Приключения Хуана ибн Куку. Книга первая

Самый верный способ подружиться с этим кровавым убийцей таков: нужно схватить щуку под жабры, перевернуть брюхом вверх, а затем погладить, чесать и щекотать за плавниками, и тогда она станет покладистая, как домашняя кошка. Впрочем, легко сказать, и такой фокус далеко не всегда получается – можно остаться без руки.

Сначала я поставил условие, чтобы к бассейну со щукой никто не подходил кроме меня, чтобы была возможность «как следует её заколдовать». Щука грозно выгибала из воды спину, всем видом показывая недовольство. В одну ночь я приказал отгородить часть бассейна прозрачным стеклом и на утро сам прыгнул в воду.

Обезумев то ли от моей наглости, то ли от своей природной ярости, Щука ринулась в мою сторону и со всей силы ударилась о стекло. Затем, развернувшись, она еще несколько раз повторила свое неудачное нападение. Все это время я спокойно плавал, не обращая никакого внимания, находясь от неё на расстоянии меньше, чем фаланга мизинца, которым нас разделяло толстое крепкое стекло. Щука продолжала свои яростные атаки с завидным упорством, но тщетно! Так продолжалось целый день и всю ночь, которую мне тоже пришлось провести в бассейне. Мое присутствие явно раздражало щуку, как хищника, а её положение пленницы не давало с этим мириться.

Под утро следующего дня мы оба были изнеможены. Рыба билась головой в стекло, но уже не так неистово. Она была в недоумении, которое слабело от усталости, и, в конце концов, недоумение сменилось безразличием.

Затем, когда дьяволица обессилила, я, стоя в воде по пояс, начал перекидывать через преграду мелкую рыбешку, которую щука стала охотно подбирать. Перекусив немного, она оставила недоеденными плавающие по поверхности рыбинки, и, всё ещё голодная в своей утихающей ярости, щука уплыла вглубь бассейна и залегла в тени свисавших над водой пальм. Я понял, что она устала и хотела бы одиночества, впрочем, как и я.

С трудом вылезши из бассейна, я был необычайно доволен собой, и чувство победы одолевало меня ничуть не меньше усталости. На какие только отчаянные глупости можно пойти ради своего спасения…

Пришла служанка, принесла немного молока, свежие лепешки и финики. Я валялся полуголый в луже воды, стекавшей с меня на нагретый солнцем мраморный пол рядом с бассейном. Тяжело дыша сквозь зубы, как конь, и выпучив глаза, весь в мурашках на почерневшей от солнца коже я пытался согреться. Взглянув на меня, служанка шутливо спросила:

– Ну что, ты доволен своей новой подружкой? – и я понял, что она уже в меня влюблена.

Под вечер, выплыв из своего укрытия под последние лучи солнца, щука начала кружить, словно в танце сама с собой. Я снова спустился в бассейн со стороны отгороженной стеклом. Интерес у щуки ко мне пропал, и она уже плавала, не касаясь стекла. Мало-помалу она свыклась с моим соседством. На следующий день я купил для неё огромного тунца.

Так продолжалось какое-то время. Я кормил её, трепал за плавники, хватал за хвост, пока она разбиралась с большими кусками своей еды. Одним словом, у нас появились какие-то признаки дружбы. Во всяком случае, она мне многое позволяла из того, за что другой поплатился бы жизнью. И вот, однажды ночью, я с помощью нескольких рабочих быстро вытащил из бассейна стекло, отделявшее меня от когда-то смертельной опасности.

Тот день я запомнил на всю жизнь. Щука плавала на своей части бассейна в хорошем расположении духа в ожидании кормежки и новых игр. Я опустил одну ногу в бассейн. Почуяв меня, она развернулась в мою сторону и подплыла, остановившись на том самом месте, где еще ночью было стекло, но не двинулась дальше. Я сошел по пояс. Щука закружила, терпеливо меня ожидая. Я подошел к той черте, где раньше пролегало стекло, не заходя за неё.

Теперь, вспоминая те дни, я постоянно спрашиваю себя – что сталось бы со мной, зайди я за эту линию?

Так продолжалось неделю или даже несколько, я совсем потерял счет времени в те дни, в те жаркие полные звёзд и вина ночи. Это было спокойное и счастливое время. Я уже не чувствовал себя одиноким в этом чужом мне мире, со мной все это время теперь была щука, и конечно, мне приносила воду и вино всё та же служанка, что и раньше. У нас было много общего – мы были пленниками, и наше положение здесь было не намного лучше, чем у этой рыбы, которая поглядывала на нас из бассейна, словно молчаливый участник наших бесед. Иногда все было так хорошо, что мне не хотелось покидать этот плен, и никому из нас.

И вот настал мой день расплаты с шахом за спасение и за то, что он не скормил меня акулам, как колдуна. Я придумал заклинание, рассказал о нем шаху, затем произнес его у него на виду, зашел в бассейн, и щука меня не тронула. Шах приказал слуге повторить заклинание и войти в бассейн, как показывал я только что. Все получилось и у слуги – на мое счастье он не зашел за роковую черту.

Затем, когда собрались гости, началось само представление. Нужно ли говорить, что шах, потерял всякую осторожность и под аплодисменты, пустясь в бассейн зашел за линию, известную только мне одному. Не прошло и мгновения, как щука вырвала ему живот и утащила на дно бассейна. Насытившись его потрохами, она отплыла под навес пальм. Поднялась паника. Меня тотчас окружили стражники и были готовы убить, но я напомнил про священное обещание их господина, данное мне, как колдуну, что мне ничто не угрожает, и что тот клялся своим местом в раю! Мне нужно было как-то выиграть время. Я сказал, что лучше бы им заняться поживой во дворце, пока вести не разлетелись по городу, и они дружно ринулись грабить покои. Ну, а я тут же бросился искать свою служанку, схватил её за руку, и мы вместе стали выбираться из дворца. Кто-то опрокинул лампадку с маслом и запахло гарью, отчего суматоха только усилилась, и мы смогли пройти к воротам. Но прямо перед нами они распахнулись, и мы чуть было не попали под копыта лошадей – это был отряд конной стражи. Завидев мечущихся по дворцу людей, они не обратили на нас никакого внимания, но нам пришлось искать другой выход. Служанка потянула меня в сторону, и мы скрылись от всех взоров. Она провела нас коридорами и тропинками через сады и ограды строений к потаенной калитке, ведущей к морю.