Осколки Короля. Дитя двух миров
– Будешь вяленую оленину? – с полной серьёзностью спросил он у Эла, но в глазах светилась издёвка.
– Нет, спасибо, я уже поел, – ответил он с такой же издёвкой, что и брат. – Может, в другой раз.
– Кстати, пап, смотри, мы стали ещё более разными, чем раньше, – обняв брата за шею, Кэл тыкал когтем в его щёку.
– Ага, а у меня теперь есть личный Волчан, – Элиас улыбнувшись, толкнул брата в бок.
– Смотри, чтобы этот Волчан не перегрыз тебе горло, пока ты будешь спать, – улыбнулся Кэл, оголяя клыки.
Братья начали подначивать друг друга.
Брайн смотря на это удивлённо спросил у Баэллама:
– И часто они так?
– Это они ещё спокойно общаются, может быть и хуже, – улыбнувшись, ответил старый отец близнецов.
Король эльфов развернулся, приглашая нового знакомого присесть в одной из беседок. Они устроились поудобнее друг напротив друга, после чего король продолжил:
– Как я вижу, вы с моим сыном нашли общий язык.
– На удивление, да! Он по духу волк, а после обращения это проявилось в его внешности, но эльфийские манеры всё же сильно видны, – спокойно сказал Брайн. – Его отношение к другим очень удивляет. Мой народ не сильно жалует слабых, особенно женщин и детей. Многие относятся к ним, как к грузу и помехе. Детей с пелёнок учат защищать себя, у нас жёсткий отбор. Если ты слаб, то ты обуза. А он же первым делом заверил всех, что его не надо бояться и если у кого-то есть вопросы, то он готов их выслушать. Увидев напуганного ребёнка, сразу подошёл, обнял, успокоил, а под конец рассмешил его, тем самым шокировав всех, – в голосе Брайна чувствовалось удивление и лёгкое непонимание, словно все его устои и традиции стёрли за секунды.
– Он так воспитан. Надеюсь, превращение в волка никак не изменит его мышления, – Баэллам с недоверием осмотрел Брайна и без стеснения продолжил, – Кстати, вы тоже меня удивили: вблизи вы выглядите совсем адекватными, да и общение с вами не вызывает отвращения.
– Не только вы удивляетесь, – усмехнулся Брайн, которого даже не удивило такое высказывание. – У всех складывается впечатление, что мы мародёры и убийцы, однако большинство не хотят бессмысленных смертей. Да и вас многие не хотели убивать. За нас решают вожаки, а мы покорно идём за ними. Неподчинение карается ужасной смертью, а вожак может убить своей аурой: под её действием мы умираем, задыхаясь от панического ужаса. Ауру Альфы я чувствовал впервые, – у волка изменился голос, и в нём почувствовался страх. Брайн нервно вздохнул и решил не продолжать разговор про силу Кэла. – Ну, а по поводу внешности. На самом деле мы очень трепетно относимся к ней. А моемся по два раза на дню. Как вы заметили, мы различаемся по стрижкам. Оборотни любят делать хвосты из дредов или кос, ликаны носят короткие стрижки.
Брайн замолчал и посмотрел на небольшое поселение. Дома, скрытые в деревьях, несколько беседок и красивые каменные тропинки. Все постройки обвивали растения. Волчицы с волчатами обеих рас с лёгкостью общались с эльфами. Ликаны-мужчины с опаской, но шли на контакт, пока оборотни-мужчины сидели у края леса со свирепым взглядом, полностью игнорируя эльфов.
Брайн задумчиво посмотрел на эльфов и их цвет волос и очень удивился, ведь знал, как их раса относится к статусу цвета.
– Вы из клана «цветных»? Почему вас так мало? – Брайн с непонимающим видом глянул на Баэллама.
– Мы клан «изгоев». Я создал этот клан для эльфов, которых отвергли в обществе и изгнали из других кланов, – пояснил Баэллам. Его голос поник, и волк заметил, с какой нежностью король посмотрел на свой народ. – Каждый эльф здесь обретает дом и становится для меня родным. Каждого из них я готов защищать ценой своей жизни.
– Получается, в каждом народе своя дискриминация, – констатировал волк и нервно сглотнул, почувствовав напряжение со стороны короля.
Неожиданно появились близнецы, ворча что-то себе под нос. Кэл плюхнулся около Брайна, положив руку ему на плечо, познакомил с братом.
