Август на Острове магов

– Ты что делаешь? Фу.

Август вяло отбивается от нового товарища. К утру щенок, который ещё вчера едва мог жевать хлеб, уже почти оклемался. Бегать не спешит, пока только неуклюже переваливается на лапах, спотыкается, заваливается то на один бок, то на другой. Если бы не пугающая худоба, он бы выглядел забавно.

Приходится отереть слюну забравшегося на плечо щенка и подниматься со стога.

– Гав!

Новый друг пока с трудом подаёт голос. И всё равно лает.

– Чего ты хочешь? У меня ничего нет, – разводит мальчик руками. – Я даже не знаю, покормят ли нас на завтрак.

Заканчивает он шёпотом. Не хочется становиться попрошайкой. Вчера был критический момент, а теперь нужно найти способ отплатить.

– Гав. Гав.

– Да что ты на меня лаешь?

– Гав.

Щенок отступает на пару шагов, поворачивается и смотрит.

– Гав.

Внезапно становится ясно, что он гораздо умнее, чем можно было подумать. Выражение на лице Августа изменяется.

– Хочешь, чтобы я пошёл за тобой?

У пса изменяется выражение.

– Гав!

Он трясёт лапками впереди. Останавливается через каждые несколько шагов и смотрит, идёт ли мальчик следом. И только убедившись в этом, торопится дальше, смешно заваливаясь то в одну сторону, то в другую.

На улице ещё только светает, но глаза видят ясно. Удивительная, особенная красота утра в магическом мире: ранняя прохлада в белых лучах ласковой зари.

Марк уже на ногах. Щенок выводит прямо к нему.

– Здрав…ствуйте.

– Проходи, садись. Не стесняйся.

Мужчина говорит, не оборачиваясь. На небольшом столике в углу уже стоит какая-то каша. Пахнет умопомрачительно вкусно. Стоит закрыть глаза, как голова начинает кружиться. Даже кажется, что ноги могут подвести и не устоять. Едва удаётся себя сдерживать. И если бы не голос кузнеца, то пришлось бы, наверное, плюхнуться прямо на землю.

– Давай, малец. У меня ещё работа, а нам с тобой нужно поговорить.

Этот запах… нет, это было вчера не от голода. Здесь явно не обошлось без магии, потому что никакая еда не может пахнуть так невероятно вкусно. Из-за него слова Марка будто пролетают мимо. Хорошо, что он пригласил к столу, терпеть больше нет сил.

Тело безвольно набрасывается на угощение. И щенок не остаётся голодным. Ему кузнец бросает кусок хлеба.

– Костей пока нет, так что пожуй. К вечеру что-нибудь придумаем.

– Гав! – с готовностью отвечает пёс и жадно вгрызается в лакомство.

– Умный. Странно, что выбросили…

Сразу видно, что мальчика трогать даже не стоит. Пока не доест, нет смысла. Приходится ждать, когда Август опустошит тарелку с кашей. И даже тогда он не сразу приходит в себя, вылизывает тарелку, а потом отодвигает её, покраснев. А ведь это ещё только самая простая каша. Даже без сахара.

– Ну что, готов слушать? Давай честно, малец. Ты хочешь остаться и искать след матери – дело твоё. Гостить можешь здесь. Платить будешь трудом, мелких поручений всегда найдётся. Ночью не замёрзнешь, не промокнешь. Голодным тоже не оставлю. Ну а когда найдёшь след… или если не найдёшь за три месяца, вернёшься в лес.

Август смотрит удивлённо.

– Зачем возвращаться, если мама?.. – Призрак матери звал сюда, говорил, что в этом мире ждёт счастье, но стоит ли говорить? – …привела меня сюда. Я должен узнать, что она хотела сказать.

Марк вздыхает. Хотя он догадывался, что легко договориться не получится. А сделать это нужно. Хорошо подумав над этим, становится ясно, что рано или поздно мальчику придётся вернуться обратно в лес. В мире людей кузнец не видит ему места.

– Эта магия, которая называется «след», не пропадает просто так. Она всегда приводит к цели. Всегда… кроме тех случаев, когда вести больше некуда.

Впервые за всё время что-то важное. Что-то про след и цель, и куда он приведёт. Наконец, что-то по-настоящему ценное. Это может быть ключом к разгадке.

