного? Я не шлюха, поэтому отвали от стола, пока я не разрисовала твою рожу ещё больше!

– Ха! – Реллен не обратил внимания на угрозу. – Если это правда, я заплачу тебе за ночь мешок золота! Не так много девственниц встречалось на моём пути. Я дам тебе всё, что попросишь, если окажется, что твоя лоханка и в самом деле не распечатана!

Льяна, не привыкшая к таким оскорблениям, разозлилась не на шутку. Она вскочила и процедила в наглую пьяную рожу:

– Моя любовь обойдётся тебе слишком дорого, капитан…

– Сколько? Назови цену – я заплачу!

– За одно прикосновение к моему телу я забираю у наглеца жизнь. Тебя устраивает такая цена?

Реллен запрокинул голову и захохотал. Смеялись и слышавшие разговор моряки.

Ярость вспыхнула в груди девушки, словно в костёр плеснули ковш горючего масла. Она резко выбросила руку и изо всей силы ударила кулаком по незащищённому горлу капитана.

Реллен захлебнулся смехом и рухнул на пол, хрипя и синея на глазах.

Эльвин спокойно посмотрел на корчащееся тело:

– По-моему, ты его убила. Нам лучше смыться, пока его люди не устроили разборки.

Он встал и подал знак товарищам. Те окружили девушку и капитана, и компания двинулась по проходу под молчаливыми и угрожающими взглядами.

Покинув таверну, корсары вернулись на корабль. В ночном сумраке Льяна не смогла рассмотреть его как следует – только заметила, что он не очень большой и имеет стройный, вытянутый силуэт.

Кори провёл девушку в свою каюту. Мальчик-раб уже зажёг светильник и приготовил постель. Эльвин уступил Льяне каюту на эту ночь, а сам ушёл спать на палубу к матросам.

Закрывшись на засов, вритландка разделась и с удовольствием вытянулась на жёсткой, но настоящей постели – по такой она успела соскучиться за дни плена.

Глава 3

Утром Льяну разбудило знакомое покачивание. Выглянув в небольшое квадратное окошко, она увидела бескрайнее синее море, исчерченное полосами пологих волн. Быстро одевшись, девушка вышла на палубу.

Солнце уже поднялось над горизонтом, но висело ещё низко и слепило глаза. Корабль шёл на восток – светило поднималось прямо перед носом судна, украшенном фигурой расправившей крылья птицы с раскрытым зубастым клювом. Наверное, это и был тотем, давший имя кораблю.

Льяна, полуварварка по рождению и воспитанию, с детства была приучена уважать любых богов – своих или чужих – чтобы не навлечь гнев. Она послала тотему корабля приветственный жест и произнесла по-вритландски:

– Храни меня, о могучая птица, и пошли этому кораблю удачу!

– Что ты там бормочешь, детка? Молишься солнцу? – услышала она позади молодой весёлый голос.

Льяна оглянулась. Высокий стройный парень, раздетый по пояс, стоял за штурвалом, расставив босые ноги и крепко держась за рулевое колесо. На его обнажённом торсе рельефно выделялись бугры тугих мышц, а длинные белокурые волосы торчали на макушке, словно пушистый султан – лошадиное украшение из перьев. Серые глаза озорно щурились от солнца.

Капитан Кори стоял чуть позади, оглядывая море из-под ладони.

– Я не поклоняюсь Богу-Солнцу, как некоторые, – ответила девушка. – Доброе утро, капитан.

– Доброе утро, Льяна. – Эльвин кивнул. – Как спалось?

– Спасибо, мне было очень удобно.

– Ещё бы! – усмехнулся рулевой. – Капитанская койка удобнее наших рундуков. А вот если бы рядом лежал ещё и хозяин, она показалась бы ещё удобней, не так ли, детка?

– Помолчи, Ресс, и следи за курсом, – приказал Эльвин.

– Слушаюсь, мой капитан! – Парень оскалил крепкие белые зубы, но послушно уставился вперёд.

