Грани тьмы

– Это профессиональная деформация, мой друг, – улыбнулся следователь шутке и вернулся к документам из холдинга Ламер, – спасибо, ты можешь быть свободен, Дилан. На улицах праздник в самом разгаре.

– Вот именно, маркиз Эйкен, – с толстым намеком согласился парень и негромко притворил дверь.

***

Академия Аэран,

Территория академического острова

В парке, недалеко от выхода из бального зала, были хаотично разбросаны беседки. Из прозрачного аланита, круглые с треугольной крышей и столбиками, увитыми красным плющом. Арочные проходы украшали невесомые занавески, сверкающие в свете парящих огней. Внутри были диванчики и удобные кушетки, расставленные полукругом вокруг открытого очага с магическим пламенем.

Микаэла с небольшой компанией студентов заняла одну такую. Они принесли с собой закуски и вино, чтобы чары магической ночи не развеялись, а в глазах горели искорки.

В какой-то момент молодые адепты дошли до нужной кондиции – когда хочется говорить без умолку: травить байки, обсуждать современные тенденции в магии. И делать ставки на то, кто в этом году возглавит Рэйтинги и кто заберёт Кубок Лабиринта – лучшей игры всех времён!

Но самая животрепещущая тема – Хаос. И что будет, если он прорвётся в мир.

– Вы не понимаете сути Завесы! – возмутился симпатичный парнишка в очках и глотнул вина, чтобы промочить пересохшее горло.

– А ты понимаешь? – иронично подначила Элиза, лёжа на диванчике, положив голову на колени подруге. Орчанка млела от того, как её волосы перебирают длинные острые коготки.

– Конечно, – важно кивнул оратор, – и если прекрасная леди позволит, я смогу пояснить свою мысль! Для этого стоит обратиться к истории! Кто может назвать дату, когда случилась катастрофа и Первый Прорыв?

– Это совсем легко, – в беседку зашла Иритана Дауман в компании графа Кассегрен и мгновенно включилась в разговор, – мировые историки смогли договориться, что удивительно, и ссылаются на Летопись Времен архивариуса и философа Ассакредона. Почерк он имел отвратный, а диалект, на котором изъяснялся – сложен для перевода. Но даты успешно расшифрованы и сопоставлены – 879 год от исхода Богов.

– Вы совершенно правы, – кивнул увлечённый студент Игар Акироф, страсть которого к истории известна даже за границами его факультета. – Я лично имел удовольствие ознакомиться с несколькими страницами дневников архивариуса. Несмотря на то, что владею древнеэльфийским и орочьим – а именно на них он вёл записи – прочесть их почти невозможно. Шифры менялись от книги к книге…

– Ближе к теме, уважаемый! – со смехом подсказал Олегро, обнимая хрупкую девушку с утончёнными чертами. Она точно человек, но, если судить по внешности, эльфы затесались в роду.

– Ах, да… Прошу прощения. Есть второй вариант – жреческие записи, на кои ссылается часть исследователей. Даты расходятся, в зависимости, что брать отправной точкой летоисчисления. Жрецы считают от момента вручения Божественных Даров, а это случилось на две тысячи лет ранее, чем упоминал Ассакредон.

– Нам важна не дата, а причины катастрофы, – отметил еще один участник беседы, – оставим нюансы летоисчисления ученым умам.

Мика слушала внимательно, с интересом. Несмотря на то, что историю изучала, глубоких знаний, как у Игара, не имела. Этот предмет в школах преподают сжато, а в Академии спецкурс не брала. В отличие от увлеченного Игара, который был в ней, без преувеличений, знатоком. Даже Кай, усадил Ири на диван, облокотился на него и стал прислушиваться.

– Летопись Времён витиевато описывает, как разрозненные на тот момент государства погрязли в войнах. Постоянный передел территорий привёл к Смуте. Брат шёл на брата. Процветали мятежи, предательство, рушилась вера. Умножались секты… Но менялась и магия.

– Конфликты всегда ведут к развитию науки по уничтожению ближнего своего, – негромко подтвердила Элиза.

– Полуостров Хаоса, ныне недоступный, когда-то принадлежал королевству Элия. Там поклонялись Четверке Верховных Богов: Гадару, Аванти, Аэрану и Забытой Лалит. Причём последнюю почитали особенно – уважали Смерть как продолжение Жизни. Жрецы культа слыли великими воинами. Они не знали страха смерти, а потому развивались гораздо смелее.