– То есть, здесь было место, которого больше нет?

– Везде когда-то было место, которого больше нет. Я давно живу в этом доме, – объясняет кузнец. – Но ведь до него здесь было что-то другое… Возможно, здесь тогда ещё стоял лес. И тогда понятно, почему след матери привёл тебя именно сюда, а потом исчез.

Август задумывается. Всё это звучит странно. Причём тут лес? И всё-таки похоже на правду. Да и дядя Марк человек явно добрый.

– Дядя Марк… почему вы?..

Август вдруг задумывается на миг.

– Дядя, так дядя, – отзывается мужчина.

– …Почему вы всё время говорите про лес? Что я должен вернуться в лес… и если раньше здесь был лес, то почему мама привела меня сюда? Что мне делать в лесу?

Странно это слышать. Легко даже принять мальчика за дурака.

– Не знаю, что сын дриад будет делать в лесу, – удивляется кузнец. – В дерево превратишься, или что ещё. Лишь бы ты в городе не загнулся и лес не пришёл бы мстить.

Август слышал про дриад. Мама рассказывала о них в сказках. Теперь ясно, при чём тут лес. Только…

– Я не сын дриад, я человек.

Ждать ответа приходится долго. Оба молчат и смотрят друг на друга. Думают.

– Гав-гав!

– Ты не сын леса?! То есть ты… ты же…

Для Марка это становится большой неожиданностью. Он уже свыкся с мыслью, что мальчик – сын леса. Это бы всё объяснило. Даже одежду. Лес огромен и в нём иногда находят предметы из другого мира.

– А корень на шее? Просто украшение?

А ведь точно! Мох уже так притёрся, что не ощущается. Он стал привычным, как рука или нога.

– Я шёл за мамой. Она звала… там было что-то похожее на зеркало, но светилось. Потом я прыгнул, хотел её догнать. Потом не помню… я как будто ударился головой и заснул. И когда проснулся, то мох уже был.

Вдруг становится тяжело. Чувства давно не беспокоили, а сейчас ожили неожиданно. Рана на шее, она ведь тоже осталась с тех самых пор, и ещё не зажила.

Кузнеца беспокоит другое.

– Так ты рос, среди ортов? Это необычно.

Марк встаёт и проходится до ворот и обратно. Потом садится вновь.

– Ладно, слушай, малец. Мох просто так на ком попало не растёт. Да и призрачный след абы кто не сумеет оставить. Твоя мать могущественный маг… то есть, была могущественным магом. И она была дриадой. Это всё объясняет. Они очень сильные маги, но уже давно не покидают лес. Вот уже… почти две тысячи лет.

Август понимает, что уже должен привыкнуть ко всему этому. И всё-таки мысль о том, что мама была магом, слишком уж необычная.

– Но мама не могла быть… она же обычный человек. Почему она тогда не использовала магию?

– Ради тебя. Если она отправилась в твой мир, то ради тебя. А потом зачем-то оставила след, который привёл тебя в мой дом, малец.

Правильное или нет, но у Марка есть объяснение. И оно намного лучше, чем то ничто, что есть у Августа.

– Раньше здесь был лес. Когда-то очень давно. Это значит, что твоя мать древняя и могущественная дриада, если создала такое заклинание и привела тебя сюда. Лес ушёл из этих земель, но она жила в мире ортов и не могла этого знать.

На лице поселяется тяжёлое выражение. Всё сразу так не обдумаешь. Да и ум старательно ищет зацепки. Мужчина это замечает и решает не мучить Августа.

– Давай поговорим об этом вечером. Сейчас мне нужно работать. Для тебя тоже есть поручение…

Мальчик только и ждёт возможности помочь.

– Кое-что отнесёшь в город, кое-что принесёшь мне обратно. Только надо бы тебе переодеться. Сейчас поищу какую-нибудь одежду и объясню, как найти нужные лавки.

Поручений не так много. То ли кузнец нагружать не хочет, то ли пока не доверяет что-то серьёзное. Август сменяет одежду, Марк складывает в лукошко тряпичные свёртки.

– Всё запомнил? От врат налево. Ищи три лавки с серебряными вывесками. Сперва зайди к алхимику, у него на вывеске бутыль, потом к шляпнику, у него колпак. В последнюю очередь в ту, на входе у которой изображён батон. Запомнил?