Льяна прошлась по палубе, рассматривая корабль. Небольшой, узкий, с одной надстройкой, где располагались каюта капитана и камбуз. Две невысокие мачты несли по одному квадратному и треугольному парусу. Матросы спали под навесом позади надстройки. Сейчас они бездельничали – корабль шёл попутным ветром под всеми парусами. Кто-то валялся на сундуках, служивших кроватями, кто-то сидел прямо на чисто выскобленных досках палубы, играя в кости. На девушку бросали любопытные взгляды, но никто не произнёс ни одного грубого слова.

Льяна остановилась на корме, глядя на пенистый след, уходящий к горизонту. За шумом воды и хлопаньем парусов она не услышала шагов капитана и вздрогнула, когда рядом раздался голос:

– Как тебе мой корабль? Понравился?

– Он очень симпатичный… – Льяна помедлила. – Только маленький.

– Маленький, зато быстроходный. – Эльвин усмехнулся. – И его легко прятать в засаде. – Он кивнул в сторону матросов. – Пойдём, познакомлю с ребятами.

Команда «Морского Орла» состояла из двадцати человек – не считая мальчика-раба, кока и самого капитана. С Рессом, стоявшим за штурвалом, Льяна уже познакомилась, если это можно так назвать. Остальных Эльвин представил по очереди, закончив короткой речью:

– Льяна – девушка строгих правил. К тому же находится под моим покровительством. Так что тому, кто захочет её обидеть, советую сначала хорошенько подумать.

Кто-то из матросов насмешливо подал голос:

– Капитан, а где она спать будет? Если б была шлюхой – всё понятно. А раз крошка член команды, значит, должна на палубе. Я могу уступить ей свой рундук: он с краю, и там не так воняет грязными ногами Керта!

Послышались сдержанные смешки, а один из матросов отвесил говорившему увесистый подзатыльник.

– Ты лучше за своими ногами последи, Хорёк, – беззлобно посоветовал он.

– Льяна будет жить в моей каюте, – ответил Эльвин.

– А ты, капитан?

– Там хватит места для двоих.

Матросы переглянулись и обменялись двусмысленными усмешками.

– Можете думать что хотите, развратные ублюдки, – Эльвин повысил голос ровно настолько, чтобы в нём звякнул металл. – Но ещё раз повторяю: Льяна – честная девушка. Держите свои грязные лапы и поганые языки на привязи, если не хотите неприятностей. Если она кого-нибудь укоротит на голову – я не стану её наказывать. Хотя драки на корабле запрещены.

– Эй, капитан, – подал от штурвала голос Ресс. – Я так понял, эта крошка свободна, хоть и будет жить с тобой?

– Да.

– Значит, за ней можно приударить?

– Только если она сама позволит.

– А ты не против?

– Я ей не отец, – отрезал Эльвин.

Льяна не стала ждать, пока Ресс задаст следующий вопрос. Она подняла голову и ответила сама, вспомнив слова старшей сестры, когда та принимала заигрывания парней:

– Можешь поухаживать за мной только в том случае, если считаешь себя неотразимым, герой.

Ресс расплылся в улыбке.

– Замётано.

Дни, проведённые на корабле Эльвина Кори, стали для девушки настоящим подарком судьбы после всех перенесённых страданий. Она быстро освоилась и вскоре стала своим человеком в небольшой команде.

Парни, хоть и пытались приударить за Льяной, следуя совету капитана, делали это сдержанно, без грубости. Девушка, окружённая повышенным мужским вниманием, кокетничала со всеми, но не отдавала предпочтения никому. Честно говоря, она была ещё просто ребёнком – девушки Вритландии начинали задумываться о замужестве только после семнадцати. Льяна относилась к окружавшим её мужчинам скорее как к друзьям, чем как к потенциальным партнёрам. Хотя где-то в глубине души, может быть, и теплилось что-то большее к Эльвину и весельчаку Рессу, но это ещё не было любовью – разве что её робкими ростками.

Время, пока «Морской Орёл» бороздил моря в поисках добычи, Льяна не проводила в безделье. Вместе с Эльвином, или Рессом, или кем-нибудь ещё из команды она тренировалась – совершенствовала искусство фехтования, осваивала новые боевые приёмы. Изучала устройство парусника, названия звёзд и созвездий, училась прокладывать по ним путь. Этими знаниями щедро делился капитан. Он относился к девушке как к младшей сестре, оставшейся на берегу, – той, о которой заботишься издалека, посылая награбленные деньги.