– Это всё мы знаем, Игар, – усмехнулась его подруга, мягко коснувшись его плеча, – расскажи, что случилось, когда они предали богиню.

– Спасибо, любовь моя, – улыбнулся ей нежно.

Послышался всеобщий смех – студенты прекрасно знали, что историк может рассуждать часами.

– Глава культа, впоследствии названного Чёрными Жнецами, принадлежал к жреческой верхушке. Он и его последователи предали богиню, захотев большей власти. Посмели спорить со Смертью.

– Разве она сама не поощряла измену? Не её ли культ был предан забвению по всей империи Эльмион? – скептически изогнул бровь Кай.

– Это – официальная, одобренная властью версия, – Акироф лукаво улыбнулся. – А Смерть… ей нет дела до разрушенных статуй и сожжённых сказок. Не вам ли, граф Кассегрен, знать истину?

– Это не секрет, но…

– Но никто не хочет смущать умы людей, – вмешалась Иритана, её голос прозвучал уверенно и спокойно, – Возможно, это правильно. Продолжайте, уважаемый Игар. Нам всем интересно, что вам удалось раскопать.

А вот и настоящее лицо Иританы – умная и гибкая личность, умеющая подстроиться под нужные условия. Сейчас она совсем не выглядела инфантильной барышней.

Лиз и Мика переглянулись с затаенной усмешкой. Ни следа от истерики и слез. Впрочем, рыжая с подросткового возраста научилась легко переключаться между масками.

– Первый Чёрный Жнец был верховным жрецом Лалит. Он взывал к ней, прося большего, чем может вынести человек. Жрецы умеют управлять элементом Духа – внутренней энергией – ив наши дни. Но ранее делали это на уровне, который современным магам и не снился.

Студент говорил с огоньком, и даже те, кто раньше лениво слушал, теперь были так же увлечены рассказом.

– Одним из потрясающих воображение навыков – было изменение тела в широчайшем диапазоне – физичекие боевые мутации и метаморфизм. Жрецы могли превращаться сознательно за короткое время и контролировать каждый этап, достигать временной неуязвимости. Есть свидетельства, что одарённые могли сражаться в одиночку против сотен воинов и даже стихийников. Избранные их них изменяли сущность других людей на любом из уровней… Существуют неподтвержденные намёки, что жрецы Лалит создали первых вампиров, экспериментируя с геномом.

– По официальной версии, вампиры пришли из разрушенной реальности, где не осталось ничего, кроме выжженной пустыни, – напомнил кто-то.

– Да, так говорят и сами представители этой малочисленной расы, – согласился Игар. – Но разные источники информации допускают разночтения и противоречия. К сожалению, ни Патриархи вампиров, ни их историки не берутся это комментировать. Лично я нахожу обе версии жизнеспособными. Жнецы вполне могли кардинально изменить человека, если принять за аксиому высший уровень владения телом. Понимаете? Они замахнулись на могущество, сравнимое не просто со средним богом! Это была попытка оспорить право демиурга – Творца! Но самое странное – не все ренегаты были склонны к элементу Духа. Вопреки ожиданиям, ведь именно он преобладает у касты жрецов. Бывшие поклонники Лалит демонстрировали мастерство смешения стихий и элементов – утраченное ныне искусство, дарованное Богами младшим расам.

– А кое-где оно даже запрещено, – заметил Кайлер.

– Некоторые главы государств отлично знают историю. И справедливо опасаются, что кто-то решится повторить эксперименты гениальных безумцев. Все записи культа Лалит были уничтожены – так гласит официальная версия. Но кто знает? Мы привыкли к современной типологии Силы и ее составляющих, но что если в прошлом маги использовали другую систему и логику?

– Классическая теория происхождения и деления магии несовершенна, – произнесла Микаэла впервые за всю беседу, – и полна огрехов. Типологизировать столь многогранную структуру, укоренившуюся в ДНК живых и неживых существ, – дело сложное и до сих пор незавершённое.

– Факт! – согласились несколько голосов.

– Поэтому нам преподают «классику»: четыре стихии – огонь, вода, земля, воздух; и четыре элемента – разум, дух, жизнь и смерть. Безконтрольное смешение аспектов может привести к катастрофическим последствиям…

– Да-да, технику безопаности мы все знаем…

– Она существует не просто так!

