Космические приключения воровки и мойщика окон

Подведя итог своих первых шагов, ребята направились в здание, на котором ярким неоном светилась вывеска «Отель». Трамбованный песок под ногами поднимал пыль в закатном свету, и пыль эта налипала на пот, оседала на одежде. Очередная планета, прошедшая этап терраформирования. Установки для придания планете пригодности отсюда давно уже вывезли, но нормальную флору и фауну завезти забыли. Скорее всего, эту планету тоже будут готовить к георазведке и последующей утилизации.

— Добрый вечер, нам два одноместных номера, — Сидней огляделся по сторонам, стоя в длинном коридоре напротив зарешеченного окошка регистрации. Рука вскользь задела внутренний карман и скрыла в рукаве карточку с деньгами.

— Двух нет, — ответила пожилая женщина, поправив очки на носу. Очки были толстые, и Сиду показалось, что линзы вырезали из бронестекла какого-то звездолета-инкассатора.

— Тогда двухместный.

— Двухместных нет.

— Трехместный?

— Я не поняла, вы сюда че, на экскурсию прибыли? Вам, может, еще и королевский люкс подать?

— А есть? — наклонился к решетке Сид.

— Нет. Либо с гастарбайтерами, либо одноместный.

— Мы с ней не вместе, — парень ткнул большим пальцем за свое плечо.

— Мальчик, хорош мне голову морочить! Я не рожу тебе еще одну комнату! Если не вместе, то один к гастарбайтерам, второй в номер.

— Я в номер, девка к гастарбайтерам, — Сид вынул из рукава карточку.

— Эй! Я девушка вообще-то! Мне нельзя к гастрбтр… Гастрб-ай… Блядь!

— Ниче, милочка. Там примут как родную, — засмеялась старушка. — Ты там королевой будешь. С вас восемь тысяч за номер и шесть тысяч за койко-место. Оплата по счету, рассрочка или безналичный перевод.

— Койко-место? — искренне удивился Сидней. — Нет, нам только номер. Вы чем слушаете?

Лилит приложила ладонь ко лбу. Ей искренне было стыдно за своего спутника, который умудрялся переобуваться в прыжке с невероятной ловкостью. Женщина недовольно фыркнула, провела оплату через терминал и тут же выдала ключ от номера.

— Шестнадцатый этаж, номер шестьдесят три.

— Славно, — Сид улыбнулся старушке и кивнул Лиле. — Пошли на лифт.

— Лифт не робит. Не завезли.

Лилит и Сидней синхронно закатили глаза. Но в номер пошли. Нужно было проверить его пригодность, чтобы не ломиться на стойку регистрации под ночь, в надежде, что вернут деньги.

Шагая по лестничному маршу, девушка то и дело останавливалась перевести дух. Ноги в легких шлепанцах уже давно смозолились и болели: — С тех пор, как ты рядом, я все время оказываюсь в каком-то дерьме…

— Сама виновата, — выплевывал слова парень, валясь с ног от усталости. — Не надо было воровать у меня… И вообще, это именно с твоим появлением началась вся эта хрень! Надо быстрее добыть шесть лямов.

— Пять восемьсот. Минус за сломанный реверс… хрен знает сколько. Ну, допустим, восемьсот, — девушка хватала затхлый воздух, но дышать пыталась не полной грудью. Уж слишком тут воняло. — Итого пять. Дело все упрощается и упрощается.

Воровка подняла большой палец вверх, схватилась за перила и дернула себя выше.

Добрались.

Проходя по переходной лоджии панельки, словно выдернутой из восточной Европы, Сид зацепился взглядом за фиолетовый горизонт. Атмосфера на планете была совсем новая, и такое явление еще не прекратилось. Связано было с металлами и газами в воздухе. Завораживающее зрелище. Фиолетовым было только небо, а вот облака окрашивались в ярко-красный. Невероятный контраст заставил облокотиться на отбортовку балкона и просто посмотреть на это. Лилит сделала также.