Девственный и пытливый ум схватывал всё на лету. Льяна училась быстро – через месяц она уже стала заправским моряком и корсаром, успев поучаствовать в нападении на торговое судно.

В её ведении находился огромный арбалет, установленный на носу корабля. В ложе всегда лежала тяжёлая деревянная стрела с металлическим зазубренным наконечником, к которой был привязан длинный и крепкий канат. Пока корабль шёл в поиске, арбалет укрывали куском парусины. Но стоило на горизонте показаться торговцу – по сигналу рога Льяна бросала все дела и со всех ног бежала к своему посту.

Когда «Морской Орёл» нагонял добычу, девушка должна была попасть в убегающий корабль и «заарканить» его, вогнав стрелу в борт. А во время боя, если торговец оказывал сопротивление, – обстреливать противника из малого арбалета или лука.

Во время своего первого и единственного боя – они тогда поймали неповоротливого торговца из Рунина – Льяна старалась стрелять так, чтобы не убить, а только вывести противника из строя. Она была ещё неискушённым воином и не знала главного закона войны: убей или погибни сам.

Доброта, в конце концов, её и подвела.

Как-то вечером вперёдсмотрящий заметил на горизонте парус большого торгового корабля. Тотчас прозвучал сигнал тревоги, и команда заняла свои места. Льяна застыла у носового арбалета. Двое сильных матросов стояли у лебёдки, готовые наматывать трос, как только стрела вопьётся в корпус преследуемого судна.

Торговец был большим и неуклюжим. Он не спешил убегать, даже заметив приближающегося корсара. Эльвин потирал руки в предвкушении богатой добычи.

Когда корабли сблизились, он разглядел вымпелы на мачте: корабль принадлежал Крону – королевству, занимавшему группу больших островов где-то в Восточном океане. Богатое и загадочное государство, по слухам, основанное ассветами. Кронские корабли редко заходили так далеко на юг, торгуя в основном с государствами Восточного континента. Ходили слухи, что взять на абордаж кронский корабль практически невозможно, но Эльвин не верил в это. Купец казался таким неуклюжим, беззащитным и доступным…

«Морской Орёл» легко настиг жертву и повис у неё на хвосте. Эльвин подал знак. Льяна тщательно прицелилась в высокую широкую корму, качавшуюся в нескольких десятках шагов, и нажала на спуск. Стрела вошла точно в цель – выше ватерлинии, но ниже борта, чтобы с корабля не смогли перерубить канат.

Но, вопреки радостным воплям корсаров, на торговце не заметно было паники. Там вообще не наблюдалось никакого движения – словно огромный корабль шёл сам по себе.

Когда в борта купца вцепились абордажные крючья и по верёвкам полезли матросы, над фальшбортом внезапно показалось около двух десятков стрелков. Но вместо луков или арбалетов они держали в руках какие-то длинные тонкие трубки.

Стрелки поднесли их к губам и дунули.

Из трубок вылетели короткие тонкие стрелы. Каждая нашла цель. Но они не могли никого убить – у них не было стальных наконечников. Одна из стрел лишь слегка оцарапала Льяне кожу и упала к ногам.

Увидев странное оружие, корсары сперва растерялись. Но, поняв, что стрелы не убивают и не калечат, а наносят лишь лёгкие царапины, расхохотались и с удвоенной энергией бросились в атаку. Льяна, приготовившаяся стрелять в ответ, с улыбкой опустила оружие. Облокотившись о приклад абордажного арбалета, она наблюдала, как матросы «Морского Орла» карабкаются по канатам и спрыгивают на палубу торговца.

Сделав лишь по одному выстрелу, кронские стрелки исчезли. Корабль вновь казался вымершим.

С палубы захваченного судна не доносилось характерного шума боя. Там вообще не было заметно никакого движения. Льяне это показалось странным. Она вопросительно оглянулась на Эльвина.

И замерла.

