– Я уже просила Георгия, – перебила его женщина.
– Он только что уволен! – сухо обрубил Николай и нехотя добавил: – За халатность… Кстати, сообщи отделу кадров. Я вернусь сразу, как только смогу.
– Хорошо, Николай Иванович, – кивнула та и торопливо зашла в шатёр, где лежало мёртвое тело Держателя и полуживое Георгия.
Николай бережно нёс Ваару. Стало значительно светлее, словно вот-вот рассветёт. Люди провожали их озадаченными взглядами. Ваара с любопытством заглядывала в прозрачные части человеческого шатра. Там, снаружи, словно смешались краски, цветные пятна образовывали незнакомые предметы, рваные края и острые углы, будто всё на земле было сломанное. И лишь вверху, в небе, взор ласкали округлые очертания облаков. Но знакомыми были лишь очертания, сами же облака вызвали у Ваары изумление.
Николай наконец вынес её из огромного белого храма, который внутри словно состоял из множества маленьких шатров. Но это уже не интересовало Ваару, она во все глаза уставилась на небо.
– Невероятно! – затаив дыхание, прошептала она.
Всё небо, насколько хватало взгляда, было словно затянуто единым полотном, сотканным из множества бугристых радужных туч. Они создавали немыслимые узоры, постоянно двигались и менялись местами. Всё это великолепие переливалось яркими красками и слегка мерцало золотистыми прожилками, словно тучи периодически пробивали солнечные лучи.
– Невероятно! – восхищённо повторила Ваара. – Это безумно красиво…
– Ага, – равнодушно ответил Николай. – Эти вечные тучи – единственная достопримечательность нашего островка. Наш хлеб, можно сказать.
– Хлеб! – воодушевлённо воскликнула Ваара. – Я пробовала хлеб! Сухо, жёстко и невкусно.
– Рад за тебя, – странно покосился на неё Николай.
Он подошёл к твёрдому шатру, в который запихал Ваару ночью, и нерешительно потоптался на месте.
– Варя, – попросил он. – Возьми у меня в нагрудном кармане ключи и выключи сигнализацию на машине.
– Что? – недоумённо переспросила Ваара, не поняв ни слова.
Николай вздохнул и беспомощно огляделся. Как назло, было безлюдно. Он снова обратился к Вааре.
– Как называется красная тряпка, в которую ты завёрнута?
– Это же тога! – снисходительно улыбнулась Ваара.
– На моей тоге, – обречённо говорил Николай, пытаясь указать направление подбородком, – есть углубление. Это карман. В углублении лежат ключи. Просто сунь руку и вытащи то, что найдёшь. Ага, это они. Теперь поверни, нажми на кнопочку. Блин! Положи палец на эту штуку, левее, ещё. Жми. Да просто нажми сильнее!
Раздался писк, Николай вздохнул с облегчением.
– Молодец! Больше ничего не трогай. Я посажу тебя в машину.
Он подошёл ближе и, удерживая Ваару, пытался что-то сделать. Ваара судорожно вцепилась в его шею, ощущая, как задралась её тога. Щёки Николая порозовели, он отвёл потемневший взгляд.
– Извини, я пытаюсь открыть дверь, – пробормотал он. – О! Наконец-то.
Часть машины оттопырилась, словно жёсткий полог у человеческого шатра. Это называется дверь! Ваара повторяла про себя новые названия, пока Николай аккуратно усаживал её в машину. Николай уселся с другой стороны, потрогал выступы перед собой. Внутри машины что-то зарычало, она вся завибрировала, Ваара испуганно вцепилась в плечо мужчины.
– Машина злится? – прошептала она побелевшими губами. – Я что-то неправильно сделала?
Николай весело рассмеялся:
– Ночью ты спокойно ехала…
Ваара вздрагивала от новых звуков и настороженно озиралась, словно ожидая нападения.
– Не бойся, – фыркнул Николай, снова дёргая предметы перед собой.
– А я не боюсь! – отважно огрызнулась Ваара, пытаясь унять дрожащую челюсть.