— Ты ценитель прекрасного? — девушка роняла капли пота вниз на улицу, на людей, что медленно брели в отель.

— Ага… — завороженно ответил парень, забыв съязвить что-то обыденное.

Девушка кивнула и затихла, глядя на уползающее за горизонт солнце. Пара минут спокойствия вернули дыхание в норму. Пот перестал течь ручьем, осталось лишь ощущение того, что одежду приклеили к коже.

За спиной проскрипела дверь, и на балкончик вышел седой старик в одной майке и трусах. Все его тело было исписано татуировками и шрамами. Старик закурил и тоже облокотился, встав рядом с Сиднеем.

— Тоже на вспышку пришли посмотреть? — хриплым голосом сказал старик, не поворачиваясь к соседям.

— Вспышку? — уставился на него Сид.

— Смотри вперед, а то пропустишь…

В тот самый миг, как солнце скрылось за горизонтом, по небу прокатилась волна. Потом вторая, третья. И четвертая. Волны были разного цвета. От зеленого до светло-голубого. Они яркой вспышкой окрасили на мгновение все вокруг. И скрылись вслед за солнцем. Это был самый настоящий безмолвный фейерверк.

— Что это было? — изумленно оторвалась от неба Лилит.

Старик схаркнул смолу из легких: — Разряжение пыли. Солнце, излучение. Скрывается-уходит.

— Ниче не поняла, — помотала головой Лила.

— Он сказал, что вместе со светом солнца уходит и ионизирующее излучение. Пыль разряжается, и разряд этот похож на вспышку.

Дед выкинул окурок на проходящих мимо смуглых строителей: — Я бы и сам мог объяснить, умник. Закашлялся просто…

Старик встал и ушел, совершив свой вечерний ритуал. А вот парень с девушкой продолжили наблюдать, как чернеет небо и появляются тусклые звезды, которых из-за нового воздуха было почти не видно.

Пара минут отдыха в копилку, и Лилит выпрямилась и размяла поясницу: — Идем?

Сид молча встал и толкнул дверь в общий коридор. А там уже проще. Все номера были пронумерованы, и найти нужный не составило труда.

— Мда, — парень посмотрел на дверь, что выбивали и вставляли, минимум, десять раз. Засунул ключ в замок, пошатал его там и повернул. Дверь открылась.

Свет включился автоматически. Большая просторная комната с одной только кроватью, окно, за которым чернело небо, и пустой проем в душевую. Вот и все. Бетонные стены, бетонный потолок. На кухне чайник. Нет ни посуды, ни напитков. Просто чайник.

— О! — воскликнула девушка, направляясь к кровати.

Сидней махнул ногой, скидывая с нее ботинок. Ботинок упал на покрывало, оставив грязный пыльный след на кровати: — Занято. Спишь на полу.

— Спим вместе!

— Нет, ты спишь на полу!

— Что, зассал, мальчик? Ни разу не делил кровать с девочкой?

— Ты хочешь на слабо меня взять? — Сид подошел к своему ботинку и снова надел его на ногу. Ботинок был сырой и омерзительный.

— А что, если хочу, — девушка подошла ближе и уставилась прямо на нос юноши. — Ну так что, слабо?

— Ага, как же, я щас соглашусь, а наутро проснусь привязанный к кровати, — Сид наклонился ниже, приблизился к лицу Лилит.

— Ты и так проснешься привязанный к кровати! Разница только в том, что я не буду докучать тебе ночью, если лягу на что-то мягкое!

— Плевать… — отмахнулся мойщик окон. — Номер проверили, пошли за едой. Заодно купим провиант в дорогу.

— За едой и алкоголем, — поправила его девушка.

— Нет. Только за едой. Заодно поспрашиваем про работу.

— Слушай! — девушка присела на кровать, а потом и вовсе разлеглась на ней, удивляясь тому, насколько она мягкая. — А может, станем баунти-хантерами?

