– Мы уже говорили об этом, княжна. Это недопустимо. – Кайлеан, не отводя взгляда от Дагены, легонько постучала пальцем по уху.
«Слушают?»
Пожатие плечами.
«Возможно, будь начеку».
– У нас несколько другие представления о допустимом и недопустимом. Если долго ездишь с кем-то одной упряжкой, если вы спите в одном фургоне – титулы перестают иметь значение. Мой возница зовет меня по имени.
«Смотрят?»
Собственно, она была почти уверена, что нет, поскольку Дагена наверняка бы сразу почувствовала и предупредила ее. То, как подруга взглянула на нее, подтверждало ее предположения.
– Но сейчас мы не в фургоне, княжна. И нету и шанса, чтобы я стала твоим возницей.
Даг рассмеялась, весьма натурально, и хлопнула по ближайшей софе.
– Именно за это я тебя и люблю. Сделаешь мне прическу с жемчугами?
– Конечно, княжна.
Словно умела делать какую-то другую.
– Но сперва – бордовое платье. Жемчуг к нему подойдет. Когда начнется ужин?
– Граф дер-Малег сказал лишь, что кого-нибудь пришлет за вашим высочеством. Я пока что распакую вещи.
– И речи быть не может. Ты идешь со мной.
– Но, княжна…
И так далее. Продолжали разговор на случай, если их подслушивали, – какой и должны вести между собою княжна Фургонщиков и ее дама сопровождения. Кайлеан сама удивилась, как легко и быстро вошла она в роль бедной девушки из провинции, которая старается напитать основами хороших манер и обычаев слегка дикую варварскую аристократку. Но хотя и считала она, что игра эта довольно забавна, все время чувствовала под кожей беспокойство. Даг сразу решила, что кто-то их подслушивает. А если так, значит, граф не совсем рад их визиту или – что еще хуже – что-то подозревает. Если и правда он или кто-то в его замке имел отношение к убийствам в горах, было понятно, что он будет начеку, однако такая прослушка с самого начала не обещала ничего хорошего.
Комнаты их находились на третьем этаже главного дома, из окон были видны лишь двор да конюшня. Никаких шансов на бегство, ибо в эти комнаты вели лишь одни двери, выходящие к тому же в лабиринт коридоров, где можно было и потеряться. Собственно, графу не требовались подвалы, чтобы туда заключить девушек. Хватало и демонстративного гостеприимства.
Стук в дверь раздался, когда Кайлеан заканчивала укладывать волосы Дагены.
– Господин граф имеет честь пригласить ваше высочество на ужин.
В дверях стояла молодая девушка лет пятнадцати, в одежде, рядом с которой платье Кайлеан выглядело как наряд королевы. Темная серость, манжеты не шире тесемок и отсутствие воротника. Фартук не отличался цветом от остального. Скромнее могли быть лишь старые мешки с дырами для головы и рук.
– Вот и чудесно, я проголодалась. – Даг улыбнулась девушке, но та даже не моргнула. – Мы не должны заставлять хозяев ждать. Да, Инра, это касается также и тебя. Идем.
Даг действовала так, как они договорились по дороге: не разделяться первые несколько часов. В пасти медведя лучше быть вдвоем.
Лабиринт оказался не столь страшным, как им сперва померещилось, хотя коридоров было много. Как и говорила им Бесара, всюду висело оружие. Мечи, топоры, шестоперы и копья заслоняли бо?льшую часть стен, присутствуя в количествах, позволявших полагать, что граф в любой момент готов схлестнуться с любым врагом. Хватало здесь и доспехов, а также щитов и шлемов. При этом некоторые выглядели так, словно от старости уже приросли к стенам. Род дер-Малега трудился триста лет, чтобы создать такую коллекцию.
Ну и картины. Подле первых трех Дагена даже замедляла шаг, заинтересовавшись, но следующие – а прошли они где-то мимо двадцати – уже проигнорировала. Сколько можно смотреть на мужчин в доспехах, стоящих на кучах трупов? Судя по этим картинам, предки графа не столько были солдатами империи, сколько выстроили империю собственными руками, лично выиграв все важнейшие битвы.
Через несколько минут и поворотов они остановились перед светлыми дверьми.
– Граф ждет, – служанка поклонилась и отошла.
Дагена протянула ладонь к ручке.
– Ваше высочество. – Кайлеан успела раньше. – Позвольте я это сделаю.
Не ожидая ответа, она открыла дверь и вошла внутрь.
– Княжна Гее’нера из рода Френвельсов, – объявила Кайлеан, отходя в сторону.
Ей ответил скрип стульев. Вокруг стола, меньшего, чем она рассчитывала, но достаточного для дюжины человек, сидели граф с женой, двое из трех его сыновей и светловолосая красавица. Теперь все поднимались, приветствуя входящую поклонами и приседаниями. Кайлеан окинула взглядом белую скатерть, серебро и хрусталь, в котором играли огни дюжины свечей, десяток-другой мисок и несчетное число графинов и кувшинов. Ужин был богатым. За столом имелось еще одно свободное место, она, однако, не думала, чтобы и ее пригласили присесть. В лучшем случае она проведет вечер, стоя за спиною «княжны».
А та знала, как произвести впечатление. Подождала, пока все поднимутся, и лишь тогда показалась в дверях. Жемчуга переливались под отблесками свечей, подчеркивая черноту волос и глаз, бордовое платье открывало то, что девушка могла открыть, а легкий поклон, которым она ответила на приветствия, был полон достоинства и гордости.
– Княжна. – Граф пошел в ее сторону, а в глазах его посверкивали радостные искорки. – Я вижу, что благородный народ верданно препоручил в мои руки ценнейший из бриллиантов.
– Не сумел бы он отыскать лучших рук в этих горах. – Дагена одарила его улыбкой, от которой, казалось, и воск на свечах начал бы таять.
Скажи кто сейчас Кайлеан, что еще недавно Даг могла жаловаться на отпечатки от седла на заднице и безумствовала с луком на пограничье, назвала бы такого лжецом. Назвала бы врушкой и саму себя, поскольку была ведь Инрой-лон-Верис, а роль ее состояла в присмотре, чтобы «княжна» достаточно умело пользовалась меекхом и не пыталась есть руками.
Приветствия и взаимные поклоны продолжались еще какое-то время, и она уже решила, что будет совершенно проигнорирована и что ей придется простоять остаток вечера у дверей.
– Девица лон-Верис, – хозяин вдруг вспомнил о ней. – Мы не полагали, что ты придешь.
– Ее высочество настояла, господин граф.
– Мой меекханский еще не настолько хорош. – Акцент Дагены вдруг сделался слишком отчетлив. – И порой мне требуется при разговоре помощь.
– Ваше высочество в совершенстве владеет языком империи. – Жена графа словно из-под земли выросла рядом с мужем.
– Благодарю, – еще одна улыбка. – Но, например, я до сих пор не понимаю всех здешних поговорок.
– Поговорок?
– Например, когда вы говорите «пошел в Блеавх», это значит, что не знаете, где кто-то находится, а не то, что следует его искать по дороге к этому городу. Которого, как я слышала, на самом деле-то и нет.
Невеста второго сына графа приподняла брови:
– Это верно, но я никогда не раздумывала над этим. А как говорят верданно?
– Конь на него сел.
Блондинка жемчужно рассмеялась:
– Ох, но я думала, что кони не садятся.
– Конечно же нет. Но, возможно, они садятся в Блеавхе, городе, которого нет.