– Лишь благодаря экспериментам и отчанным мерам магия прошлого вырсла над собой. Недаром она была гораздо мощнее нынешней!

– Так и процент выживания экспериментаторов сейчас повыше!

Мика с тонкой усмешкой наблюдала, как молодые маги мгновенно ввязались в дисскуссию. Ее дар мгновенно зафиксировал в Эфире массу интересных деталей – разную энергию, температуру, спектр оттенков.

– И все же, уважаемый Игар, продолжите рассказ, – чуть повысила голос Элиза – ее глаза вспыхнули золотом, а голос прошелестел по всей беседке подобно волне.

Странная магия орчанки словно притушила яркую гамму эфира. Микаэла с интересом взглянула на подругу, не прекращая перебирать ее волосы – такого она еще не наблюдала. Что это: магия шаманов или совпадение?

– Разумеется, – кивнул парень и когда обсуждение затихло, продолжил: – Лалит терпела шалости любимых детей, как мать терпит проказы младших. Но в какой-то момент жрецы заигрались. Они перешли черту – и Смерть не могла не вмешаться, даже зная что это повлечет последсвия для всего мироздания и его равновесия. Жрецы вторглись на запретную территорию и, в фигуральном смысле, утратили человеческий облик. Они жаждали власти, алкали запретного. Молили богиню даровать знания, чтобы стать равными Творцам и изменить мироздание. «Кровь от крови Творца – человеческое дитя…», – процитировал он строку из древнего манускрипта, чье происхождение все еще не было установлено, но найдено было в одной из чудом уцелевших библиотек Жнецов.

– Но Лалит разгневалась. Она лишила их покровительства. Гнев её был столь велик, что множество храмов пали в один миг, а Серое Пламя потухло в священной долине.

– Прокляла, – ахнул кто-то.

– Вся личная гвардия богини была разжалована и лишена божественной печати – жреческая элита прекратила свое сущетвование. Но не жизнь. Не могла богиня так же дишить всех личной силы и опыта. Ее вмешателсьтво в мир и без того нанесло огромный вред равновесию, что привело к новой вспышке Смуты.

– Боги обязаны хранить Миры, наблюдать и защищать. Им нельзя вмешиваться в жизни смертных.

– Верно, – просле паузы кинвул Акироф и словно очнувшись, продолжил: – Озлобившись, дети ее покинули уцелевшие храмы и пошли иным путём – обратились к Хаосу. Начались первые попытки не просто понять, а поработить его. Жнецы не подозревали, что скрывается в его глубинах. Привычные монстры – лишь комнатные собачки по сравнению с существами, которых называют Князьями Хаоса. Высшие демоны. Боги разрушения, если угодно.

– Кто они? Кто их создал?

– Вероятно, это творения Демиургов, как и многие другие существа в нашей многомерной Вселенной. В любом случае это то, к чему простым смертным нельзя прикасаться. Хаос – это чистейшее разрушение, распад! То без чего не будет Порядка. Из ныне живущих рас только две могут справляться с этой силой и то в определенных рамках. Эльфы – дети Порядка. Специфическая магия их вполне способна бороться с тварями и разрушающим действием в определенных дозах. Свою обитель перворожденные успешно защищают.

– Все верно, – откликнулся новый участник, привлеченный интересным рассказом.

Мика оглянулась вместе со всеми – Хэлл! Точно он! Зашел в беседку, демонстрируя расовую принадлежность:

– Наша магия может противостоять первородному Хаосу. Но магии, на нем основанной – хуже. Высшим демонам случалось выпивать эльфийские души.

– Но и вы пустили много черной крови, – уважительно склонил голову Кайлер, – здравствуйте, Мастер.

И сказал он это с той самой интонацией, при которой ясно: речь идёт не об учёной степени. Это признание – мастерства, возведённого в искусство. Все склоняют головы. Даже Микаэла последовала примеру.

– Мастер Хэллораниэль из Дома Шавалур, – с уважением поклонился историк. В его взгляде – искреннее восхищение. – Безмерно рад вас видеть. Быть может, продолжите?

– Вы, Игар, прилежно прошли практику в Кёльнине19, – улыбнулся тот благосклонно, – думаю, справитесь с повествованием. Я дополню, если понадобятся детали.