— Эт че, искать беглецов и дезертиров? — Сид сел рядом.

— Ну да, раз уж мы здесь… Открой КПК, посмотри объявления…

— Да тут всех поголовно можно на корабль грузить. Предельно тупая идея.

За стеной послышался гулкий стук кулака по бетону. И такой же глухой голос: — Только попробуйте!

Сид и Лила испуганно втянули шеи и начали собираться, стараясь как можно быстрее покинуть это место. Хотелось вернуться попозже, когда все обитатели единственного отеля уснут. А то мало ли, выломают дверь и в одиннадцатый раз.

Мельком глянув на черное небо, Сид захлопнул двери переходной лоджии и начал спускаться вниз, перепрыгивая по несколько ступеней. Семенить ногами в таких тяжелых ботинках не хотелось, вот он и перепрыгивал, то затхлые следы мочи, то ступени, то лежащих на пролетах бездомных. На фронтире куда ни глянь — так. Везде нищета и разруха. И не похоже, что это впервые заселенные планеты. Скорее какие-то отстойники для отбросов общества, а не перспективные новые миры.

В давние времена открывать планету для людей было честью. Это было зрелищно, было помпезно. Каждая новая планета не походила на предыдущую. Тут и животные, и растения. И все новое. Туда отправляли туры, проводили экскурсии. Ученые наперегонки мчались изучать новую фауну и новую флору, следили за вариациями терраформирования. Дивный новый мир был у них на ладони.

Ну а сейчас… любой энтузиаст, имеющий в своем распоряжении оборудование для подготовки планет, может спокойно сделать мертвый шарик пригодным к дыханию и продать его. Именно. Просто продать планету. Такие паршивые места в основном покупают корпорации, занимающиеся добычей ресурсов и полезных ископаемых. Планету-то они распотрошат, это вопрос времени, но ведь куда удобнее потрошить планету, если персонал на ней может спокойно дышать. И даже жить.

— Еле тащишься… — посмотрел время на своем КПК Сид, встречая воровку, что только сейчас вышла на улицу. Лестницы давались ей труднее, чем парню.

— Это ты меня там бросил! С этими отбросами и пьяницами! — надулась брюнетка и прошла мимо Сиднея. — А если бы они меня там же и зажали?

— Тогда твой долг перешел бы к ним, думаю. С ними бы было проще договориться.

— С этой пьянью? С бандитами и беглецами?

Сид пожал плечами и пошел вслед за Лилой. В такое время почему-то работал только бар. Ни магазины, ни банки, ни больница уже не работали.

Парень с девушкой встали перед заколоченной пластиковыми пластинами дверью и переглянулись.

— По ходу, это все… — почесал затылок юноша. — Тут больше ни хрена нет.

— Ну, впрочем, меня устраивает… — девушка подошла к крыльцу и дернула дверь, которая болталась на одной только верхней петле: — Ты идешь? Поедим, выпьем…

— Да нет, я, наверное, пас…

— Чего? Погоди! — воровка метнулась обратно к парню и вцепилась в рукав его серой спецовки. — Ну пожалуйста! Не оставляй меня одну! Там темно и страшно!

— И что с того? Я не обязан тебя караулить!

— Сидней, ну пожалуйста!

Парня передернуло. На его лице появилась явная ухмылка. Воровка, которая все время коверкала его имя, в кои-то веки произнесла его правильно: — Да ты издеваешься…

— Ну Сид! Сидни! Мистер Купер! Прошу тебя, хотя бы на полчасика. А потом спать! И я обещаю, что с утра мы придумаем, где взять деньги!

Сиднея совсем не убедили слова Лилит, демоница манила его заниматься совсем не теми вещами, которыми стоило бы. Да и вряд ли с похмельной головы она придумала бы отличный план.

Сид подумал, потом подумал еще раз и понял, что он и так на самом дне. Хуже-то уже явно не будет. Он не успел развлечься в юности, не успел развлечься в молодости. Последние четыре года он тоже не развлекался. Выпить было бы неплохо.