То, что она увидела на палубе «Морского Орла», удивило её больше, чем таинственная тишина на торговце. Эльвин и ещё несколько матросов, оставшихся на корабле, неподвижно лежали в разных позах. Они казались мёртвыми – хотя на телах не виднелось ни ран, ни крови. Только небольшие уколы от странных кронских стрел.

Сердце девушки испуганно дрогнуло.

Неужели стрелы отравлены?

Льяна нагнулась и подняла стрелу, оцарапавшую ей шею. Остриё темнело липкой жидкостью с алой каплей крови.

Льяна отшвырнула стрелу и бросилась к Эльвину. И тут впервые почувствовала, что ноги плохо слушаются. Они заплетались и подгибались, а потом и вовсе подломились. Девушка упала на колени, попыталась ползти – но онемение добралось до рук. Она легла на палубу и закрыла глаза, думая, что умирает.

Странно, но Льяна не испытывала ни страха, ни сожаления. Она не испытывала ничего, кроме тихой радости: всё происходит без мучительной боли, которой она боялась больше всего.

Вскоре сквозь пелену дремоты пробился шум. Льяна приоткрыла глаза и увидела, что с кронского корабля спрыгивают и спускаются по переброшенным сходням чужеземные матросы. Они свободно расхаживали по палубе, переступая через неподвижные тела, смеялись и переговаривались на искажённом ассветском.

Возле девушки остановился один. Затем подозвал товарищей – и вскоре вокруг собралась целая толпа. Они с любопытством разглядывали её, трогали, переворачивали. Льяна не могла ответить на их бесцеремонность – разве что словами. И в сердцах обозвала наглецов всеми вритландскими ругательствами, какие знала.

Непонятное бормотание лишь забавляло чужаков. Они от души веселились.

Затем один из них подхватил Льяну, небрежно перекинул через плечо, словно тряпичную куклу, и понёс на свой корабль.

Оказавшись на борту торговца, девушка увидела ту же картину: её товарищи валялись без чувств по всему судну, а кронские матросы стаскивали их в одну кучу, заковывали в цепи и спускали в трюм. Только теперь несчастная поняла: они попали в ловушку. И пожалела, что не убила ни одного врага.

Девушку показали нескольким господам важного вида, стоявшим на крыше надстройки и наблюдавшим за происходящим. А затем отнесли в какую-то тёмную каморку, бросили на тюфяк, набитый морской травой, и заперли дверь.

В комнатке не было окон. Свет проникал только через узкие щели между неплотно пригнанными досками. Не имея возможности даже пошевелиться, Льяна наблюдала, как медленно меркнут светлые полоски, как день переходит в глубокий вечер, а затем – в ночь.

Постепенно веки отяжелели, опустились, пряча усталые глаза. Она уснула.

Глава 4

Проснулась Льяна от тупой ноющей боли, охватившей всё тело, – мышцы медленно отходили от действия парализующего яда. Она лежала в темноте, раздираемая болью и страхом перед неизвестностью.

Что с ней сделают эти мерзкие кронцы?

В лучшем случае – наденут рабский ошейник и продадут на рынке. В худшем – повесят как пирата. А может, её возьмёт в наложницы кто-то из важных господ? Ни одна из перспектив не радовала. Все были противны её характеру и шли вразрез с желаниями. Но выбирать не ей. Какую судьбу уготовили боги – скоро узнает.

Вскоре тело полностью освободилось от действия яда, и Льяна устроилась поудобнее на жалком ложе. К счастью, тюфяк оказался достаточно толстым, лежать на нём было сносно, а мягкое покачивание, плеск волн о борта и поскрипывание снастей усыпляли.

Разбудил её скрип двери. Зажмурившись от ударивших в лицо солнечных лучей, она сквозь густые ресницы разглядела силуэт кронца, ставившего у порога кувшин и тарелку. Когда дверь закрылась, Льяна поднялась и подтянула еду к себе. В кувшине плескалась чистая вода, на тарелке лежали хлеб, сыр и кусок рыбы. Девушка, хоть и не чувствовала голода, съела всё, запив завтраком водой. Затем умылась и, как могла, привела себя в порядок. Поставив пустую посуду на место, снова легла, погрузившись в размышления.

