Девушка, в который раз, вздохнула – поля, поля, поля! Изредка, поля заканчивались, сменяясь невеликими холмами и виноградниками, кое-где виднелись рощицы, зелёные и радостные на фоне жёлтых просторов, выгоревшей под солнцем, степи.
– Богатый край – это герцогство Валенсия. – размышляла Елена – Значит, герцог вовсе не бедствует! Поэтому наследничек его и ведёт себя точно последний урод! Мажор на «феррари»!
Под «феррари» Елена подразумевала горячего жеребца мышастой масти, обильно украшенного различными висюльками и всякими приколюшками. Жеребец зло ржал и бил копытом, но юный маркиз управлялся с ним весьма ловко.
– Опасный типчик! – вновь подумалось Елене, после того, как вот уже в третий раз маркиз промчался мимо кареты, поднимая тучи серой дорожной пыли – Глаза у него дурные. Замыслил верно какую подлость!
Но, тут очнулась Лулу, выпал из спячки целитель и дружная компания приступила к уничтожению продовольственных запасов.
Елена с удовольствием отведала и жареной курочки, и сладких клубней какого-то корнеплода, запечённых на огне, и пирожков с различной начинкой, нежно тающих во рту, и запила всё это безобразие кисловатым вином, превосходно утоляющим жажду.
Воды не нашлось – Лулу предлагала вино, которое, конечно же, слегка разбавленное водой, в этом краю пили все, даже дети.
Утерев жирные губы льняной салфеткой и тем самым, в очередной раз вызвав молчаливое удивление шустрой служанки, Елена хмыкнула, почувствовав себя настоящей барыней – её везли в герцогской карете, прислуживала ей камеристка, да и господин целитель изъявлял готовность прийти на помощь даме по первому же требованию.
Но, происходящее с ней правдой не являлось. Елена чувствовала себя мушкой, запутавшейся в паутине. Она билась и трепыхалась, а где-то, в незаметном месте, сидел жадный и голодный паук, готовясь наброситься на несчастную жертву и погрузить в её тело хищное жало.
При мысли о хищном жале, Елене стало грустно – она насупилась, нахохлилась и сама, не заметив, как, уснула, продремав до самого вечера.
Впереди их всех поджидал Ачерский лес.
Герцогство Валенсия славилось не только своими полями, виноградниками и оливковыми рощами, но и лесом, о котором ходила недобрая слава.
Лес казался бескрайним, забирая далеко на юго-запад и упираясь зелёной стеной в лазурные воды Средиземного моря.
В сердце Ачерского леса не совался никто.
Нет, герои конечно же были, в своё время, но очень быстро закончились, сгинув в чёрной чаще.
Знающие люди поговаривали, что в глуби леса обитают чудовища – различные чуды, злые ведьмы, твари, хищные и беспощадные, а в глубоких болотах и тёмных урочищах, встречаются мертвецы, поднятые от вечного сна неведомой и недружественной людям силой, что крылатые гарпии, залетающие в поселения, воруют детей, а подземные лесные карлики, живущие под корнями деревьев, уволакивают в свои норы молодых девиц и используют их для нечестивых утех.
Окраины леса, которые ещё называли Мусорными пределами, облюбовал различный разбойный люд, с удручающим постоянством тревоживший торговые караваны и грабивший обычных путников.
Многие тороватые купцы и иные путешественники предпочитали объездную дорогу – длинную и менее опасную, а через Мусорные пределы, ведущие в Ачер хаживали особо торопливые и рисковые, а, так же, хорошо охраняемые отряды.
Маркиз имел твёрдое намерение следовать короткой дорогой.
Де Перье, хмурясь от неприятных предчувствий, торопливо шёл через поляну.
Повсюду суетились слуги знатных господ, сопровождавших юного маркиза и его приятелей, организовывая ночлег для своих хозяев. Родовитые господа, пусть и путешествующие налегке, намерения отказываться от привычного образа жизни, не имели.
Слуги позаботились и о палатках для аристо, и о вкусном ужине.
Невозмутимые гвардейцы заступили на караул, охраняя маркиза и его знатных спутников. Для полного счастья не хватало лишь дам – захватить в путешествие блудниц господа не озаботились, а общаться с Еленой и её, так называемой, камеристкой им было нежелательно.
Вино заменило господам дворянам женское общество.
– Уже совсем скоро, господин. – услужливый шевалье подал маркизу наполненный вином, стакан – Вам недолго осталось терпеть общество той безнравственной особы. Нас избавят от её назойливого присутствия, и ваша дражайшая матушка перестанет гневаться.