Ничего не говоря, парень дернул дверь, и верхняя петля отвалилась вместе с куском косяка. Сид подхватил дверь и аккуратно поставил ее рядом со входом, краснея от неловкости ситуации.

В баре было темно и сыро, а еще воняло. Пахло алкоголем, блевотиной, перегаром. Но больше всего пахло потом. Сильно пахло, так, что аж глаза начали слезиться.

— О! — воскликнул бармен, протирая пластиковую кружку. — Новенькие!

Сидней подошел поближе и отодвинул высокий барный стул. От планеты к планете всегда было кое-что неизменное, константа мира… Это были вонючие и заблеванные бары с высокими стульями и разбитой барной стойкой. В них всегда не хватало освещения, но хватало странного вида людей. Бармен положил пластиковый стакан и обнажил металлическую палку-хваталку, которая у него была вместо руки.

— О! — воровка уселась рядом. — Я поняла, почему стаканы пластиковые!

Седой мужчина рассмеялся: — Да, это ты верно подметила! Ну так что, откуда будете? Силой к нам или по своей воле?

— Сил…

— По своей воле, — подрезала Сиднея брюнетка. — Мы путешественники!

— О как! Как Элджой Ван Холлен, или Рид Бэй? — бармен поставил две кружки и поднес шланг с краником, не дождавшись ответа. — Ну мы все тут путешественники! Тогда как путешественник путешественникам — первая за мой счет!

— Вот это ты щедрый, дядя, — Лилит не могла себя сдержать. В момент, когда Сидней посмотрел на нее, ему показалось, что у девчонки уже текут слюни.

Две кружки встали на барную стойку, и воровка дернула себе одну. Сид тут же аккуратным движением руки отодвинул к ней и вторую: — Наслаждайся…

— Мистер Купер, вы сама щедрость!

— Они бесплатные, дура… — полушепотом ответил парень, стараясь не привлекать к себе излишнее внимание.

— Так, а вы, молодой человек, чего-нибудь будете?

Сид дернул к себе листовку-меню и бегло по ней прошелся: — Стакан воды, две порции жареного тофу с рисом и… виски есть?

— Виски кончился.

— Тогда водку.

— Ну… хозяин-барин, — старик здоровой рукой достал терминал. — С тебя две тысячи двести кредитов фронтира. Принимаем и земные, но по курсу кредитов фронтира.

— С чего ты взял, что я с Земли? — после этого вопроса люди за спиной замолчали. Все замолчали. И все пристально посмотрели на Сиднея. Даже воровка поперхнулась пивом и уставилась на парня.

— А что, не угадал?

Сид усмехнулся. — Я просто давно не позволял себе расслабиться. Вот и подумал перекусить в баре. Деньги завтра кончатся, и я начну голодать, так почему бы не потратить их здесь? На еду.

Парень пожал плечами, и люди за спиной снова начали гудеть о чем-то своем.

— Ты человек честной судьбы? Деньга брызнула, и ты уже на кураже?

— В точку, — Сид щелкнул пальцами, одновременно оттопырив указательный.

— Он врет! — воровка допила первую кружку и поставила ее на вспухшую барную стойку. — Он четыре года копил бабки на квартиру, а в итоге потерял их. Он дурень!

— Ах ты ж мелкая… — Сидней положил ладонь на голову девушке и сжал ее череп пальцами. Вскоре ее смех прекратился, и она начала царапаться.

— Да будет вам! В номере поиграетесь, голубки. Ты оплати, а я принесу хрючево.

— Окей, — юноша приложил карту к терминалу, и тот радостно прозвенел.

Лилит допила вторую кружку и лениво облокотилась на стол, елозя короткими ногами в поисках перекладины: — Какой ты серьезный… Расслабься, Сид. Выпей, упади кому-нибудь на хвост. Может, подружку подцепишь!