– Брайн – это Элиас, Эл знакомься с Брайном.
Элиас уселся ближе к отцу и с недоверием взглянул на волка, но всё же кивнул в знак приветствия. Брайн слегка улыбнулся и тоже кивнул эльфу в ответ. Ликан нервно потирал ладони и испытывал явный дискомфорт от страха. Рядом сидел Альфа, а напротив – его отец, не менее пугающий. Да и от взгляда Элиаса по спине пробегал холодок.
Элиас же оценивающе осмотрел Брайна. На первый взгляд казалось, что он примерно того же возраста, что и близнецы. Может чуть младше их.
Баэллам рассматривал Кэлиаса и не замечал особых отличий от его эльфийской внешности. Уши остались той же длины. Глаза такие же – «цвета ночи». Овальная форма лица не изменилась. Чёткая форма скул – всё так же похож на мать. Нос такой же небольшой, да и губы остались среднего размера. А вот волосы стали длинными и чёрными, да и при улыбке виднелись клыки. Брови с ресницами почернели. Тело стало в несколько раз больше, торс и руки стали намного массивнее. На его фоне Элиас смотрелся худощаво. А на пальцах рук появились чёрные когти около двух сантиметров. Его мысли прервал Элиас:
– Отец! А когда вы собирались нам сообщить?!
– Я думаю, они хотели принести малыша в пелёнке и поставить перед фактом, – недовольно рыкнул Кэл, поедая кусок оленины. – Мол, смотрите, у нас новый член семьи.
– Вчера вечером, за ужином, после вашей вылазки. Но что-то пошло не по плану, – с сарказмом ответил Баэллам, на что сыновья улыбнулись и закатили глаза.
Элиас увидел, как Эвали попрощалась с одной из волчиц и направилась к ним. Королева подошла к Брайну и поцеловала его в макушку, ещё раз поблагодарив за спасение. Волк тут же почувствовал, как его загорелись щёки. Королева села между сыновьями:
– И на каком ты месяце? – синхронно спросили близнецы, а в голосах слышалась нотка обиды.
– На третьем. Срок небольшой, а вы всё время были заняты, – очень нежно ответила Эвали сыновьям, тем самым «обезоружив» их.
Она сняла с себя браслет и в это же мгновение в её животе загорелось приглушённое маленькое свечение.
Кэлиас, взяв маму за руку, тихо и с необычной нежностью произнёс:
– Надеюсь, это сестрёнка. Она не услышит отказа от меня.
– Я уверен, что будет сестрёнка, – так же нежно сказал Элиас и тоже взял маму за руку.
– Брайн, а откуда у вас такое противоядие от обращения? – спросил Кэл, переведя тему. – Никогда бы не подумал, что волки умеют варить зелья.
– Это противоядие сделала одна ведьма, – ответил Брайн. – Волки часто имеют близость со смертными и в порыве страсти могут укусить. Не все из нас хотят, чтобы любовники обращались. Поэтому мы и попросили ведьму сделать это зелье. Она показала, как варить его, и теперь мы сами его готовим. Главное выпить в первые пятнадцать минут.
– Ого! А ты потом покажешь мне рецепт? – воодушевлённо спросила Эвали, и Брайн одобрительно кивнул ей в ответ, а про себя подумал:
«Как же можно ей отказать?!»
Кэлиас, продолжая грызть вяленое мясо, спросил:
– Кстати, ты сказал, что у мамы будут какие-то изменения. А поконкретней можно? И как это отразится на малышке? – Он уже твёрдо для себя решил, что мать родит сестрёнку.
– Их внутреннее состояние будет схоже со смертными. Возможно, Королева начнёт есть приготовленное мясо, но есть смертные, которые обходятся без него, так что тут спорно. А вот ребёнок не сможет обходиться без мяса. Но есть ещё одно, – Брайн сделал паузу и с улыбкой посмотрел на близнецов. – Я даже не знаю, как вам это сказать. По слухам, у эльфов близость редка, а теперь всё будет по-другому. Можно сказать, что Королю придётся сложно первое время.
Брайн закончил, прикрыв рот ладонью, еле сдерживая смех.
Близнецы разразились истерическим гоготом. Он был настолько громким, что привлёк всех окружающих. Баэллам, приподняв бровь, с удивлением и лёгкой улыбкой посмотрел на жену. Эвали увидела взгляд мужа, и её лицо мгновенно залилось краской. Она сдержанно произнесла:
– Странные слухи. Эльфы желают близости не меньше волков или драконов.
