И не то чтоб стало в самом деле обидно за подобное…
Ещё больше не по себе – точно!
Не мне одной.
Когда её уводили, затравленный взгляд дочери альфы клана серых волков осел в моей душе тяжёлым грузом полнейшей безысходности. Больше совсем не верилось в то, что за нами придут и спасут. Вовремя – теперь уже точно.
А потом…
Страшно представить, но кажется то самое «поздно» уже наступило. По крайней мере, для двух из нас.
А моё…
Через три проданные волчицы, тоже приблизилось.
– Наш следующий лот, – громко возвестил руководитель торгов – он же тот самый оборотень, что по прибытию в этот лагерь запихнул меня в клетку, по чьей физиономии не раз поработали кирпичом, а она снова напрашивалась ещё и почаще, после чего меня вытолкнули вперёд на всеобщее обозрение, – эта прекрасная чёрная волчица. Стройная, красивая, сильная, неискушённая. И самое главное – дочь самого Верховного! Итак, кто не побоится приобрести такое опасное пополнение в свой гарем? Стартовая цена: триста тысяч.
За триста тысяч я бы и сама себя купила, жаль такое предложение предназначалось кому угодно среди находившихся, но только не мне. А пока думала об этом, пропустила момент, когда в мою сторону потянулись чужие лапы, потянув за верёвку, скрепляющие лоскуты, прикрывающие тело.
В голове яркой вспышкой хлестнуло желание оторвать эти самые лапы. Но на деле я стиснула зубы покрепче, позволив себя оголить. Не время и не место сейчас проявлять себя, по крайней мере, не в том состоянии, в котором я находилась. Правда, когда меня подтолкнули снова с намёком, чтоб ещё и вокруг себя покружилась, продемонстрировав «все свои достоинства» с разных ракурсов, тихое рычание сдержать я всё-таки не сумела. И нет, не в пробудившейся волчице дело. Она как раз до сих пор пребывала где-то в закромах моей души в режиме непонятной спячки, никак себя не показывая. Просто вырвалось.
– Стройная, красивая, сильная, неискушённая и чуточку строптивая дочь самого Верховного! – тут же внёс небольшую коррективу в мою характеристику оборотень, схватив за локоть, резко дёрнув, самолично развернув меня вполоборота. – Триста тысяч, господа, – крутанул обратно.
Десятки алчных взоров скрестились на мне одной.
Пауза. Секунда. Две. Три.
Я почти поверила, что продажа Селены – это ещё цветочки. От меня сейчас вовсе откажутся. Как говорится, мечтать не вредно.
Но где-то в глубине толпы мелькнула поднятая рука…
А затем:
– Триста пятьдесят! – выкрикнул сидящий во втором ряду.
– Пятьсот! – перебил тот, что первый позарился.
Явно арабского происхождения, судя по внешности, он торговался с такой лёгкостью, словно овощи или вещи на рынке покупал, а не чужую жизнь в личное владение.
– Пятьсот пятьдесят! – не уступил ему предыдущий.
– Миллион! – стоял на своём первый согласившийся меня приобрести.
– Миллион сто! – донеслось откуда-то сбоку.
– Полтора миллиона! – никак не желал уступать араб.
И опять тишина…
Секунды на полторы.
– Полтора миллиона за дочь Верховного, – повторил последнюю озвученную цену всё ещё удерживающий меня за локоть оборотень, повернув другим боком. – Кто предложит больше?
– Миллио… – не договорил.
– Два миллиона! – перебил тот же самый оборотень, что озвучил цену в полтора миллиона.
Судя по вспыхнувшей решимости в карих глазах, конкуренция ему категорически не понравилась. И если прежде никак особо своего интереса араб не выдавал, то теперь азарт стал очевиден. С таким торжеством одарил он снисходительным взглядом своего соперника. Тот… притих. И новую цену никто больше не назначил.
– Продано! – прогремело, подобно грому среди ясного неба.
Меня подтолкнули в очередной раз. В сторону купившего меня. Араб в светлых одеждах потянулся и неспешно поднялся навстречу, заново разглядывая с ног до головы и обратно, благодушно оскалившись. Позади него, в качестве сопровождающих, появилось ещё два оборотня. В руках одного из них красовался тонкий шёлковый халат, который мне протянули. Другой тоже даром времени не терял, сумку денег на заветный ключик обменял. Правда, ненадолго он у него в руках задержался, через пару мгновений демонстративно перекочевал на грудь, подвешенный за шнурок на шею, к главному среди них.
Как самая настоящая демонстрация кто тут всем повелевает, в том числе и мной, что тут ещё скажешь.
Фыркнула на это…
И одеваться не стала.
Пошли они…
Все.
Всё, что следовало прикрывать, давно все разглядели.
Впрочем…
На мою выходку темноволосый оборотень обманчиво мягко улыбнулся и шагнул ко мне ближе, ухватил пальцами за подбородок, вынудив смотреть ему в глаза. Чёрные, как ночь, они напоминали отцовские, но если в последних светилось тепло и участие, то в этих царил колючий холод. С определением в нём «простачка» я явно погорячилась. Да и откуда таким тут взяться?
– Деточка, мы можем договориться с тобой по-хорошему, а можем по-моему, и поверь, второй вариант мне даже больше понравится, – прошептал он мне почти в губы. – Но не хотелось бы портить это личико, – отпустил подбородок и принялся поглаживать внешней стороной пальцев по моей щеке, пока я стойко переживала и придерживала в себе чувство полнейшего отвращения. – По крайней мере, не так сразу.
Ничего с виду опасного не делал, но исходящая от него угроза вибрацией прошила насквозь мое тело. Захотелось сжаться, да и вообще упасть на колени, накрыть голову руками и никогда больше не смотреть на него. Не знаю, каким чудом я выстояла. Колени подлым образом подгибались, будь они неладны, эти рабские оковы.
А ещё…
Никакая я ему не деточка!
– У меня есть имя, – озвучила уже вслух. – А у вас?
Должна же я знать, откуда он такой сильный и бесстрашный взялся. Всё же купить дочь Верховного альфы – затея в самом деле опасная. Разве что меня убьют в самое ближайшее время, пока отец ещё не понял, куда именно я делась и кому досталась.
Тоже не самая хорошая моя мысль…
От которой кровь в жилах стыла.
– Можешь звать меня «мой господин», этого достаточно, – ухмыльнулся он.
«Мечтай громче и дольше», – мелькнуло тоскливой мыслью.