Николай порывисто поднялся и приблизился к девушке. Вика тут же растерялась, глаза её расширились, а губы приоткрылись. Она всем телом потянулась к мужчине. Но, наткнувшись на холодный взгляд Николая, беспомощно уронила руки.
– Паром отходит утром, – ровно произнёс он. – Тебя здесь никто не держит.
Вика смотрела на мужчину с такой тоской, что Вааре даже стало её немножко жалко. Мама Николая потянула Ваару за руки, она перевела взгляд на растроганную женщину.
– У тебя действительно золотые глаза, – умилилась она. – И волосы как солнечные лучики на детском рисунке. Какая же ты милая, настоящий ангелочек!
– Мама, – мягко обратился Николай. – Присмотри за Варей, мне нужно немедленно вернуться в клинику.
– Конечно, Коленька, – кивнула она. – Может, пообедаешь? Я суп быстренько согрею…
– Некогда, мам, – бросил Николай, поспешно покидая их.
Вика навязчиво последовала за мужчиной, словно не могла от него оторваться. А Ваара вновь посмотрела на зеленоватые руки женщины.
– Я только что с огорода, солнышко, – улыбнулась мама Толи. – Полола, когда Коленька пришёл, не успела руки помыть. А ты одна приехала, без родных? И как тебя отпустили, такую молоденькую? Ой, что это я, всё о пустом спрашиваю? Ты же наверняка голодна, девочка! Мой вечно занятой сын совсем не думает о еде. Пойдём, Варенька.
Мама Толи потянула её за собой. Ваара, морщась от боли, побрела следом. Мимо них, словно грозовая туча, величественно проплыла молчаливая дородная женщина.
– Это Екатерина Ефимовна, наша домработница, – пояснила хозяйка. – Она всё приберёт, не переживай.
– А тебя как зовут? – уточнила Ваара, наблюдая за непонятными действиями Екатерины Ефимовны: та наклонялась и махала руками.
– Елена Петровна, – охотно ответила женщина и добавила, переводя влажный взгляд на Ваару: – Но ты можешь звать меня мамой.
– Не могу, – с лёгкой тонкой грусти отозвалась Ваара. – Моя мама низвергнулась.
И отвернулась, скрывая от человека выступившие слёзы. Она совсем одна! Даже Толя где-то в другом месте. И сколько придётся ждать? Что за это время натворит предатель? А может, Геард умер? Она же проткнула его Иглой. Тогда ещё хуже, небожители сейчас без покровительства касты Держателей, и никто не сможет войти в Храм, никто не наполнит солнечную паутину силой. Плечики Ваары дрогнули, а зубы скрипнули. Что же делать?
– Мне так жаль, Варечка, – сочувственно проговорила Елена Петровна. – Потерять маму в таком юном возрасте – великое горе!
– Коля только что сказал, – зазвучал в дверях высокий голос Вики, – что сегодня в клинике скончался её отец.
Елена Петровна заохала, вытирая уголки глаз цветным кусочком ткани.
– Круглая сирота! – причитала она. – Ах, бедная девочка!
Ваара выпрямила спину и сжала кулаки, не позволяя себе раскиснуть. На ней лежит огромная ответственность. Отец всегда говорил, что Держателю некогда думать о своих бедах. И она постарается думать о небожителях.
– Когда вернётся Толя? – спросила она у Елены Петровны, которая суетилась вокруг большой блестящей поверхности.
– Не раньше, чем через месяц, – ответила за женщину Вика, внимательно разглядывая Ваару. И кивнула на её ноги: – А чего ноги забинтованы? Что с тобой приключилось?
– Наступила на какие-то острые штуки, – поморщилась Ваара. – Было больно и много крови. Но сейчас терпимо. А можно позвать Толю, чтобы он вернулся быстрее?
– В принципе, можно, – пожала плечами Вика, рассматривая руки Ваары: – Что за странный браслет? Это что? Волосы?
– Да, это прядь волос моего отца, – сухо кивнула Ваара и снова поинтересовалась: – А если позвать Толю, как скоро он вернётся?