– Брайн! Не верь слухам, – через смех произнёс Кэл.
Тут подошёл Лем, не понимая смеха друзей и странного взгляда королевы с королём, спросил:
– Что за истерика у вас?
– Брайн – это Лемуэль, Лем – это Брайн, – еле сказал Кэлиас, продолжая дико смеяться.
Лемуэль и Брайн встретились глазами. Перед волком стоял черноволосый эльф. Волосы с висков собраны на затылке, а в карих глазах отражалась брезгливость и отвращение к нему. Лем слегка поморщился от боли в спине, аккуратно присел около короля и снова зыркнул на волка. Брайн сразу почувствовал запах засохшей крови. Потупив глаза, резко встав, ликан направился в сторону палаток. Близнецы тут же прекратили смеяться и в недоумении проводили его взглядом. Все непонимающе переглянулись.
Брайн подошёл к волку, что дал ему лекарство для Эвали, и они скрылись в толпе других псов. Буквально через минуту ликан вернулся, держа что-то в руках. Он подошёл к Лему, протянул флакончик и дрожащим голосом пояснил:
– Это обезболивающее для твоей раны на спине. Выпей, и боль сразу уйдёт, – волк протянул флакончик эльфу.
Лем же, в свою очередь, с недоверием посмотрел на Брайна и перевёл взгляд на Кэла, который кивнул. Эльф взял флакончик у ликана и выпил содержимое. Не прошло и полминуты, как Лем почувствовал, что боль в спине исчезла. Он выпрямился, подвигал торсом и, не почувствовав боли, непонимающе посмотрел на волка, который протягивал ещё какую-то банку.
– Это мазь для спины. Наноси три-четыре раза в день, и через два дня твои шрамы полностью затянутся, но, к сожалению, не исчезнут.
Брайн всё так же украдкой смотрел на Лемуэля, а тот, взяв банку, ощутил дискомфорт, что поддался общественному мнению. Ликан, потупив глаза, снова сел около Кэла, только теперь уже ища защиты со стороны Альфы. Лемуэль встретившись глазами с Брайном, увидел чёрные глаза, полные доброты и заботы. Этот волк отличался от тех, которых он видел ранее.
***
Прошло несколько месяцев со дня перерождения принца, и он, по всей видимости, просто смирился с этом положением. Кэл совершенно не понимал, что ему делать с такой огромной стаей. Для начала он решил углубиться в их культуру, законы, привычки. Это дало свои плоды. Альфа понял разницу между ликанами и оборотнями. Ликаны с лёгкостью шли на контакт с эльфами, а вот у оборотней открыты для общения были только женщины и дети. Мужчины-оборотни продолжали проявлять враждебность, но и уйти не могли из-за страха перед Альфой.
Кэл с мужчинами два раза в день уходили на охоту. Женщины занимались бытом, а маленькие волчата не отходили от эльфов. Кэлиас вложил много сил, чтобы добиться расположения оборотней и старался проявлять гибкость в общении с ними. Он изменил большинство волчьих законов, а некоторые вовсе отменил, за что получил уважение и признание всех волков. Законы стали более понятными и простыми.
Альфа обучил стаю, как правильно пользоваться магией. Теперь, после обращения в человеческую форму, на волках оставалась одежда.
За это время живот Эвали вырос. Эльфийские врачи с помощью магии осмотрели живот королевы и обрадовали братьев. Девочка! Их счастью не было предела. Родители позволили сыновьям выбрать имя для принцессы. Оказалось, это была не самая лучшая идея.
Отцовский рык
В один из дней всё поселение содрогнулось. Ор доносился из беседки около озера. Позже раздался грохот, и с берега быстрым шагом вышел Эл с сильно разбитой губой. Лем сразу понял, что дело плохо и побежал искать Баэллама. Элиас, трогая губу, шёл в сторону жилых домов. Внезапно перед ним появился Кэлиас. У него по виску стекала кровь. Оба брата свирепо уставились друг на друга. Окружающие их эльфы схватили волков за руки и потащили назад. Оборотни и ликаны не понимали, как реагировать на данный конфликт.
– Не смей уходить, когда я с тобой разговариваю! – проорал Кэл, упёршись лбом в лоб брата.