Её не посадили в трюм вместе с остальными пленными. Хотя, наверное, догадались, что на корабле она находилась не по принуждению. Не заковали в цепи – по-видимому, не опасались. Чужаки ничего о ней не знали и не догадывались о её возможностях. Это играло ей на руку. Значит, не стоит посвящать их в эту тайну. Лучше прикинуться кроткой овечкой, простушкой, игрой судьбы и волею богов заброшенной на корабль корсаров.

От раздумий оторвал новый скрип двери. На пороге возник высокий плечистый воин и приказал выйти. Говорил он странно для слуха вритландки, но вполне понятно. Льяна встала, отряхнулась, поправила волосы, по обычаю заплетённые в четыре косы, и ступила на залитую полуденным солнцем палубу.

Пришлось зажмуриться: после сумрака каморки яркий свет больно резал глаза. К счастью, мучения длились недолго. Пройдя всего несколько шагов, они ступили в прохладу узкого коридора надстройки. Провожатый постучал в ближайшую дверь. Изнутри донёсся голос, и они вошли.

Льяна оказалась в прекрасной, богато обставленной каюте. За круглым столом сидели те самые важные господа – в необычных роскошных одеждах, увешанные драгоценностями, словно алмостские женщины.

Лица присутствующих повернулись к вошедшим. На девушку уставились четыре пары любопытствующих глаз. Её рассматривали, словно диковинку. Льяне стало неуютно под этими холодными оценивающими взглядами. Но, гордо вскинув голову, она в свою очередь окинула мужчин внимательным взглядом.

Удивляло разнообразие их обликов.

Один – сероглазый блондин с обветренным лицом. Другой – темноволосый, смуглый, со светло-карими глазами. Третий – типичный ассвет: рыжие волосы и голубые глаза. Четвёртый же, самый младший, – черноволосый, синеглазый, с матово-золотистой кожей. Все носили длинные волосы, собранные в хвост или заплетённые в косу, серьги в ушах или в ноздре, и множество перстней на пальцах.

Первым заговорил ассвет:

– Как твоё имя?

– Льяна, – не стала скрывать девушка.

– Ты выглядишь очень юной. Сколько тебе лет?

– Пятнадцать.

Мужчины переглянулись. Блондин подался вперёд:

– Что ты делала на пиратском корабле?

– Капитан Эльвин Кори – корсар, а не пират, – с гордостью ответила Льяна.

– А какая разница? И те, и другие – разбойники.

– Возможно. Но пираты более жестокие. Они грабят всех подряд и топят корабли. Корсары же не убивают без необходимости. Мой капитан говорил: не стоит резать курицу, несущую золотые яйца. Ограбленный купец снова выйдет в море, а мёртвый прибыли не принесёт.

Мужчины снова переглянулись и заулыбались, словно девушка рассказала забавную шутку. В разговор вступил смуглокожий. Говорил он тихо, спокойно, а глаза смотрели на пленницу с отеческой добротой.

– Так что же ты делала на этом корабле, деточка? Ты дочь капитана, или его сестра, или любовница?

– Я член команды, – гордо ответила Льяна.

Мужчины в третий раз переглянулись и вновь улыбнулись.

– И чем же ты занималась в команде? Готовила еду? Стирала?

– Для этого есть кок и мальчик-раб. – Льяна выдержала паузу. – Я стреляла из абордажного арбалета.

– Так это ты нас заарканила… – протянул ассвет.

– Мой отец – охотник. Он говорил, что у меня зоркий глаз и твёрдая рука. – Льяна не удержалась от гордости. – Я редко промахиваюсь.

– Значит, ты умеешь обращаться с оружием.

– Я умею метко стрелять, – осторожно уточнила девушка.

– И многих ты убила за свою карьеру?

– Только одного. – Она подняла глаза на говорившего. – Да и тот был пиратом.

Мужчины вновь переглянулись, обменявшись ироничными взглядами. Льяна могла бы рассказать им о Морском Удаве, но посчитала лучшим промолчать – она и так наговорила лишнего. Пусть чужаки думают, что она глупая хвастливая девчонка. Это ей не навредит.