Студенты улыбались, Мика уловила завистливые нотки – не каждый побывал в чудесном государстве эльфов. Вот откуда у Игара такие знания. Хэлл отыскал её глазами и чуть улыбнулся. Девушка едва удержалась от бурной реакции – и нахмуриться хотелось, и улыбнуться.

Мысли тут же вернулись к… к обстоятельствам их первой встречи. Надо же было так влипнуть – снять на одну ночь не просто эльфийского наёмника!

Фиалковые глаза задержались на ней чуть дольше – и во взгляде мелькнула смешинка.

– Как уже было сказано, перворожденные знают, как бороться с Хаосом. Но есть ещё раса – малочисленная, внешне неотличимая от людей. Асуры.

– Ещё как отличаются! Уровень маскировки другой – у демонов научились, – хмыкнул еще один знакомый голос. У Мики по спине пробежали мурашки, тут же сменившись раздражением – как всегда, Северин Ламер вызывал бурю эмоцийю. – В этой реальности их много, даже организовали закрытое государство, которое все присутсвующие знают, но воспринимают скорее как далекий миф. В истинном облике асуры не покидают Моградис. Другие представители расы расселились по Паутине Миров, кое-где – открыто, чаще – скрытно. Любят рушить династии, менять ход истории, основывать Империи и оставаться в тени, как кукловоды. Воображают себя вершителями судеб.

Последние слова были сказаны с ядовитым сарказмом. Ламер облокотился на столбик беседки, держа в руке бокал с игристым, вторая рука – в кармане, на лице застыла ледяная

Эльф в ответ лукаво усмехнулся, переглянувшись с парнем как с давним другом. В его сиреневых глазах плясали искры веселья.

Кайлер, подчеркнуто медленно, повернул голову и смерил бывшего друга взглядом. В последнее время они видятся чаще…

– В интригах и тайнах превзошли даже дроу, – заметил Хэлл.

– Вы лично кого-то из них знаете? – с интересом спросила Иритана, приветливо улыбаясь и касаясь руки Кая, словно отвлекая.

– Некоторых, – кивнул Мастер и больше не стал ничего объяснять.

А Мике до жути захотелось увидеть асура. И изучить. Их мышление, ментальные паттерны – совсем другие. Если людей, эльфов и орков уже научилась анализировать, то скрытная древняя раса – загадка.

Про город Моградис слышали многие – Северин прав. Простой смертный туда не попадет, приглашения не получит, а сам город большую часть времени под магическим куполом, похожий на мираж. Остальным остаются только домыслы и фантазии.

– Эта раса возникла с участием крови Хаоса. Оттого асуры устойчивы к разрушению и излучению. Они спокойно живут на заражённых территориях, – добавил Игар. – И даже используют магию, что кажется невозможным современным ученым. Хаос разрушает нити Спектра, и чем сильнее его влияние, тем меньше работают любые аспекты, кроме Порядка и самого Хаоса. Видимо, асуры как-то перерабатывают его. Их тела подчиняются другим законам.

– Но исследоваться они почему-то не хотят, – фыркнул Хэлл с усмешкой. Все засмеялись.

– Общий недостаток Высших рас, – не удержалась Мика от комментария, взгляды скрестились на ней, – снобизм и уничижительный тон. Мол, малы еще, не лезьте, где взрослые дяди разбираются. Не так ли, Хэлл…ораниэль?

– Ага, мы такие, – ни капли не смутился тот и многие снова развеселились, даже разумница не удержалась от улыбки.

Реплика вышла грубоватой, но в столь неформальной компании её сочли эксцентричностью. От разумницы никто и не ждал «хорошего поведения». Только Кай чуть нахмурился и украдкой погрозил пальцем.

– Возвращаясь к катастрофе… Черные Жнецы не только действовали десятилетиями на территории ныне погибшего королевства Элия, но и распространились по всему миру, как чума. Их опыты хоть и продвинули магию, отличались чудовищной жестокостью. Фактически – это были ритуальные жертвоприношения Хаосу. По некоторым данным, использовали даже драконов, эльфов и асуров. Люди били тревогу и обращались к старшим расам, но добились только общего запрета – Культ объявили сектой, а его участников стали преследовать.