– Толку с тобой разговаривать, если ты не понимаешь! – в тон проорал Элиас, грубо оттолкнув брата. – В имя надо вложить сердце! А всё, что ты делаешь, так это просто называешь случайные имена!
– Я вкладываю смысл в её имя! У малышки оно должно быть идеальным!
– Это тупые имена!
– Ты назвал меня тупым?
– Ты реально туп, если так решил! Имена, что ты предложил – тупые!
После этих криков братья сошлись в драке. Между ударами слышались матерные слова и оскорбления в сторону каждого брата. Со стороны бой выглядел жестким и агрессивным, однако Брайн заметил, что Кэл сдерживается, контролируя силу удара. Брайн пришёл в замешательство и ринулся разнимать братьев, но его остановил Лем, схватив за руку, а мимо них пробежал отец близнецов.
Баэллам схватил каждого за шиворот, как маленьких щенков, и растащил. Близнецы, как по команде, остановились. Король поставил их перед собой и начал отчитывать.
– Как вы собираетесь быть старшими братьями, если ведёте себя как малые дети?! – голос Баэллама был похож на рычание злого медведя.
Оба брата стояли перед отцом в кровавых подтёках, но на Кэле они мгновенно затянулись. Элиас вытер рукой кровь с виска и обтёр об кофту брата. За это Кэлиас пнул его по голени. Оба тут же получили подзатыльники от отца:
– Вам не десять лет! Кэлиас, ты за собой народ ведёшь, так веди себя как подобает королю. Повзрослейте уже и прекратите эти глупые свары! Ещё подобное повторится, я лишу вас возможности дать имя сестре и участвовать в её воспитании!
Братья неожиданно испугались этих слов. Они широко раскрыли глаза и потёрли затылки в месте удара отца. Они сделали это синхронно и с одинаковым лицом, от чего Баэллам еле сдержал улыбку. Король ещё раз отчитал сыновей, развернулся и ушёл, но улыбка тут же расползлась по лицу короля. Волки увидели нежность в его глазах.
Братья посмотрели друг на друга и одновременно показали средний палец и произнесли:
– Придурок!
И так же синхронно пошли в лазарет, чтобы обработать раны. Волки ошеломлённо наблюдали за происходящим. Спустя десять минут братья вышли уже в приподнятом настроении и с ухмылками на лицах. Брайн стоял в полном шоке и, слегка согнув руку, указал пальцем в их сторону. Лем, который всё это время стоял рядом, просто улыбнулся и пожал плечами. В этот день близнецы всё же придумали идеальное имя для своей сестры, и это был последний раз, когда братья по-крупному ссорились.
Последствие яда
Прошёл ещё месяц, и принцесса уже активно шевелилась в животе матери. Последствия для королевы от волчьего яда начались чуть позже, чем говорил Брайн. Эвали начала много есть, но не могла утолить свой голод. Ей очень сильно чего-то хотелось, но ни одно блюдо не давало насыщения.
В один из дней она почувствовала дурманящий аромат. Пойдя на его поиски, она дошла до поселения волков. По разрешению короля, они обосновались совсем рядом с эльфами.
Запах вёл королеву к одному из шатров. Волки вопросительно смотрели на Эвали, провожая взглядом. Она увидела сына, который стоял к ней спиной. Кэлиас держал в руках тарелку с едой, и аромат, исходящий из неё, сводил Эвали с ума. Волки, которые сидели за столом, с удивлением посмотрели на королеву. Это было впервые на их памяти, когда она зашла к ним во время обеда.
Эвали подошла к Кэлу и заглянула в тарелку, спросив:
– Сынок! А что у тебя там?
– Оленина с овощами, – удивлённо ответил Кэл, но Эвали уже взяла вилку и начала пробовать блюдо.
– Какая вкуснятина! – Эвали выхватила тарелку, села за стол и с жадностью принялась поглощать блюдо. Волки немного отодвинулись от неё.
Брайн слегка улыбнулся. Он сразу понял, что это принцесса требует мяса, заставляя мать есть непривычное.
С этого дня Эвали начала есть с волками. Кэлиас лично готовил для матери разнообразные блюда, следя за их качеством.
Но это оказалось не последнее изменение, произошедшее с королевой.
***
Близнецы, Баэллам, Лем, Брайн и Курт сидели вместе и корпели над выделкой кожаных полотен. Неожиданно к ним подошла Эвали с каменный лицом и сухо произнесла:
– Милый! Нам надо поговорить!