Ничего сложного, любой справится. Гораздо труднее удержаться в штанах и рубахе, которые, кажется, размеров на десять больше, чем нужно. И хотя кузнец ругает за медлительность, по улыбке видно, что он не всерьёз.

– Чего ты копаешься? Поясом прихвати и всё… вот так. Держится?

Он не церемонится, встряхивает, схватив за рубаху, будто трамбует в мешке картошку.

Пояс дядя Марк затягивает туго, но только так штаны и держатся. Заправленная в штаны рубаха достаёт до колен, а кроме того ещё и снаружи свисает на бедро.

– По-другому никак, малец. Пока так походи, а там что-нибудь придумаем. – Мужчина продолжает улыбаться. – Подрастёшь ещё и будет как раз.

Август задумывается на мгновение. Не нужно объяснять, чем чревато ношение обычной людской одежды. Вчера было достаточно ругани, чтобы это понять.

Да и думать об этом не время, пора уже идти.

– Потом поговорим. Мне нужно работать. Когда зайдёшь к булочнице, то передай ей ещё вот это. – Марк отдаёт записку на маленьком клочке бумаги. – Как всё сделаешь, приходи обратно. На сегодня это все поручения, но не расслабляйся. Завтра работы будет больше.

Август собирается уже уйти, но у ворот замечает, что щенок увязался следом.

– Гав!

– Чего ты на меня смотришь?

Пёс остановился, когда поймал взгляд спасителя, и сел. Он смотрит и молчит. Поскуливает, будто ждёт ответа.

– Ты хочешь пойти со мной?

– Гав!

Аж трясётся от радости и нетерпения. Едва не падает, ещё не оправился. Нельзя его брать.

Август присаживается рядом на корточки. Одежда свисает на пыльную дорогу, но с непривычки этого не заметить.

– Ты должен остаться здесь. Так будет безопаснее.

Щенок скулит, но разжалобить у него не выходит.

– Когда поправишься, буду брать тебя с собой.

Пёс молчит, будто раздумывает, а хвост уже начал подрагивать.

– Гав-гав! – даёт четвероногий торжественное обещание выздороветь поскорее.

И Август понимает. Догадывается. Он отходит, чтобы проверить, и пёс спокойно провожает мальчика взглядом.

Спустя всего полсотни шагов становится легче. Вокруг такой удивительный пейзаж. С одной стороны лес, в другом направлении вершины гор, по равнине течёт река. Она журчит, извивается, убегает за холмы.

И деревянные домики. В деревне бывать не приходилось. Знать бабушек и дедушек тоже. Но когда смотришь на эти дома из толстых стволов, на эти крыши с кирпичными трубами, то ощущение такое, будто наступили каникулы и родители отправили сюда погостить.

Да просто впервые после аварии получается вздохнуть свободно, почувствовать аромат цветущих трав. Он здесь такой яркий. Солнце яркое, небо голубое, трава зеленющая! Незаметно это пробуждает такую бурю радости.

В городе уже приходится окунуться в толпу. Вчера было не так людно, а сейчас народу тьма. Едва протолкнёшься.

Ничего не поделать, остаётся вытягивать шею, чтобы рассмотреть вывески. Иначе за прохожими можно легко пропустить нужную. К счастью, идти не слишком далеко. Как только на глаза попадается серебряная вывеска с выгравированным на неё батоном, можно остановиться.

Две другие сразу следом, как и сказал дядя Марк. Вспомнив его слова, Август первым делом отправляется к алхимику.

Внутри людно, но мальчика быстро замечают.

– Эй, оборванец! Чего тебе здесь нужно? Покупай или проваливай!

Хотя бы владельца искать не приходится, сразу ясно, что это он.

– Дядя Марк… кузнец просил передать. Он сказал, что за оплатой зайдёт потом сам.

Трудно сказать, почему лавочник теряется. Даже не отвечает. Кивает и только смотрит удивлённо.

Август пулей выстреливает наружу. Некогда наслаждаться атмосферой торговой улицы. Тут красиво, и запах пьянит, и вкусы такие, что их прямо в воздухе чувствуешь. Легко забыть обо всём на свете. А между тем, нужно ещё понять, как искать след, который оставила мальчику его мама.