Это породило новую беду. Страх и ярость людской вылились в охоту на всех – даже невиновных. Никто не разбирался, кому на самом деле поклоняются те или иные сообщества. Культ Лалит тоже пострадал. Люди перестали различать, где – жрецы богини Смерти, а где – последователи Жнецов. В огонь шли все: и священники, и ведьмы, и сектанты, и просто сочувствующие. Тогда и зародилось суеверие – страх перед магами Смерти и некромантами… – Игар перевёл взгляд на Северина и ирончино усмехнулся: – извини, Ламер.

Тот слегка дёрнул уголком губ:

– Невежество и фанатизм – адская смесь. Она превращает людей в опасное, экзальтированное стадо. Удобное для манипуляций. Без критики, без вопросов, только страх и повиновение.

– Мир был в состоянии перманентной войны. Тогда не до тонкостей. Напуганные люди способны на многое, – то ли согласился, то ли продолжил историк. – Жнецы ушли в подполье, но не исчезли. Использовали выходцев из других миров, внедрялись в ряды инквизиции, продолжали эксперименты. В итоге на них объявили массовую охоту. Поговаривают, в то же время глава секты приблизился к мечте.

Летописец Ассакредон утверждал: Верховные Боги потребовали у Лалит вмешаться. Ведь это её жрецы возглавили разрушение. Потребовали прекратить Смуту. Что произошло дальше – знают только Великие. Когда Черный жрец проводил один из крупнейших ритуалов, что-то пошло не так. Ткань мироздания лопнула. То ли он ошибся, то ли богиня подбила его руку…

– А может, он всё и рассчитал, – перебила Мика. – Почему все решили, что он ошибся? Может, целью был прорыв! Предприняла ли что-то богиня – никто не узнает.

– Судя по структуре ритуала, он пытался создать не просто портал, а подчинить Князя Хаоса со всей свитой, – пожал плечами Игар. – Я не демонолог. И по остаткам алтаря сложно судить, особенно учитывая, что изображения того места – лишь в плохом качестве. Но учёные склоняются к этой версии.

– Учёные – мужчины? – прищурилась разумница. – Шовинисты! Мол, всегда виновата женщина – Лалит назначим ответственной. А если не она, то ее жрецы! Мол, плохо воспитала. А что она от их давно отреклась – об этом удобно забудем.

Все вокруг рассмеялись, хотя слова Микаэлы заставляли задуматься. Впрочем, Игар – по природе вежливый и добродушный – не стал развивать тему и лишь благодарно кивнул девушке, принимая точку зрения.

От прямого взгляда Ламера у нее зачесалось плечо, но девушка продолжала смотреть на расказчика. Лишь напряжённые ключицы выдавали её внутренний дискомфорт.

– Только общими усилиями людей, асуров и эльфов удалось сдержать орду демонов и загнать на полуостров, который мы все знаем под распространенным названием Демонов остров. До момента, когда была установлена Завеса, они успели знатно пройтись по континенту и уничтожить четверть населения. По некоторым данным – треть. Тем не менее, прорыв закрыть не удалось, потому пошли иным путем и ограничили влияние Хаоса, отдав ему в жертву часть территории королевства Элия. Комплексное заклинание, отрезавшее заражённую территорию, состояло из нескольких слоев. Один из которых – Порядок, второй – частичка самого Хаоса, третий – мощная жреческая молитва, призвавшая божественную благодать – магия Духа. И наконец, четвертый слой – щиты стихий, высшего порядка. Если рассмотреть Завесу вблизи, можно заметить многослойную сеть, концы которой закреплены якорями.

– Местоположение последних тщательно забыли. На всякий случай, – хохотнул Кай.

– Именно! Было запрещено как-либо документировать само заклинание Завесы и места его крепления. Есть только две официальные записи.

– Одна из них хранится в Кёльнине у эльфийского Князя, вторая – у асуров, в Моградисе, – добавил Хэлл, – во избежание, так сказать.

– Так что Завеса – это сложное плексное плетение, самоддерживающееся и замкнутое. Оно само заживлет повреждения.

– Но ты так и не ответил на главный вопрос, – вмешалась Элиза. – Почему считаешь, что прорвать Завесу невозможно? И что с Черными Жнецами – думешь они могли бы повторить ритуал?

– Плетение задумано как Печать, а не разновидность щита, а значит – его невозможно снять. То, что сорвет Заевсу должно быть божественного уровня, – пояснил Игар.

– Во-первых, секту Черных Жнецов вырезали подчистую, – вмешалась Ири, поддерживая самопального лектора, – а во-вторых, чтобы пробить Завесу, нужен не просто гений, а универсал, отец кооторого бог. А вы много знаете таких?

