Нет, шампанское не выветрилось.
– Слушай, ну я же тебе говорила! Нет штампа в паспорте – не жена.
– Так давай поставим. Какая магия для этого нужна?
В полумраке синие глаза Винтера казались черными.
– Магия подачи заявления, – таинственно прошептала. – Подаешь заявление и через месяц, если не передумал, приходишь и клянешься любить меня вечно. А потом как получится. И – получаешь штамп в паспорт.
– Паспорт?
– Удостоверение личности. Только у тебя его нет, значит, и моим мужем ты стать не можешь, уж извини.
Винтер задумался. Мне было жаль отказывать ему раз за разом, но это для него все просто, а для меня – нет. Не сейчас, когда рана в сердце еще не до конца зажила. Не сейчас, когда слова Вина кажутся мне больше бредом, чем правдой.
Винтер повернулся на другой бок и затих. Я пару минут смотрела на его пушистый затылок, потом придвинулась ближе, погладила по плечу. Спина под пальцами тут же напряглась.
– Не обижайся, – прошептала. – И не торопи события, хорошо?
– Я стараюсь.
– Я знаю.
Обняла его и затихла. Странно, но лежать вот так, рядом, было привычно. Даже в чем-то правильно. Немного холодило запястье – наверное, эта его странная печать. Винтер задышал ровнее. Уснул. А я прислушивалась, как дом медленно погружается в тишину. Близкие редко сидели за новогодним столом до утра, развлечения продолжатся завтра. Точнее, уже сегодня, поэтому все разбрелись спать. Кто на кроватях, кто на диванах, кто на раскладушках. Хорошо все-таки, что взяла Винтера с собой. И ему это пойдет на пользу.
Рядом с ним было тепло. Вскоре я пригрелась и уснула. А проснулась от стука в дверь.
– Аленка! Винтер! Вставайте, сони! Айда на улицу!
– Ярик и Мирик, – шепнула на ухо Винтеру.
Потом поняла, что преспокойно сплю в его объятиях, и попыталась аккуратно выбраться. Не тут-то было!
– Давай полежим, – пробормотали мне в макушку.
– Алена! Мы знаем, что вы там! Сейчас дверь откроем, не застесняетесь?
Меня мигом снесло с кровати.
– Уже идем! – откликнулась, убегая в ванную.
Так, быстро принять душ, найти свитер в шкафу – не в платье же идти! Забыла захватить что-то для Винтера.
– Вин, я тебе воду оставила включенной. – Затолкала его в ванную. – Гель для душа на полочке, если сильно горячо, скажешь.
Винтер, видимо, начинал привыкать, потому что на этот раз обошлось без обледенения. Он вернулся минут через десять, уже не сонный, но взъерошенный и с мокрыми волосами.
– Нет, так ты на улицу не пойдешь! – мигом вцепилась в него. – Не хватало еще, чтобы простудился.
– Я не могу простудиться, Алена. Я же…
– Знаю, знаю, ледяной принц. Извините, ваше высочество, присядьте вот сюда, на стульчик, я вас высушу. – И взялась за фен.
Винтер понял, что спорить бесполезно, но, когда фен загудел над ухом, едва не шарахнулся со стула.
– Тихо, – перехватила его, пока не улизнул, – это всего лишь техника. Сиди и не дергайся.
В результате моих стараний парень превратился в синеглазый одуванчик – волосы торчали дыбом и не желали принимать приличный вид. Я хихикала, Винтер злился.
– Ничего, тебе идет. – Поцеловала в щеку, и он мигом утихомирился.
– Алена! Мы входим на раз-два… – Распахнула дверь, едва не наградив кузенов фингалами. – Готовы? Ну наконец-то! – в один голос заявили они, изучили фигуру Винтера все в том же парадном костюме и махнули рукой.
Мы быстро натянули верхнюю одежду и гурьбой вырвались во двор. Он, кстати, был просто огромен. С весны до осени здесь царствовала мама, зато зимой резвись – не хочу. Оля с сестрой Кирой лепили снеговика, тут же нашелся и серьезный Миша. Он девчонкам не помогал, но наблюдал с любопытством. Понятно, родителей решили не брать, веселиться всемером.
– А давайте в снежки? – радостно вопрошали двойняшки.
Два взрослых лося, а туда же!
– А давайте!
Девчонки мигом бросили свое занятие. Да, бросили… Оставшимся в руках снегом в парней. Те не остались в долгу, и вскоре вокруг воцарилось снежное безумие. Винтер поначалу растерялся, но, когда Ярик насыпал ему за шиворот полные горсти снега, сразу понял правила. А они гласили: никаких правил нет.
Вскоре мы разделились на две команды – девочки против мальчиков. И неизвестно, кому из нас больше повезло, потому что мы стремительно атаковали парней. Ярик повалил Олю в снег, стараясь дезориентировать. Мы с Кирой взяли в круг Мишу, самое слабое звено. Мирик и Винтер держали оборону крепко, и лицо принца раскраснелось уже не от шампанского, а от веселья. Было заметно, что снег и холод – родная стихия: он был без шапки, снежки лепил голыми руками и даже не чувствовал мороза.
– Хватит! – взмолился о пощаде Миша. – Идемте лучше на холм на санках кататься.
Санки? Санки! И я бодро помчалась на их поиски в сарай.
Холм начинался сразу за забором, достаточно высокий, чтобы кататься, и в то же время забираться на него было удобно, хоть и по пояс в снегу. Первыми вниз помчались Ярик и Мирик. У-ух! Затем, дружно отплевываясь, затащили санки наверх и уступили нам с Винтером. Я – впереди, Вин сел сзади и обнял меня. Чуть крепче, чем надо, но я не противилась. И вот мы уже летим вниз, в глазах белым-бело, зато дух захватывает! Удерживали меня крепко, защищая от всех невзгод, а я кричала от восторга. Съехав, мы потащились наверх, и забава пошла по второму кругу.
В коттедж мы ворвались уже после полудня, мокрые, замерзшие, но счастливые.
– Переодеваться! – заявила я, ускакав в комнату.
Ярик и Мирик обещали поделиться с Вином своими вещами, раз уж у меня не хватило ума взять что-то с собой. О том, чтобы вернуться в город, и не думала. Переночуем тут еще ночку или две. Когда еще соберемся вместе? Хорошо, что есть новогодние каникулы.
Часа в три мы собрались в столовой на запоздалый обед. Или завтрак? Потому что с утра во рту даже чашки кофе не было. Винтеру достался свитер Ярика. Брюки уже высохли, наверное, тем же таинственным образом, что и мой ковер. И только волосы торчали, как сосульки. Вылитый ежик! Но и они постепенно высохли. Мы наконец-то распробовали вчерашние салаты, шутили и смеялись. Ровно до того момента, когда раздался звонок в ворота.
– Я открою. – Мама поднялась и направилась к двери.
– Ну и кто там первого января? Контролер по свету? – хохотнул Ярик.
– Скорее уж соседи, – вставила я.
Только в двери вошел не контролер и не сосед, а Сергей с очередным букетом и пакетами с подарками.
– Добрый день. – Он растерянно улыбнулся, но, заметив Винтера, будто окаменел. – С Новым годом!