– Снова на слово верить?
– Закрыли тему. Что скажешь по ситуации?
– Хреновы дела, что тут сказать, – честно признался я.
– Да уж…
Мы помолчали.
– Значится так, – сказал мастер Ригго. – В ста шагах выше по течению имеется утопленный канат. Он натянут от берега до берега. В нашем отряде никто про это не знает, так что тебе придётся остаться и подождать остальных.
Я кивнул.
– По моим подсчётам группа должна прийти сюда не раньше, чем через два-три часа. Так что за это время мы с тобой успеем перебраться на тот берег, затем пойдём к скале, и я покажу тебе очередное скрытое место, иначе его не найти. Там, – он кивком указал в сторону скал, – есть небольшой грот с запасами и костровым местом – зимняя лёжка Горного полка.
– Насчёт разведчиков. Сколько людей было в форте и сколько осталось? Должны же они были забить тревогу?
– Хм, – хмыкнул он. – Не хочешь же ты сказать, что весь полк стоял в Дубовом?!
– Ну я человек маленький, в военных премудростях не смыслю. – Я даже не соврал, так как на самом деле мало что знал о Горном полке.
– Оно и видно. Горный полк – это в первую очередь сеть фортификаций вдоль Южного хребта, а также нескольких сторожевых башен у перевалов и несколько крепостей у Тизы. Однозначно, кто-то заметил дым, но передали ли весточку в Тизу? Почтовых голубей в горах нет, а владеющих днём с огнём не сыщешь.
Он взял паузу, затем продолжил:
– Надеюсь ты уже пощебетал с Тэсс, и она ввела тебя в курс дела с перевалами?
– Да.
– Вот тогда и делай выводы. Я не знаю, есть ли сейчас владеющие в других фортах. Через Белые горы путь заказан, простая солдатня туда не сунется. Остаётся только вариант с гонцом через восточные перевалы, а это крюк в сотни лиг. Весточка в Тизу доберётся в лучшем случае к зиме.
– Как-то хреново у вас тут система сообщений устроена, – удивился я.
– Хреново, не хреново… – отмахнулся он. – Прогресс. Раньше-то, как было? Правильно, цепь сигнальных костров тянулась до самого крайнего форта на северных склонах, но по мнению местного барона – это не целесообразно. Дешевле будет отрядить нескольких владеющих и вот они-то и будут связь обеспечивать.
– Ну, вполне логично.
– Да. До недавних пор. Ты сам видел, что Тэсс не смогла ни переместить нас, ни передать весть. Нас тут как отрезало.
– И каков план?
– Идём через Белые горы. С таким отрядом, думаю, нам удастся прорваться. Ты же не боишься изменённых? – подмигнул он мне.
– В таком виде, – я указал на порванную одежду, – меня больше беспокоят снег, лёд и ветер.
– На этот счёт, я что-нибудь придумаю.
С этими словами чистый поднялся и пошёл вверх по реке. Привал был окончен.
Когда я нагнал красноглазого, то он уже вытягивал толстый пеньковый канат из реки. Вместе мы закрепили его, затем чистый, разворошив листву, вытащил из-под толстых корневищ широкого дуба лодку – плоскодонную долблёнку, – у кормы была привязана тонкая длинная верёвка, другой конец которой мастер Ригго привязал за ствол дуба. Затем спустил лодку на воду и сам залез в неё. Посреди лодки лежала верёвка поменьше, которая крепилась к корпусу долблёнки. Чистый перекинул её через канат и закрепил, тем самым обезопасив себя от срыва вниз по течению реки. Канат был натянут над спокойной водой без перекатов, поэтому мастер Ригго довольно быстро переправился на другой берег: ему оставалось только крепче держаться за канат и подтаскивать себя вместе с лодкой.
На том берегу мастер Ригго покинул долблёнку, и я подтянул её обратно за длинную верёвку. Отвязав её, я проделал туже операцию, что и чистый – переправился. Затем мы вместе втащили лодку на берег и послабили канат, погрузив его в воду.
– Запоминай путь, – приказал красноглазый и нырнул в тайгу.
Подойдя к отвесной скале, мастер Ригго покрутился с минуту в поисках видимых только ему ориентиров, и крякнув, довольный собою, стал отодвигать в сторону крупный валун. Я помог ему. Под камнем обнаружилась верёвка, закладные скальные крюки, раскладная трёхлучевая кошка, обвязка из толстого каната и ещё куча мелких шнуров.
– Так, дело заключается в следующем, – принялся пояснять мастер Ригго. – Вот это нужно надеть…
Я ухмыльнулся и аккуратно отпихнул его в сторону. Обвязка была так себе: подогнать её под размер не представлялось возможным, но тем не менее, выглядела она довольно надёжно. Я быстро изучил основную верёвку, связал схватывающие узлы из шнуров и попробовал на проскальзывание.
– Сойдёт, – резюмировал я.
Чистый поджал губы и с задумчивым видом кивнул несколько раз. Затем снял колчан с луком, пояс с ножнами и рюкзак. Закрепив обвязку, чистый перекинул бухту с верёвкой через правое плечо, затем, окинув взглядом скалу, он отмотал часть верёвки, а бухту закрепил узлом на обвязке. Взял небольшой камень в карман и полез вверх. Через несколько метров он вбил первый крюк и продел верёвку в спиральное ухо. Я подобрал свободный конец и встал на страховку.