– Если узнает, что ты здесь, может, и скоро. – Вика скривила алые губы. – На твоём месте я бы не торопилась встретиться с ним. Давай начистоту. Ты же страшненькая. А Толя… он всегда был любимцем девушек. Ни одна перед ним не смогла устоять, – брюнетка сокрушённо вздохнула: – А потом вот расхлёбывай…
– Виика, позови его! – не сдержавшись, приказала Ваара. И вспомнив слова Николая, быстро добавила: – Пожалуйста! Мне очень нужно вернуться, и как можно скорее…
– Какой у тебя странный акцент, – растерянно улыбнулась Вика. – Но мне нравится, Виика – звучит красиво. Так ты хочешь вернуться? Обратно в секту? И ты не хочешь замуж за Толю?
Ваара пожала плечами, она много не поняла из слов Вики, но одно знала точно.
– Я очень хочу вернуться! – уверенно заявила она. – Толя знает, как это сделать.
– И больше никто не знает? – подняла Вика свои тонкие брови и коснулась губ алым ноготком. – А знаешь, я тебе помогу! К сожалению, на острове не работают сотовые. Но я передам с паромом на материк записку своей знакомой, а она позвонит Толе. Только это будет нашей тайной, хорошо?
– Почему? – удивилась Ваара.
– Тс, – улыбнулась Вика, поворачиваясь к Елене Петровне. – Мама, вам помочь?
– Не надо, – отозвалась та, шаркая к ним. В руках она держала плоскую поверхность с белыми чашами, от которых поднимался пар. – Садитесь за стол, девочки.
Ваара последовала примеру Вики и присела на мягкую опору перед большой жёсткой поверхностью. Мама Толи поставила перед ней низкую горячую чашу, в которой плавала цветная вода, источающая острый запах. Рядом положила продолговатый предмет, по цвету напоминающий седые волосы отца. Ваара растерянно посмотрела на Елену Петровну.
– Это не хлеб…
Женщина всплеснула руками.
– Сейчас, солнышко, принесу хлебушка!
И пошаркала обратно. Ваара нерешительно потрогала предмет и покосилась на Вику. Та насмешливо улыбалась:
– Это ложка для супа. А вы чем едите?
– Руками, – пожала плечами Ваара. – А чем же ещё есть манну?
– Так вот ты почему мелкая такая! – тихонько захихикала Вика. – Манную кашу, да руками. Как тут вырасти? Ладно, показываю, как кушают в цивилизованном обществе. Смотри! Берёшь ложку…
Она подхватила странный предмет и опустила в чашу. Наполнив небольшое углубление, отправила суп себе в рот. Ложка путешествовала от чашки к губам Вики снова и снова. Ваара не выдержала и рассмеялась:
– Так ты целый день будешь возиться! – заявила она. – Лучше так.
Она подхватила чашу и попыталась выпить суп через край. Но тут же подавилась каким-то куском, да ещё и обожглась. Взвыв от боли и тут же закашлявшись, Ваара вскочила, опрокинув свою чашу, на светлом платье брюнетки растеклась цветная клякса. Вика на миг застыла, лицо её покраснело. Оглушительно завизжав, она опрометью выскочила вон.
– А вот и хлебушек! – возвестила Елена Петровна, опуская чашу, заполненную бежевыми кусками. И удивлённо посмотрела на лужу с плавающими кусками. – Что случилось?
– Вике суп не понравился, – нервно хихикнула Ваара, подхватив кусочек хлеба.
Елена Петровна ворчливо вытирала лужу кусками серой ткани, а Ваара украдкой подхватила ложку, оставленную Викой, и попробовала пресловутый суп. Острый непривычный вкус поразил её, она отбросила ложку и сплюнула.
– И я её понимаю, – переведя дыхание, прохрипела она. – Как вы можете есть эту гадость? Толя говорил, что манны на земле нет. Но я не думала, что земная еда настолько отвратительна!
Елена Петровна в сердцах бросила мокрую ткань и неожиданно расплакалась, прижимая к лицу пухлые руки. Ваара пожала плечами: странные эти люди. Жить здесь целый месяц в ожидании Толи? И хуже того – целый месяц давиться хлебом? Это ужасно. Ваара направилась в сторону, куда убежала Вика. Пусть отправит сообщение быстрее, чтобы Толя вернулся так быстро, насколько это вообще возможно. А может, самой его найти?