Маркиз кисло улыбнулся – к нему, ещё в Льуеже пришло письмо, доставленное магическим вестником. Матушка не пожалела золота для того, чтобы напомнить дорогому сыну о том, что бастард, кем бы она не являлась, должна как можно скорее покинуть бренный мир. Каким образом сын исполнит её пожелание, герцогиню волновало мало.
И она грозила карами в случае неудачи. Мало того – она обещала урезать денежное содержание наследника герцогства, что само по себе являлось очень неприятной новостью.
Всецело преданный виконту Людвиг занял стратегически важное место на опушке, укрывшись в густом кустарнике, откуда весьма удобно вести наблюдение за небольшим, но шумным лагерем. Разглядывать красивую девицу в простом крестьянском платье оказалось не так интересно, как представлялось слуге. Девчонка вела себя обычным образом – ела, пила, о чём-то болтала с кудрявой камеристкой и толстым доктором, прогуливалась, не удаляясь, впрочем, далеко от роскошной кареты. В общем – скукотень!
Гораздо с большим удовольствием Людвиг провел бы время в другом месте – подле господ. Там всегда можно было узнать что-то новое, подслушать какую-нибудь тайну, которой, впоследствии, так приятно поделиться с новой подружкой, а то и продать за звонкую монету заинтересованному лицу.
Многие, очень многие интересовались делами виконта, а ещё больше – маркиза. Людвиг действовал очень осторожно, опасаясь, что рано или поздно, виконт догадается кто торгует его секретами.
Пока что, господа при нём не особо стеснялись обсуждать свои проблемы, воспринимая Людвига как предмет интерьера – полезный и незаметный. Считать слугу за человека? Фи, какая глупость!
Теперь вот, его приставили к девчонке.
Девка выглядела обычной селянкой. Но было в ней нечто, что сильно настораживало пронырливого мерзавца – какая-то неправильность. Уж очень непохожей показалась Людвигу девица на ту же самую Сельму, что так охотно отправилась развлекаться с молодыми господами. Да любая другая сочла б за честь то, что пригласили именно её!
Но, не эта.
Елена казалась вполне довольной жизнью – ей нравилась опушка леса, поляна, лагерь и вечерняя стряпня гвардейского повара, умеющего сварить вкусную кашу даже из топора, как в той самой, детской сказке. С ней постоянно находилась Лулу. Она не спускала с подопечной внимательных глаз и никуда не разрешала уходить одной.
В свою очередь, за ними обеими присматривали люди герцога. Так, по всей видимости, распорядился осторожный де Перье.
Елена могла без опаски прохаживаться по полянке, разве что забредать далеко в лес ей было не рекомендовано.
Вместе с Лулу они сходили к крохотному лесному озерцу, к которому ещё не подобрались слуги, ведущие в поводу лошадей. Вода в озерце оказалась очень приятной – тёплой, мягкой и освежающей и девушки славно искупались, хотя, конечно, выкупаться в горячей воде было бы предпочтительней. Но, где взять горячую воду посреди дикого леса?
Елене выбирать не приходилось – как ей помнилось, Арлена не особо утруждала себя мытьём, опасаясь деревенских парней, способных обидеть беззащитную сироту.
Но теперь их тщательно охраняли от нескромных взглядов и прочих посягательств, и девушке пришлось по нраву то незнакомое чувство защищённости, которое внушало ей незримое присутствие бравых гвардейцев крючконосого герцога.
Целитель с ними в лес не пошёл, предпочтя остаться в лагере и пользуясь тем, что светило всё ещё давало достаточное количество света, что-то чертил в своей толстой книге обычным карандашом.
«Диссертацию, наверное, пишет» –предположила Елена и не угадала.
Целитель пытался сочинять стихи. Получалось у него не очень складно и от того несчастный Огюстен нервничал и сердился, пыхтя, как закипающий чайник.
Сидеть подле раздраженного целителя для Елены показалось делом скучным, и она предложила Лулу слегка прогуляться. Лулу, было заартачилась, но, взглянув на погрустневшее личико подопечной, тяжело вздохнула и согласилась, незаметно подав знак гвардейцам герцога.
Прогуляться было решено в сторону от бивуака – нечего мозолить глаза господам-аристократам. Елене сии неприятные персоны были без надобности.
Они вышли в поле. Вернее, в поля и девушка едва смогла сдержать крик восхищения, готовый вырваться из груди.
Лаванда!
Перед ними, во всем своем великолепии, раскинулось огромное поле, целиком и полностью заполненное лавандой.
Ровные ряды темно-фиолетового кустарника тянулись до самого горизонта, сливаясь с лиловыми небесами где-то там, далеко, у самого края обитаемого мира.
Даже Лулу притихла, приоткрыв рот и наслаждаясь ароматом, плывущим над землей.