– Какая лапочка.
– А какие глазки, какие мягкие лапки…
Дитрих терпел около тридцати секунд, после чего начал недовольно вырываться.
– Ну хватит, – сердито сказал он, – я вам не игрушка!
– Ну как же, – умилилась одна из девочек, – такой миленький, такой мягонький…
– Я не мягонький и не милый! – сердито сказал принц, для устрашения щелкнув зубами. – Я сердитый, большой, страшный дракон!
– Да, конечно, – тут же согласились девочки, в четыре руки начавшие почесывать драконенку шейку и брюшко, – а еще самый большой, самый умный и самый храбрый.
– Ну, – раздражение Дитриха улетучивалось с невероятной скоростью, – да. Я умный. И храбрый. И когда вырасту, тоже буду большой, как братик…
– Ну ладно, Веда, Инга, хватит, – прикрикнула мать, уже успевшая выслушать от Алдора все новости, – мыть руки – и марш за стол! Гостей надо сначала накормить, а уже потом обнимать и тискать.
– Да, мамочка, – хором сказали девочки и, отпустив дракончика, бросились прочь.
– Пошли с ними, – сказал Мефамио, подбирая Дитриха и следуя за сестричками.
– Куда это? – не понял дракончик.
– Как куда? Лапы мыть.
– Не хочу мыть лапы, – заупрямился дракончик.
– Мы в гостях. Надо, – коротко сказал брат.
– Ну да, в гостях, как же, – надулся Дитрих, – а сам-то как Алдору вежливо отве…
Однако по очень красноречивому взгляду брата маленький принц понял, что лучше ему не продолжать. В конце концов, один раз он уже поднял на него руку и так же легко поднимет еще раз. В этот самый момент взгляд Мефамио на короткий миг стал жалким и сломленным. Но он твердо направился к кадке на улице, возле которой уже сновали девчушки…
Глава 2
Алдор в своей спальне спешно переодевался. Его мысли не покидало ощущение, что, отправив сюда вместе с Дитрихом Мефамио, Уталак подложил ему хорошую такую свинью. С другой стороны – он и сам знает, как сильно жаждет тот помириться с младшим братиком. Орк усмехнулся своему отражению в зеркале. Нет, на обиженных воду возят. Он недаром вот уже десять лет был преуспевающим торговцем. Найдет общий язык и с сердитым драконом, никуда тот от него не денется.
Однако когда он спустился, возникла новая неожиданность, от которой в воздухе повисло гнетущее напряжение. Дитриху миски с едой и водой поставили на пол около стола. У Мефамио так выразительно взлетела бровь вверх, что Алдор искренне удивился тому, что вслед за бровью вверх не взлетел и их дом. У Дитриха непонимающе вытянулась мордочка.
– Я что, с пола есть должен? – тихо спросил он…
Зеленые глаза Мефамио уже угрожающе мерцали Изумрудом. Поняв, что еще немного – и разразится страшный скандал, Алдор, перехватывая инициативу, шагнул к столу, хватая миски и убирая их с глаз.
– Хочу вам напомнить, что наш гость – принц, – миролюбиво сказал он, доставая новую тарелку и придвигая к столу еще один стул, – и он, конечно же, обучен есть со стола.
И хозяйка, и сестрички потемнели лицом. Как видно, орки краснеют именно так.
– Мы приносим свои извинения, – поспешно сказала Ируне, видимо поняв, что они сейчас едва не натворили, – мы не знали.
Судя по выражению лица Мефамио, ему было что ответить и даже много чего, но он, находясь в гостях непосредственно в чужом жилище, на первый раз нашел в себе силы сдержаться. Вместо этого он, успокаивая нервы, снял свою походную сумку и достал из нее любимую салфетку Дитриха с синей розой. После чего повязал ее драконенку. Тот уже успел занять место за столом, как видно, стараясь как можно быстрее выбросить случившееся из головы и старательно делая вид, что все в порядке. Стула, чтобы доставать до тарелки, ему было мало, но шустрая Инга уже принесла ему с дивана подушку.
Впрочем, стоило отдать должное Дитриху: он из этой интермедии извлек полезный урок. Весь ужин он вел себя тихо-смирно, понемногу поедая нарезанное мясо – ну ни в какое сравнение не шло с поведением дома, когда его терпения хватало в лучшем случае на две минуты. Еда оказалась вкусной, однако первое впечатление от гостеприимства оказалось испорчено. Если тисканья и обнимания еще можно стерпеть, то миски явно говорили о том, что его спутали с собачкой или кошечкой. После ужина Алдор предложил пройтись по деревне, но оба дракона отказались, сославшись на усталость. Орк понимающе кивнул и, показав гостям приготовленную комнату, оставил их одних.
В комнате было две кровати. Хотя Дитрих бы не сильно удивился, если бы вместо кровати для него приготовили корзинку в углу. Снизу шли горячие споры – кажется, хозяин что-то бурно обсуждает со своими домочадцами. Но вслушиваться не стал.
Мефамио же, бросив сумку возле кровати и сняв куртку с сапогами, упал на кровать. Уже через минуту от него послышался храп – кажется, братик, которому пришлось лететь почти шесть часов, действительно сильно устал. Дитрих в этом плане немного завидовал ему – у маленького принца так быстро засыпать не получалось.
Дитрих устроился поудобнее, но ему не спалось. Дракончику было холодно и одиноко. Одиноко от настороженных взглядов, которыми щедро одарили гостей орки, от встречи, где вместо тарелки на столе ему предложили миску на полу. И ему ужасно захотелось оказаться рядом с кем-то из сестер. Даже вредная Аяри, всегда предпочитавшая поддерживать братца в тонусе, сейчас бы его пожалела. Но сестры далеко…
Внезапно он с новым интересом посмотрел на Мефамио. Да, после той нехорошей истории он к нему больше не приходил, но ведь и Мефамио больше его не бил. Да и вообще – чтобы полететь с ним сюда, он на целый месяц бросил своих стражников, а уж это дело для него было очень важно.
Дитрих осторожно спрыгнул с постели. Обошел постель братца. Задумчиво посмотрел на его подрагивающие розовые пятки. Снова обошел кровать и прыгнул с правой стороны. В тот же миг его осторожно подхватила рука и уложила под одеялом к себе под бок. Но Дитрих не испугался. Он знал, что Мефамио всегда так делает. Причем, судя по тому, что дыхание старшего брата оставалось ровным и спокойным, в этот раз он даже не проснулся. Немного повозившись и устроившись поудобнее, дракончик уснул.