Она взяла Баэллама за руку и потащила в сторону их дома. Остальные переглянулись и ехидно улыбнулись, но промолчали. Эльфийка всё чаще уводила мужа «поговорить». Позже сыновья поняли, о каких «разговорах» шла речь.
Остальные продолжили заниматься одним устройством для волков. Они идеально подходили для решения одной важной задачи.
Брайн встал и обратился в ликана. Лем примерил на волка устройство, и оно оказалось почти готовым. Брайн с непривычки слегка оскалился на эльфа. Лем одёрнул его за ухо, на что тот недовольно посмотрел на него.
На удивление близнецов, эти двое нашли общий язык и даже стали больше времени общаться без присутствия братьев. Но вот Курт плохо шёл на контакт и в основном молчал. Он остался единственным волком, продолжающим проявлять враждебность.
Новые Короли
Спустя ещё месяц, утром, король эльфов собрал ликанов, оборотней и эльфов вместе. Все переглядывались, не понимая, что он собирается сообщить. Волчата, которые научились лазить по деревьям, забрались на ветви и устроились поудобнее. Рядом с ними сели несколько эльфов. На небольшую возвышенность очень плавно и гордо вышел Баэллам. Оглядев всех, он начал говорить:
– Я думал о своём месте Короля все эти месяцы, со дня объединения. Вчера, всё обдумав, я принял решение, которое не намерен объяснять, – голос короля был властным и поистине королевским. – Я передаю право правления в руки своему сыну Элиасу. Теперь он Король над «изгоями». Я уверен, что мой сын будет хорошим правителем.
Баэллам снял со своих ушей накладки короля и передал их сыну. Эвали последовала примеру супруга. Элиас был обескуражен действием отца, но у него были догадки по поводу его решения. Надев на одно ухо накладку, он громко сказал:
– Я принимаю решение отца, но Кэлиас мой брат и ваш Король тоже, его приказы так же неоспоримы для каждого эльфа! – и надел вторую накладку на ухо брату, чем удивил абсолютно всех, включая родителей.
Кэлиас улыбнулся, слегка поклонившись Элиасу и повернулся к народу:
– Теперь среди нас нет оборотней и ликанов: мы одна стая! Мы волки, а это – наш новый дом, – начал громко говорить Кэл. – Мы учимся жить вместе. Знаю, что это сложно, но возможно. Я не собирался вести за собой стаю волков, но Великая Мать распорядилась иначе. Мы должны принять это и двигаться дальше. Эльфы построили вам дома и рассказали о своей культуре. С удовольствием продолжим узнавать о вашей, – сделав паузу, Кэл продолжил. – Все мы знаем, как легко разрушить и уничтожить тех, кого в разы меньше. Как легко лишиться крова. А это значит, что стены нашего дома надо защищать. Все эти месяцы мы с братом работали над одним устройством, которое объединит нас в сражении. Оно поможет эльфам сидеть на наших спинах. Это даст нам возможность быстро и бесшумно передвигаться по Пустоши и лесам.
Вышел Брайн в облике ликана. На спине у него были ремни, которые проходили через плечи, грудь и уходили на спину. На спине располагалось что-то похожее на седло, и в нём полулёжа сидел Лем.
Кэл продолжил:
– Благодаря этому устройству исчезнет необходимость держать лошадей. – Он оглядел свой народ. – Я заметил, что многие все эти месяцы хорошо общались с друг другом. Есть ли те, кто готов оказаться в такой связке?
– Зачем нам это? Что это нам даст? – выкрикнул один из волков.
– У волков до хера энергии и её надо куда-то девать, – с сарказмом сказал Кэл, на что эльфы издали смешок, а волки закатили глаза и раздражённо рыкнули. – А если серьёзно, то я хочу начать искать изгоев, таких, как мы, и приводить в наш клан. Каждый эльф, ликан или оборотень должен обрести дом. Также это поможет быстрее отслеживать заражённых и не допустить ещё трагедии в этих землях, – на лице Кэла расползлась злорадная улыбка. – Да и позлить нашего ненаглядного Владыку Эдиоре́ла. Да у него жопу разорвёт от злости, когда он узнает о нашем союзе!
После этих слов Кэла у всех загорелись глаза, а дикая улыбка расползалась по лицам, ведь Владыку волки недолюбливали.