– Или можно собрать команду из магов с нужными навыками, – спокойно заметила Микаэла. – Это куда проще и вполне выполнимо. Стоит лишь предложить достаточно весомую мотивацию. Или найти фанатичных смертников.

Звучало это почти угрожающе.

– Интересная мысль. Но где ты возьмёшь асура? И что ему предложишь? – прохладно уточнил Ламер.

– К любому существу можно найти подход, – даже не повернулась в его сторону, – все что угодно можно разрушить, приложив достаточно стараний. Так что, прости, Игар, убедил меня не полностью.

Элиза поддакнула, подогревая дискуссию. Остальные тоже включились. Разговор пошёл живее, но Микаэла отвлеклась, задумавшись о другом.

Старшие расы отличались не только внешне. Эльфы, дроу, альвы… все они, как и драконы, могли жить вечно, если не погибнут насильственной смертью. С асурами – и вовсе загадка. Самая закрытая раса, самодостаточная и надменная. Они редко снисходили до общения с младшими.

Люди могли сколько угодно жаловаться на их высокомерие, но отрицать очевидное было трудно: психология и восприятие мира – фундаментально иные. У старших рас рождение потомства – редкость, а случаи, когда в семье появляется больше одного-двух детей, можно пересчитать по пальцам. А трое отпрысков – это уже практически легенда. Отсюда и странные, с человеческой точки зрения, традиции: нежелание вмешиваться в людские войны, например. Вполне логично, если учесть, что, скажем, драконы могут размножаться раз в сто лет. Любые потери для них критичны. А значит – встревать в глобальные конфликты они будут только в самом крайнем случае.

Так и вышло. Завесу поставили после серьёзного прорыва. Погибло множество разумных, в том числе старших.

– Завеса порой пропускает Хаос! – резко возразила Элиза на чей-то выпад, – об этом не говорят, но мой дядя служит в гарнизоне у границы.

– Конечно, – серьёзно кивнул Хэлл. – Примерно раз в месяц происходит перераспределение энергии. Такое мощное заклинание не может быть статичным – его компоненты постоянно взаимодействуют. В определённые моменты система становится уязвимой, и тогда возможны локальные выбросы. Для этого и существуют гарнизоны: купировать последствия.

– И ничего нельзя сделать? – недоверчиво переспросила одна из студенток.

– Пока – нет, – тихо ответил эльф, – Даже спустя полторы тысячи лет Завеса остаётся чудом магии. Методы её усовершенствования разрабатываются, но пока – безрезультатно.

– А если твари ударят именно в этот момент?

– Уже пытались. Но прорывы каждый раз появляются в разных местах, просчитать их с внутренней стороны невозможно. Кроме того, без активного источника Хаоса твари быстро слабеют. Им просто не хватит сил продвинуться глубже на континент. Даже Черным Жнецам, будь они живы, сложно такое провернуть. Завеса обладает функцией самовосстановления.

Он говорил уверенно и веско, и это приободрило студентов. Напряжение спало, обсуждение пошло легче, веселее. Но Мика по-прежнему украдкой наблюдала за Хэллом. Что-то он недоговаривал – интуиция разумницы редко подводит. Только толком не могла ничего уловить. Эльфов тяжело читать: у них не только магическая защита, но и иная мимика, иная пластика. Банально не хватает опыта общения, чтобы интерпретировать язык тела. Даже дар помогает слабо, когда рецепторы улавливают лишь пятую часть информации.

Впрочем, и среди людей встречались крепкие орешки. Вон Северин – вообще непрошибаемый тип. Мика так глубоко задумалась о тонкостях собственных возможностей, что отрешилась от мира и не заметила, как Хэлл оказался рядом:

– Окажешь мне честь и потанцуешь со мной? – негромкий голос прозвучал у самого уха. Она вздрогнула, вынырнула из мыслей, моргнула.

– Что? Ах, да… Идёмте, мастер Хэллораниэль, – приянла предложенную руку под изумлёнными взгляды студентов.

Сплетен будет масса! Микаэла Верони приняла приглашение наставника, чья неоднозначная репутация гремит по всей Академии.

Хэлл подмигнул – он, кажется, в положительном ответе не сомневался. Что ж, есть возможность устроить ему допрос.