– Яночка, – прозвучал испуганный голос отца.
– Цветочек, – раздался не менее ошеломлённый голос деда.
Я уже не могла осознанно пошевелиться. Моё тело начало неконтролируемо трясти, а изо рта потекла волной белая пена, которой я начала захлёбываться. В мгновение сильные руки выдернули меня из-под кровати.
– Скорее принеси её лекарство, оно в той тумбочке, – где-то вдалеке послышался голос. Дальше лишь темнота.
Глава 2
Яркие солнечные лучи заставили меня открыть нестерпимо тяжёлые веки. Голова жутко гудела. В глазах стоял туман.
– Она очнулась, – прозвучал женский голос.
Что произошло? Ничего не понимаю, в голове какая-то каша.
– Дая, дочка, ты меня слышишь? – прозвучал голос отца.
Наконец, туман рассеялся и перед моими глазами появилась моя комната. Папа сидел, держа меня за руку. Рядом стояло трое врачей. Маргарет суетилась.
– Боже, я так испугался. Сколько раз говорила тебе мама, нельзя так изнурительно тренироваться. Посмотри до какого состояния довёл тебя твой балет.
Ничего не понимаю. Причём тут балет?
– Папа что произошло? И где мама?
– Как где, Даяна? На съёмках фильма в Канаде. Простите мистер Виндестер, не могли бы вы осмотреть её ещё раз? Это состояние мне совсем не нравится.
Я вновь непонимающе посмотрела по сторонам. Попыталась привстать. Тут один из докторов тут же протянул мне стакан с чем-то.
– Прошу вас, выпейте, вам сейчас это необходимо.
Покорно взяла стакан и начала пить. На вкус как обычные мультивитамины. Закончив вернула обратно.
– Вам нужно ещё немного отдохнуть. Поспите, а после мы проведём полное обследование вашего организма. Слегка кивнула и легла обратно. Отец отпустил врачей. Что-то предварительно обсудив, вернулся ко мне. На его смартфоне раздался звонок.
– Да Мир, она очнулась. Я сам чуть сума не сошёл. Она ещё слишком слаба. Хорошо, я дам ей трубку, но только на пять минут. Дая, это мама, вот возьми. – он протянул мне телефон.
В это мгновение картинки побежали перед глазами. Избитая мама, выстрел, приступ. Меня вновь затрясло. Я спешно схватила трубку, а отец вернул врачей.
– Мама, ты жива, ты в порядке? Мама?
– Солнышко, о чём ты говоришь. Со мной всё в порядке. Я так испугалась за тебя, когда папа мне позвонил. Как ты себя чувствуешь, хочешь приеду первым же рейсом?
Дыхание участилось, я что, сошла сума? Может быть это сон? Мамин голос вполне бодрый, и, если она в Канаде, то что произошло вчера!? Было ли это наяву?
– Даяна, милая, почему ты молчишь?
Тут вновь прибежали доктора, а папа забрал свой смартфон.
– Вы должны исключить любой повод её волнений, иначе приступ повторится! – молвил один из них.
– Яночка, родная, тебе нужно перестать беспокоиться, дочка. Это вредит твоему здоровью.
– Папа, что вчера произошло? Объясни мне! – закричала я.
Тут вмешался врач:
– Вчера вечером у вас случилось обострение вашей болезни. Мы забрали вас на скорой, прямо с репетиции. Отвезли в больницу. Проведя обследования, мы перевели вас домой под наблюдение наших лучших специалистов.
Неужели это правда, а то, что я увидела вчера, это…
– Скажите доктор, а в моём состоянии галлюцинации или видения возможны?
– Вы были без сознания долгое время. Ваши воспоминания ближайших дней могли немного спутаться. Возможно, вы видели какой-то сон, похожий на реальность.
Я спокойно выдохнула и наконец расслабилась. Это всё было лишь моим кошмаром. В голове эхом прозвучали слова матери.
– Если со мной что-то случится, пообещай, что уедешь с бабушкой.
Я замахала головой. Просто дурной сон, ничего более. Успокоившись, приняла валерьяну, данную доктором, и вновь заснула. Проснулась уже к вечеру. У кровати дежурила Маргарет. На ней не было лица, и смотрела она на меня каким-то жалостливым взглядом. Встала с постели, она мне помогла одеться, и мы спустились к ужину. За столом сидел отец и дедушка. Вновь в моей голове появилась картина того ужасного сна, и его слова.
– Цветочек, ты наконец проснулась, – радостно воскликнул дед. – Мне как твой папа позвонил, я сразу приехал. Да и не с пустыми руками, а с подарком.
Окинув их каким-то странным взглядом, подошла и села за стул.
– Отец, не дави на неё. Она ещё от приступа до конца не отошла. Давай дочка, кушай, ты со вчерашнего дня ничего не ела.
Посмотрела на свою любимую пасту, поковыряла вилкой, а в глазах вновь появились капли крови, стекающие на ковёр.
– Пап, я хочу, чтобы мама приехала. Ты не будешь против, если я ей позвоню и сорву её съёмки?
Они переглянулись.
– Ян, ну ты же уже не ребёнок. Мама так старалась, чтобы попасть в этот фильм. Она и так сильно переживает. Если ты сорвёшь её съёмки, боюсь она останется без своей любимой работы.
Тяжко выдохнув ответила:
– Возможно ты прав.
Заставив себя съесть пару вилок, решила подняться к себе. Кое-как уговорив оставить меня одну, поднялась наверх. Только закрыла за собой дверь, как окно в комнате резко распахнулось, в него влетел Фауст. На его лапке красовалась записка. Он по свойский подлетел и сел мне на плечо.
– Привет красавчик.
Ворон был как будто чем-то опечален. Указав клювом на привязанную бумажку, важно закаркал.
– Да, поняла, поняла.
Аккуратно развязав ленточку, принялась читать записку: «Даяна, твоя мама мертва. Не верь никому в этом проклятом доме. Отныне твоя жизнь вверена мне. Не подавая виду, ты должна в полночь ждать у задней калитки дома. С собой бери только самое необходимое. Гера.»