MAYDAY

Так ничего и не ответив, военный скрылся за дверью.

Девушка подложила рюкзак под спину и, прижав брата к себе, откинулась назад. Кирилл утих, доверчиво уткнувшись в плечо. Вокруг громыхали взрывы, и солнечные лучи рябили от дыма и пыли, будто струны, по которым ударил оркестр. Но она этого не видела, перед глазами стояли родители.

Они больше никогдане окажутся рядом, мама никогдане обнимет, отец никогдане объяснит сложную лекцию. А мир никогдане станет прежним. И это «никогда»не могли заглушить ни усталость, ни высокая температура. Это «никогда»молотом громыхало в ушах, заглушая все прочие звуки. И когда под ногами вдруг затрясся пол, а с потолка посыпалась штукатурка, девушка лишь крепче прижала брата к себе.

Взрыв, еще один, еще … Сердце протяжно ныло. Кирилл обожал маму, а мама души не чаяла в нем. Они были неразлучная парочка, всегда и везде вместе. Вместе в магазин, школу, уроки, малышом он даже вставал рано-рано, только чтобы проводить ее на работу… Как теперь жить?

Пол заходил ходуном, кто-то, не выдержав, закричал. Паника полыхнула хуже пожара, перекинувшись на других. Люди жались к полу, плакали, молились… взрывы следовали один за другим. Казалось, еще немного и стены древнего храма сложатся, погребя всех под собой.

Кристина стиснула зубы. Даже если сейчас все закончится, едва ли это что-то изменит. В, возможно, последние минуты жизни, она не кричала, она вспоминала. Как в детстве отец усаживал ее на колени и часами рассказывал о человеческом организме, болезнях и удивительном мире вирусов. Он очень любил ее, хотя и редко проявлял свои чувства, но Кристина всегда это знала. Как знала и то, что когда-нибудь он умрет. Но и предположить не могла, что это случится так скоро. Боже, как же больно!

Глухие, тяжелые удары сотрясали все внутренности, отбивали чечетку на зубах, считали позвонки на спине… а потом вдруг стало так тихо, что не понять: живы они или все-таки умерли?