— Да я-то выпью, ты за меня не переживай. НО! Я оплачу только еду. Это мои деньги, как-никак. Две кружки ты выпила, с тебя хватит.

— Пфффф, — рассмеялась девушка. — Да больно надо! Я и сама себе бухло достать в состоянии.

Брюнетка натянула шорты повыше и поправила на себе майку. В этот самый момент толкнув плечом хлипкую кухонную дверь, появился седой бармен. Он нес на подносе две тарелки и стакан, а в его металлической хваталке была зажата бутылка водки. Водка уже покрылась испариной, настолько холодная она была.

Еда упала на барную стойку, и Сидней тут же подумал, что удобнее было бы есть за столиком, но в очередной раз оглядевшись, понял, что все они заняты. Где-то сидели смуглые работяги, где-то прилично одетые работники космопорта. Были и такие, которые под категорию местных плохо подходили. То были «путешественники», как и сказал бармен. Те самые путешественники, которые либо охотятся за головами, либо пытаются сохранить свою. Ну или готовятся к сверхдальним прыжкам, запасаясь провизией…

Жареный тофу был скользким и никак не хотел цепляться вилкой. Сидней делал все аккуратно, а вот воровка, слегка захмелев, сдалась и уже вовсю орудовала руками, еле заметно вытирая их о висящий рукав парня.

— Вкусно, — отозвался юноша, не отвлекаясь от еды. — Правда. Вкусно.

— Ох, спасибо! Я обязательно передам это своей женушке! — рассмеялся старик.

— Ты же сейчас пошутил, да? — ухмыльнулся Сид.

— Ну конечно! Не побегу же я передавать благодарности микроволновке!

Воровка доела тофу и рис, вытерла лицо и спрыгнула со стула. Пол под ней скрипнул, и она недовольно что-то буркнула.

— Ты куда? — развернулся к Лиле Сидней, что не хотел потерять свою должницу из виду.

— Да за выпивкой я. Ты же не угощаешь!

— Ааа… ну ладно. Ток давай недалеко, не хочу искать тебя по городу.

— Город из десяти домов… Замучаешься же, прям.

Парень просто махнул рукой. Увидел только краем глаза, как девушка подсела сначала к одному столику, а потом быстро переместилась к другому.

— Как кошка с собакой, прямо, — бармен начал протирать кружки, что оставила на стойке девчонка.

— Ага. Не без этого.

— Ты не думал, что проще было бы помириться с ней?

— Да мы и не ссорились, — Сид отодвинул тарелку, и бармен убрал ее со столешницы.

— Ну… — опешил бармен. Давненько ему не попадался такой неразговорчивый клиент. — Ну ты это… выпей, расслабься. А я попозже подойду…

— Ага, — юноша открыл бутылку и налил ледяную, почти тягучую жидкость в опустевший без воды стакан. — Давай, мужик.

Сид опрокинул сначала одни полста грамм, а потом следом и другие. Внутри весь сморщился, но виду не подал. Алкоголь отчетливо ощутимой струей скатился по глотке вниз, в желудок, и начал обжигать изнутри. Странное, но приятное чувство окутало парня. Сид редко пил, но пить умел. Он не был фанатом того, чтобы напиваться до полусмерти, хотя, признаться, были такие случаи в его жизни. В юности или молодости уже не понятно, но где-то-там он пил. Примерно пару раз в год, но зато так четко и ярко пил, что запомнил. Старшие товарищи научили.

— … да я тебе говорю, что Советы заложили эту основу! — раздался голос какого-то старика из дальнего угла. Сид знакомое слово услышал и зацепился.

«Советы… это ж про такую древность старик чешет…» — пронеслось в голове. Как и базовый курс истории.

— Они же все эти звездолеты-то и толкнули в космос. Сначала Союзы и Бураны, а потом вон в че вылилось! — не унимался явный сторонник земного космопрома.