Вышли эльфы и к ним подошли как ликаны, так и оборотни. Перед королями стояло тридцать пять пар из волков и эльфов. Неожиданно из толпы выкрикнул один ликан:
– Ты по амбициям очень похож на Маркуса!
Кэл вопросительно посмотрел на волка, а Лем, сидя на Брайне, пытался сдержать смех, но он всё же вырвался. Эвали с Баэлламом прикрыли рты, сдерживая улыбку. Элиас, усмехнувшись, похлопал брата по плечу.
– Это он на меня похож, – прорычал Кэл, но тут же продолжил. – Вы сами сделаете себе такое устройство, и как всё будет готово, приступим к работе. Волки! Мой брат так же является вашим Королём, и его приказы неоспоримы. Вам всё понятно!? – выкрикнул Кэл.
Тут же поднялся дикий рык волков и крик эльфов в знак согласия. Зарычали и закричали даже те, кто держался отстранённо ото всех. Это действительно было время перемен и время новой эпохи. И отрицать это было бы крайне глупо.
На встречу с другом
Прошло восемнадцать лет
В детстве Драк просто хотел дружить, ведь какая разница, как выглядит друг: орёл или дракон. Поставив щит из крыльев, он своей спиной загородил орлёнка от гнева отца. Однако силы оказались неравны, ведь Драк был ещё маленьким. Отец извергал пламя на сына, которое не могло ему навредить, ибо драконы не боятся огня – они рождены с ним. Орлы же могут умереть от незначительного перегрева, а под потоком драконьего пламени и вовсе становятся пеплом.
Под немыслимым потоком драконьего пламени, Драк со слезами на глазах, срывающимся от крика голосом умолял отца дать уйти Филу. Перья друга начинали тлеть, а на лице от сильного жара плавилась кожа. Чтобы спасти орлёнка, Драк резко расправил свои крылья и оттолкнул Фила в сторону обрыва, давая возможность бежать.
Резко подскочив на кровати, Драк протёр слезившиеся глаза.
– Опять этот дурацкий сон, – пробормотал он.
Упав обратно на мягкую перину и потерев лицо руками, он посмотрел на часы. Стрелки показали восемь утра, а значит, что они скоро встретятся. Перед встречей Драку всегда снится этот сон и гложет чувство вины, хотя и прошло много лет. Встав с кровати, дракон подошёл к зеркалу и посмотрел на отражение. Признаков плохого сна нет: кожа здорового медного цвета, синие рога на месте, зелёные глаза со змеиным зрачком, из груди всё так же светилось вечное пламя, да и крылья всё там же – на спине. Он и сам не понимал, зачем каждый раз проверял это. Драк провёл рукой по своей щетине и тихо пробурчал:
– Завтра надо будет подстричь бороду. Не люблю, когда она сильно отрастает.
Отвернувшись от зеркала, Драк заправил постель и прибрался в комнате. Зачем, ведь для этого есть слуги? Оделся он в штаны чёрного цвета и кожаные туфли. На торс он надел специальную белую кофту, застёгивающуюся сзади на шее и на пояснице, оголяя верхнюю часть спины с крыльями. На комоде лежал серебряный овальный жетон, толщина которого была не больше сантиметра, а высота чуть больше пяти сантиметров. На одной стороне был выбит король драконов, а на другой была надпись «Властвуй и уничтожай». Драк повесил его на шею и, снова посмотрев в зеркало, вышел к завтраку.
Драк жил непосредственно в Огненной горе, в недрах которой кипела огненная вода. Раньше, она раз-два в год вырывалась из своих глубин, из-за чего всё вокруг становилось мрачным и тёмным на несколько дней. После такого в воздухе ещё долго витал пепел и сильно пахло гарью. Если в эти дни драконы не успевали покинуть гору, то им приходилось сидеть пару дней в своей комнате, наложив на дверь магию, чтобы защитить вход. Если удавалось вовремя улететь, то драконы пережидали на постах, где практически не было удобств. После этого уходило несколько дней для восстановления утраченного, ведь огненная вода выжигала всё дотла.
Сейчас драконы научились обуздывать огненную воду и уже много десятков лет в горе царило спокойствие. У её подножья тоже обитали драконы. Там находился огромный рынок, где продавалась разнообразная еда, и вся она была безумно острая. Драконы в любое блюдо добавляли острый перец и множество других приправ. Другие расы с осторожностью относились к их еде и не все могли переварить её из-за специфики её приготовления.