Над этим ещё придётся поломать голову. И кузнец, видимо, не поможет, но это всё потом. А пока в следующую лавку.

Дверь легко открывается. Внутри тихо и пустынно. Необычный, приятный запах. Кругом шляпы, шляпы, шляпы. На стойках, на тумбах, на полках. Некоторые такие необычные, что Август, засмотревшись, нечаянно толкает вешалку.

Удержать её непросто. Дерево тонкое, но тяжёлое, как бревно. Стойка пошатывается, Август сразу подпирает, но сам чуть не сгибается под её весом.

В этот момент он и замечает в стороне улыбчивого мужчину в тёмном одеянии с плащом до самого пола.

– Красть лучше по одной. Так сразу тащить неудобно.

– Нет, я не…

– Ха-ха! Не смей мне объяснением портить шутку. Такую грубость я не потерплю.

Мужчина выходит из-за шкафа. Он двигается манерно, неторопливо. В его движениях слегка заметно высокомерие, но не грубость. И он вежлив, в отличие от алхимика.

– В связи с этим возникает вопрос о том, что же ты здесь делаешь? Не сочти это за желание оскорбить, чего бы мне совсем не хотелось, но судя по виду, ты пришёл не за магическим колпаком… верно?

– А… да. Вот. – Ещё одна посылка кузнеца добирается до получателя. – Кузнец велел… передать…

Сейчас уже надо будет уходить, а когда ещё можно будет поглазеть на ассортимент магазина? Здесь особая атмосфера. Окна узкие, дневной свет почти не попадает. На потолке висит несколько огоньков, будто прилипшие толстые светлячки.

В лавке царит ласковый полумрак. Ни темно, ни светло, всё видно и глаза не напрягаются. Будто даже время здесь останавливается, чтобы отдохнуть.

– А я гляжу, у меня в гостях молодой ценитель?

Хозяин лавки глядит снисходительно, по-доброму. Не приходит на ум, что ему ответить.

– Искренний интерес к этим магическим артефактам мне только польстит.

На уме одно мычание.

– Ладно. Скажу иначе, я буду рад показать тебе шляпы, если интересно. Как подмастерью моего дорогого друга. Повторюсь, если тебе интересно.

Скованность, наконец, проходит.

– Можно?

– Ну ещё бы! Как устоять перед желанием осмотреть эти чудесные изделия?

Подмигнув, торговец взмахивает рукой. Он резко поворачивается, и плащ эффектно взлетает за его спиной. Быстрым шагом мужчина проходит мимо нескольких стоек и невысоких прилавков и останавливается возле большой фиолетовой шляпы.

Она стоит отдельно и уже только из-за этого выглядит дороже. Не хочется выглядеть глупо, но скрывать удивление невозможно.

– Ого…

– А! Так ты знаток! – шутит лавочник. – Тогда мой долг открыть тебе ценность этой великолепной шляпы! Итак…

Мужчина срывает колпак с места, перебрасывает через голову в другую руку, подкидывает. И тот парит легко, как пёрышко. Будто лавочник передал изделию не только время и труд, но и свои манеры.

– Сие творение – шедевр! Пойманный сильнейшими охотниками столетний вепрь сохранил часть силы в содранной с него шкуре. Проплыв через море торговых рук, она попала к мастеру, достойному придать форму столь сильной энергии…

Он кланяется, делает изящный фигурный жест рукой, давая понять, что мастер из рассказа – это именно он.

Торговец буквально превращает своё выступление в танец. Это странно, но зато видно, как важен этому человеку его труд. За этой странной пляской не просто движения, а рассказ. Всё то, о чём говорит лавочник, рисуется в уме живой картиной. И прямо на глазах могучий волшебный кабан превращается в изящную шляпу.

– …Но лишь спустя месяцы упорных трудов, эта сила избрала свою форму. Дух вепря пожелал стать украшением для прекрасной хранительницы магии.

Торговец заканчивает выступление и кланяется. Руки сами тянутся похлопать.

– Выше похвалы небес, – кланяется мужчина ещё раз. – В таком случае… не желаешь ли испробовать силу вепря, дорогой друг?

Август застывает.

– Вы же сказали, что она женская?

– Да, она женская, – заговаривает торговец в другой манере. – Но шляпу с такой силой найти трудно. Ещё труднее найти изделие с духом дикого вепря.