Но тут машина двинулась и Ваара вскрикнула, сильнее вцепившись в плечо Николая. Тот только скрипнул зубами от боли, да насмешливо покосился на спутницу. Через некоторое время страх отступил, Ваара расслабилась. Серая лента земли наплывала на них, ускользая по сторонам тёмно-зелёными пятнами. Ощущение было очень знакомо, вот так же Ваара ощущала себя в полёте над паутиной. Вот только лицо не трогал ветер, а спину мягко поддерживала машина.
– Хорошая машина, – одобрительно отозвалась Ваара. – А как она летит? Её наполняет силой солнечная пряжа? Но как вы ловите нити? Здесь же нет солнца…
Николай лишь рассмеялся, на лице его снова возникло странное выражение. Ваара пожала плечами: какая разница? Скоро она увидит Толю, он расскажет ей… Нет, лучше пусть покажет, как попасть на облака. И она низвергнет Геарда! А Толя останется с ней. И они будут счастливы…
– Варя? – удивлённо проговорил Николай. – Ты улыбаешься!
– И что? – хмыкнула Ваара. – Ты вот постоянно смеёшься, а мне нельзя?
– Нет, конечно, – белозубо рассмеялся Николай. – Ты такая серьёзная была, и вдруг оказалось, умеешь улыбаться…
– Как-то не было повода для радости, – понурилась Ваара.
– Ты права, прости, – поспешно отозвался Николай, и снова его серые глаза иронично заискрились: – Но повод появился?
– О да, – кровожадно усмехнулась Ваара, предвкушая момент низвержения Геарда, его белые искажённые страхом губы и расширившиеся от ужаса глаза.
А они с Толей смотрят, как он исчезает в чёрной дыре, прожжённой в облаках огненной Иглой. Толя в красной тоге Держателя улыбается Вааре, обнимает её, целует.
– Я увижу Толю, – мечтательно произнесла она. – Увижу, как он живёт в Нижнем мире…
– Не сегодня, – покачал головой Николай, не глядя на Ваару. – Толя приезжает не чаще раза в месяц, чтобы развлечься да подняться на Лунный Зев. Остальное время брат живёт на материке, Варя.
– Где? – удивлённо переспросила Ваара.
– На материке, – неопределённо махнул рукой Николай. – Там интернет, развлечения, другие блага цивилизации, которых на нашем островке нет. Если хочешь его увидеть, придётся подождать.
– Я привыкла его ждать, – грустно улыбнулась Ваара. – Если Сууфа сказала правду, у меня нет другого выбора. Только Толя знает, как мне вернуться.
Николай бросил на неё задумчивый взгляд.
– Что ж, у тебя будет хорошая компания, – саркастично сказал он. – В нашем доме все только и делают, что ждут моего брата.
Ваара легонько пожала плечами. Геард получит по заслугам! Уж она об этом позаботится. Он ответит за всё зло, которое совершил. Вааре вспомнилось неподвижное лицо отца, его посеревшая борода с ржавыми разводами, его крупные кисти рук, застывшие вдоль тела. Глаза её наполнились слезами, и Ваара нервно сжала зубы. Лучше не думать об этом. Потерять отца оказалось больнее, чем она могла себе представить. И Ваара стала размышлять о том, как она будет разрезать паутину под ногами Геарда. Как тот будет умолять её о пощаде. И как они будут жить с Толей на облаках…
***
Шатёр, в котором жил Николай, оказался больше, чем Ваара себе представляла. Чуть меньше, чем огромный белый храм, который он называл клиникой. Солнечно-жёлтый, как тога у ткачей, он казался ещё ярче в окружении тёмной зелени растений. По дороге Николай немного рассказал о траве и деревьях. То, что Ваара узнала об этом, её немного огорчило. Увы, перенести растения на облака не получится, им нужна земля.
Ваара благосклонно позволила отнести себя в дом, как именовал свой шатёр Николай. Она с удовольствием слушала, как похрустывает гравий под ногами мужчины. И само название – гравий, было таким же хрустящим и приятным, его хотелось произносить снова и снова. Николай смеялся, а Ваара всё твердила новое слово.