— Да ну тебя! Они же бестолковые, простые все, корабли эти, что на евразийском собирают… У них чуть ли не сверхмассовый карбюратор стоит на варпе!

Старики посмеялись, скрестив очень древнюю технологию и квантовую физику. Сид тоже улыбнулся. Забавные старики.

— Так а че плохого-то? — продолжал первый, и Сидней снова налил себе стакан водки, слушая интересный диалог. — Да, они простые, да без излишеств, и привод у них долго заряжается, но сам посуди: любая техника, что летает уже больше ста лет, — евразийская. А евразийцы у нас кто?

— Кто-кто… ну бывшие Советы…

— Вот! Китаезы с их одноразовыми кораблями и одноразовыми заводами во всей вселенной — это так, чепуха! У них и аварийные маяки-то, бывает, не работают!

— Ну этого мы не узнаем…

Сид посмеялся вместе со стариками. Пока то, что рассказывал первый, полностью совпадало с мнением парня. Ему довелось полетать и на китайских кораблях, и на евразийских, и даже как-то раз он был на японском. Только это был планетарный потрошитель… Завод. Японцы ток такое делают… Да и то был мельком.

— Даже перехватчики Коалиции… это че по-твоему такое? — мужик не дал оппоненту вставить слово. — Это бывший советский «Беркут»! Как самолет — говно, но они же доработали его напильником. Ионные двигатели поставили, привод крыла…

— Ну так не «Беркут» же! Совсем же другое!

— Да замолчи ты! — вспылил первый. — Там все то же самое! Как и любая советская техника…

— Евразийская!

— Да плевать! Носится и все крушит на своем пути! Там половину перехватчика занимает планетарный двигатель. Он же как пушка выстреливает!

В этот момент Сидней уже взял бутылку со стаканом и сполз с барного стула.

— Да если б он так делал, то там пилота в мясо бы плющило!

Сид сел за стол к опешившим старикам: — Там стоит малый гравитационный подавитель. Поглощает все вплоть до девяти «g».

— О! — первый старик обрадовался. — Знаток?

— Вроде того. Летал на таком, — слукавил Сидней, умолчав, что приволок такой с собой на эту планетку.

Мужичок с хлипкой седой бородой, что всеми силами отстаивал древнюю технику, почесал лицо: — Ну что сидишь тогда? Рассказывай, как оно?

— Да, — подхватил второй, что был совсем лысый и полный, но, судя по загару, провел на планетах фронтира не один десяток лет.

— Так, а че рассказывать… — задумался Сид. — Маневровые приводы на нем чуть хуже, чем у современных китайских моделей, но инжекторные трубки не пересыхают от температуры и перегрузок, они медные. Но опять же, не такие четкие и резкие. Сопла планетарного двигателя разлетаются, если стартовать с планеты по глиссаде, но прямой взлет выдерживают. Хотя тут все зависит от скорости…

Старики поморщились. Уж больно сильно загрузил их молодой пилот.

— Пацан, а тебя как звать-то? — седой протянул руку. — Я Нир, можешь звать «старик Нир», я уже привык, меня так внуки кличут.

— Сидней.

— Ну привет, Сидней, — правильно произнес имя второй, лысый. — Я Филип. Можешь просто «Фил».

— Малыш Сидней, а ты когда успел познакомиться с такой техникой? Тебе лет двадцать пять, не более… — старик не дождался ответа, перепрыгнул на другую тему. — Я, когда из флота Коалиции увольнялся, то их только начали ставить на вооружение. Ну не считая тех, что у высших чинов тогда были… Эти красавцы так резво носились перед линкорами… Так, будто придумана была не для полетов на земле, а для вот этого всего.

Нир поднял руку вверх, ткнул пальцем в космос, а потом аккуратно пододвинул опустевший стакан к бутылке мойщика окон.

— Ай! Да это когда было-то? Полсотни лет назад! — вклинился Филип, и тоже пододвинул стакан. — Хочешь сказать, что всем нынешним перехватчикам по полсотни уже стукнуло..