Он вздыхает печально, но тут же меняется в лице.

– Осмелишься ли ты? Не каждый вошедший удостаивается чести прикоснуться к силе древнего животного.

Да тут и упрашивать не нужно. Ведь это первый магический предмет, который Август видит. Что произойдёт, если его надеть? Это же невероятно интересно! И это нетерпение видно без слов.

– Становись сюда, держи вот так… стой, погоди минутку…

Лавочник отступает и прячется за шкаф. Он выглядывает с улыбкой и готовится к представлению. И всё равно, чем бы это ни было чревато, невозможно устоять перед желанием надеть шляпу.

– Давай, – разрешает лавочник.

Такое трепетное и неожиданное мгновение! И мальчишка рывком напяливает колпак.

Лавочник даже не успевает засмеяться. Август схватился за широкие поля фиолетового колпака, натянул его аж до самого носа, но потом замер.

Рычание – это самое жуткое, что можно было услышать в такой момент. Ждать его неоткуда. После чего шляпа вдруг заёрзала и начала с кабаньим рёвом жевать голову.

Кто бы не испугался? Ноги сами несут в сторону, когда колпак начинает есть голову. Да ещё и рыча. Шляпой вперёд приходится врезаться в какой-то шкаф. Раздаётся грохот.

Стихает. Август сидит на полу, шляпа сдавливает голову. Миг спустя они вспоминают, что происходит, и опять рычание, жевание, крик, но на этот раз Август её сбрасывает.

Торговец заливается смехом. Колпак глохнет. Только мальчику не весело сидеть с перепуганным лицом.

Рука правит воротник, чтобы не было видно мох на шее. Шляпа не опасна, пока не пытаешься её надеть, так что приходится её поднять. Как бы там ни было, а за бардак всё равно неудобно.

Со смущением и недовольством мальчик подходит ближе.

– Извините, я уронил…

Розыгрыш обидный, а всё равно неловко.

– Погоди… ха-ха… постой… не обманывает ли меня слух? Нашёлся в мире тот, кто извиняется за то, что его разыграли?

– За то, что свалил шкаф.

Лавочник выпрямляется и глядит иначе.

– Не стоит усилий, друг мой.

Он достаёт из специального кармашка тонкую ровную палочку, взмахивает, и предметы бегут по местам самостоятельно.

Сам поднимается выставочный шкафчик, колпаки без помощи забираются внутрь. Да ещё и занимают позы, чтобы хорошо смотреться на прилавке.

Такое зрелище не оставляет равнодушным.

– Это… волшебная палочка?!

– Да-да… всего лишь жалкий волшебник, который ни на что не способен без этой деревяшки. Зато лучший во всём городе шляпник!

Жалкий волшебник? Как может волшебник быть жалким? Это странно звучит, но не мешает восхищаться.

– Ух ты!

Торговец даже застывает на миг. Посмеивается сдержано.

– Весьма необычного гостя отправил мне старый товарищ. Такое изумление… я жажду совершить ему подношение! Хочешь попробовать найти себе убор?

Август вздыхает и нахмуривается. Первая шляпа попыталась разжевать голову, хотя больше напугала. Так что предложение похоже на розыгрыш, но… так хочется получить себе волшебный колпак!

– А другие тоже будут?..

– О, небо, годы его не тесали… Ты совсем ничего не знаешь о магических предметах?

Мальчик качает головой, а сам глядит с надеждой.

– Этот колпак хранит большую силу, обладать им может лишь достойный. Другие тоже будут сопротивляться, если сочтут тебя неподходящим хозяином. Магический аксессуар выбирает носителя, и никогда иначе.

Слишком мало известно о колпаках. Да и вообще о предметах. Ответить просто нечего.

– Ладно. Знаешь, что? Можешь померить любой колпак, который найдёшь. Если какой-то тебе подойдёт, то я, так и быть, подарю. Считай, это в честь нашего знакомства.

Торговец кланяется и уже идёт в сторону, когда решает добавить:

– Хоть всё здесь перемеряй. Разве что чёрный колпак на той коряге можешь даже не трогать, это бесполезно. Он никого не признаёт.

Странно, но ничего такого не видно. А хочется взглянуть на этого таинственного обитателя лавки. Наверное, этот чёрный колпак очень сильный.