Взбирался мастер Ригго довольно ловко и ни разу не сорвался. Выбравшись на полку, он помахал мне рукой. Длины верёвки хватило бы на две высоты, поэтому чистый снял обвязку и спустил её вниз, а середину верёвки закрепил где-то у себя. Я привязал к одному из концов его вещи и красноглазый вытянул их наверх. Всё. Мне следовало возвращаться обратно.
Через реку я перебрался довольно быстро. Переправу снимать не стал, и вернувшись к тропе, которой мы вышли к реке, стал ждать. По моим ощущениям минуло больше часа, а значит группу оставалось ждать недолго.
Я задремал.
Близкий крик, или скорее даже вопль, разнёсся по лесу распугивая птиц. Голос однозначно принадлежал де Мори. Мне даже послышались бранные слова, а затем прозвучал выстрел. Я вскочил и бросился на звук со всех ног. Не могу сказать, что проникся симпатией к спутникам, больше переживал за Тэсс, и то чисто из деловых побуждений, но владеющие были вымотаны после схватки с человеком в жёлтом плаще, а от рейтара толку было мало в пешем бою, шевалье же мог быть уже мёртв. Оставался лишь Мальвик, но мечник без поддержки Гариуса был лёгкой добычей для стрелков. Поэтому я больше не видел смысла скрываться и решил помочь спутникам.
Я помнил поляну, которую мастер Ригго предусмотрительно обогнул – лучшего места для засады не придумать. Поэтому я, не сбавляя скорости, вылетел на опушку и с ходу сшиб плечом первого противника – к моему облегчению им оказался всего лишь могги, и он не был похож на тех безумцев, с которыми мы столкнулись у развилки, где погибли братья. Абориген явно не ожидал чего-то подобного и никак не успел отреагировать: я был на голову выше и соответственно тяжелее – от удара в спину могги отлетел в сторону и, выронив лук, замер. Второй стрелок попытался пустить стрелу, но то ли замешкался от неожиданности, то ли его отвлёк очередной хлопок пистолетного выстрела, но мне вполне хватило этого мига, чтобы оказаться рядом и ударом кулака в челюсть отправить могги на лопатки. Он выгнулся и затих в глубоком обмороке, а я завладел его топориком. Первый абориген пришёл в себя и уже поднимался на ноги, когда я хладнокровно опустил ему топор на темечко. Затем вернулся ко второму и добил того.
«Шутки кончились».
На поляне тем временем разразилась схватка: четверо низкорослых могги обступили Мальвика за спиной которого теснились владеющие. Сэр Тормик отбивался ещё от двоих нападавших. Пистолеты рейтара хоть и обладали шестью зарядными каморами, но досыпать затравку на полку и проворачивать барабан нужно было вручную, а могги ему этого сделать не давали, поэтому сэр Толмик сражался кавалерийским мечом.
Я оценил ситуацию: несколько могги лежали без движения, рядом с каждым валялся лук. Судя по ранам, двух застрелил рейтар, а третьего зарубил мечник. Мальвик сдерживал аборигенов половинными ударами клинка и у некоторых уже проступили пятна крови на рубахах. Выбор мой был очевиден – помочь рейтару, так как сэр Тормик начинал выдыхаться.
Подскочив к могги со спины, я хорошенько вложился в удар и загнал топорик ближайшему противнику под основание черепа – могги влажно хрюкнул и замертво повалился на землю, а древко маленького топора переломилось. Пришлось откинуть бесполезную деревяшку. Второй могги увернулся от выпада рейтара, но я был уже рядом и ткнул того стопой под колено – могги оступился, и сэр Тормик заколол его.
Мальвик успел вывести из строя одного из своих оппонентов и тот скулил, зажимая кровоточащую культю. Мечник держал длинную рукоять меча перед корпусом: правая рука была под гардой, левая – близко к навершию. Обманный укол. Смена стойки с вращением клинка. Выпад. И вот уже второго повело в сторону. Я решил не вмешиваться, потому как могги были обречены. К тому же всегда приятно смотреть за работой мастера. Я не сомневался, что Мальвик где-то припрятал перстень с изображением, как минимум, одной мантикоры. Он мог носить его на шее, подвесив на цепочку – так часто делали мастера южных школ. Определённо Мальвик получил перстень в Рёсинаре.
Раздался выстрел, затем второй и бой был завершён: оставшиеся на ногах могги пали, сражённые пулями. Я обернулся. Сэр Тормик был весь окутан пороховым дымом. Мечник без каких-либо эмоций на лице заколол раненных и направился в мою сторону. Я напрягся, почуяв неладное.
Мальвик приближался, держа меч в средней стойке: клинок был направлен кверху и вперёд так, что кончик смотрел на ямку в основании моей шеи, а навершие располагалось почти у самого паха мечника. Хороший приём. Противнику при такой позиции сложно определить реальную длину меча.
Мальвик ударил резко. Я поджёг поток и сместился влево – клинок разрезал воздух над правым ухом.
«Один».
Мечник не провалился вслед за мечом, он сменил стойку и перевёл укол в режущее движение, пытаясь достать шею. Я выставил ребро ладони и заблокировал лезвие.
«Два».
Но Мальвика это нисколько не смутило. Он снова сменил стойку, взял клинок в «полумеч» и нанёс несколько быстрых уколов целя в лицо. Кроме потока мне было нечего противопоставь полутораметровой заточенной железке.