— Ага, — отозвался Сид и плеснул в три стакана по полста грамм водки. — Им реально столько лет.

Сиднея невероятно радовало, что старики не прицепились к тому, откуда у парня навыки пилотирования перехватчика. А раз вопрос забыт, то и отвечать не надо.

— Ну вот скажи же: хорошая техника! Ты вон какой молодой, а отозваться о ней можешь!

— Да хорошая, дядя, хорошая. Никогда не подводила. Из любой передряги вытаскивала. Жизнь берегла, — Сидней почувствовал, как к горлу начала подкатывать обида, а к глазам слезы.

Старики тоже заметили.

— Эх… ностальгия. Вот бы свое звено вновь повидать…

— Звено? — переспросил чуть опьяневший юноша.

— Да… — Старик опрокинул стакан и тоже не подал никаких эмоций. — Все уж померли. Десяток нас был, один я остался. И уволился я тоже один… Мы тогда мятежи корпоратов подавляли на Хускаре. Это…

— Третий квадрант Андромеды. Знаю… Читал… — Сид опрокинул стакан, будто в память о павших.

— Мда… а теперь… ни дома, ни родины… сижу тут, на фронтире, а из звездолета только кран башенный, и тот на колесах, мать его…

— А вы… — Сид наклонился и спросил шепотом. — Вы с Земли?

Старики громко рассмеялись.

— Что ты… — Фил похлопал юнца по плечу. — Будь мы с Земли, сидели бы тут?

— Ну я не знаю, я не так уж много людей с Земли видел…

— Да нет же! Земляне богатые до жути. У них что ни вещь — реликвия древности. Старые книжки, доски от забора. Всякое дерьмо в космос тянут контрабандисты, чтобы продать, — выругался седой.

— Ага-ага, — подхватил лысый. — Вот есть у тебя тысяча досок на полу в доме, но если там хоть один гвоздь с Земли, да еще и древний, из кремниевой эпохи, то уууууу… Ты дом продашь как три таких.

— Че прям так?

— Да. Только добыть это все трудновато стало. Ты на планету не попадешь без прописки. Больно много сброда развелось, а земляне своим мусором не банчат. Им лень…

— Хаааа… — удрученно выдохнул мойщик окон.

Воровка тем временем сидела далеко, за столиком с тремя крупными грузными мужиками, планомерно посасывая их алкоголь. Сидней денег ей не дал, но выкручиваться она всегда умела.

— Так, значит, ты фокусница? — тяжеловес-строитель дыхнул на хрупкую девушку перегаром.

— Еще бы! — Лилит откинулась на мягком стуле, облокотившись на спинку.

— Ну давай че-нибудь уж…

— Так не интересно. Если удивлю — угощаете!

Воровка мило улыбнулась, и работяги растаяли. Для нее было удивительно, что все вокруг ведутся на эту улыбку, но только не Сидней. Тому вообще по барабану, что у нее на лице. Улыбка там или страх — все равно.

Мужики громко засмеялись: — Фокусница, которая работает на алкоголе! Вот умора!

— Ой да ладно, ребята, — отмахнулась та. — Сами-то что? Строители, которые работают на алкоголе?

И опять эти смеялись над шутками. Столик получился шумный и заводной. Огромные мужики облепили Лилу и пристально вглядывались в нее. Она это чувствовала и знала, но, будучи слегка пьяной, ее это скорее забавляло. Появлялся азарт.

— Так, мальчики, мне нужна монетка, салфетки и стакан.

Все запрошенное тут же прикатилось по столу в руки девушки. Она положила монетку на стол, накрыла стаканом, а сверху облепила салфетками.

— Трюк в том, чтобы просунуть монетку через стол! — она снова достала из-под стакана монетку и продемонстрировала ее строителям. Пьяные мужики свою же монетку оценили и кивнули: — Монетка как монетка. Согласны?