Хозяин магазина подмечает этот интерес.

– Но если манящий голос рока невыносим… Только не жалуйся, если этот зверь откусит тебе ногу или руку. Винить будет некого. И крикни, когда будешь уходить.

Значит, магические предметы бывают опасными. А все остальные колпаки, видимо, можно спокойно мерить. Тем лучше. Найти бы хоть какой-нибудь было бы настоящим счастьем.

От выбора глаза разбегаются. Маленькие, средние, огромные, темные и светлые, цветные и даже с узорами – шляпы на любой вкус. Даже на отсутствие вкуса.

– А как узнать, что шляпа мне подходит?

– Точно не по виду, – раздаётся из-за шкафа. – Магический дух предмета и хозяина одинаково важны. Узнать, возникнет ли связь, можно только надев колпак.

Значит, магия должна быть и в предмете, и в хозяине. Иначе использовать их не получится. Вот почему фиолетовая шляпа напала и стала жевать голову.

– А что, если во мне совсем нет магии?

– Тогда, друг мой, ты сегодня останешься без подарка.

Это печально. Откуда у Августа магия? С другой стороны, его мать как-то смогла оставить след. Может, хоть капелька её силы есть и в нём?

Да и в любом случае, в магазине очень весело. Ещё бы! Ведь кругом самая настоящая магия.

Август долго выбирает что-нибудь, чтобы примерить. Страшно. Вдруг ни одна шляпа его не признает?

Спустя некоторое время, засмотревшись на большой колпак, мальчик осмеливается его надеть. Сначала тычет пальцем, чтобы убедиться, что на прикосновения уборы точно не реагируют. Затем берёт в руки и поднимает над головой.

Резко напялить колпак уже не хочется. Лучше медленно опустить его на макушку. И бросить, чтобы шляпа упала на голову сама.

Август зажмуривается и сжимает кулаки. И вдруг резкий вздох над головой.

– ААААААААААА!

Вырывается крик. Шляпа с броска отправляется на пол. Несколько быстрых вздохов и можно успокоиться.

– А, хороший выбор! – доносится из-за шкафа. – Сильный колпак.

Слегка неловко, но интерес лишь растёт. Беспокойство остаётся позади. Пусть придётся хоть все перемерять, но нужно найти такой колпак, который не попытается сбежать, обругать, укусить или сделать что-нибудь ещё. С другой стороны, чего тут бояться? Что ещё могут шляпы, кроме драки и крика?

Следующий колпак срывается с головы, начав с брызгами чихать. Другой норовит высморкаться за шиворот. К большому счастью, он может только имитировать звук. Третий, отрастив соломенные руки, щекочет, пока не снимешь, лишь тогда головной убор успокаивается.

Каждая шляпа здесь имеет характер. Вреда они не причиняют, и становится даже весело. Пока не попадается серый, мятый, как тряпка, морщинистый колпак с обвисшими полями.

– А ну сними меня, мелкий гадёныш! Родители вместо твоего воспитания занимались драками на кухне?! Или они тебя вышвырнули, как мусор, не успев преподать урок вежливости? А ну убери от меня свои грязные лапы!

Противный, гнусавый голос, не попадает ни одной догадкой по больному месту, но всё равно обидно. Эту шляпу Август тут же бросает на место.

– Очень большая редкость, между прочим. Но, как и все говорящие вещи, эта – всего лишь пародия на голос. Знает пару десятков оскорблений и больше ничего сказать не в состоянии.

Затем повода радоваться становится меньше.

Следующий колпак обдаёт вонючим дымком. И не сразу удаётся понять, что это запах опалённых волос.

Смешок за шкафом становится чуть громче. Видимо, сдерживать его с каждым мгновением всё тяжелее. Затем, уже из другого колпака, выливается ушат воды. Весь мокрый, Август хмурится, но примеряет новую вещь.

По телу пробегает дрожь. Лавочник, выглянув, смеется в голос. На миг посещает чувство, что это оно… что-то совершенно особенное, что-то волшебное, что-то такое… знакомое! И этим чем-то оказывается электричество.

Август получает лёгкий, но ощутимый удар током. Ещё и не просушив одежду. Он с грохотом падает назад, но сразу приходит в себя.