– Ритуал пробуждения королевской крови требует участия воды в качестве проводника магии, – объяснил Лорд.
– Королевской крови? – изумленно повторила Милли. – Но при чем здесь Алайни?
– Зови его не Алайни, а принц Алатан, – Лорд провозгласил с важностью герольда на рыцарском турнире или балу. – Перед тобой, дорогой стратегический партнер, не горный дикарь, а законный наследник престола. Единственный прямой потомок Алмина, короля вампиров.
– Он – наш повелитель, – добавил Ягуар, – и мы поклялись ему верно служить.
Ягуар и Лорд опустились на колени перед Алайни и невысоким столом, на котором лежала открытая Книга Древних Родов.
– Ты принц? – у Милли дрогнули руки.
Чашка и блюдце разбились вдребезги об каменный пол. Чай разлился маленькой темной лужицей. Персик с помятым боком укатился к ногам Ягуара.
– Они так говорят, – Алайни растерянно пожал плечами, наблюдая перед собой странную, но при том весьма живописную картину. – У меня даже нет документов, удостоверений личности. Нет записанной на бумаге родословной или нарисованного генетического дерева.
– Генеалогического древа, – поправил щепетильный до юридических тонкостей Лорд.
– Все у тебя будет, – Ягуар поднялся с колен, прихватив персик. Он пальцами обтер помятый фрукт, съел его, выплюнул косточку в ладонь и кинул к осколкам чайной пары. – Документы, родословная, банковский счет.
– Счет? – Алайни не мог поверить тому, что слышит.
– В лучшем столичном банке, – Ягуар зашел с другой стороны стола и повернул к себе книгу. – Всему свое время.
– С чего вы взяли, что я, а не кто-то другой, – его наследник? – взволнованный юноша коснулся страницы с портретом.
– Помнишь серебряный ореол вокруг капли твоей крови в волшебной чаше? – Лорд тоже встал с пола, но остался рядом с Алайни. – Знамение в виде короны отмечает истинного короля.
– В недолгом одиноком странствии я кое-что выяснил, кое с чем сопоставил и пришел к однозначному выводу, – Ягуар лукаво улыбнулся. – Ты – наш принц. Слушаю и повинуюсь, мой повелитель.
– Когда я был маленьким, отец любил рассказывать мне легенду об утраченном королевстве, – Алайни неотрывно смотрел на книгу, будто чувствуя от нее мистическое притяжение. – Он говорил, что я могу быть наследником горного престола.
– Интересный момент, – Лорд провел когтем над губой.
– Я не верил отцу, – печально произнес Алайни. – Думал, он просто шутит. Взрослые чаще рассказывают детям сказки, чем говорят правду.
– Значит, твой отец прекрасно помнил свою родословную и не запутался в ветвях генеалогического древа, – Лорд захлопнул книгу, чуть не прищемив Ягуару палец. – Идем готовиться к ритуалу. Милли, поможешь нам с ингредиентами.
– Дядюшка бы мне за разбитые чашку с блюдцем всыпал двадцать ударов розгами, – приговаривала девушка, сметая осколки веником в совок. – Сервиз ему подарила жена королевского придворного.
– Наш принц великодушен и милосерден, – усмехнулся Лорд.
– Мои поздравления, Алатан, – покончив с уборкой, Милли подбежала обниматься.
– Зови меня Алайни, как прежде. Не хватало еще, чтобы все вокруг обращались ко мне “ваше высочество”, – молодой вампир мягко отстранил прильнувшую к нему эльфийку и не дал поцеловать в щеку.
Он – повелитель? Ему кто-то готов служить, а тем более столь мудрые и опытные воины, как Ягуар и Лорд? Далеко не во всех сказках такое бывает!
Юноше показалась явно излишней, и даже в некотором роде издевательской, вся эта подчеркнутая театральность в обращении с ним наставников.
Что хотят от него Ягуар и Лорд? Зачем они сказали ему правду о благородном происхождении? Уж точно не по доброте душевной, к ним это вряд ли относится, и не по спонтанному велению сердца.
Они намерены использовать его в борьбе против короля Умалнина? Сделать наследного принца своим орудием возмездия?
– Шайя привезла набор ароматических палочек на волшебных травах, – Лорд направился в ванную комнату. – Выбери из них те, в которых есть перволистник волосатый и темноножка морщинистая, – поручил он Милли. – Их воскуривания пробуждают силу магии рода и укрепляют духовную связь с предками.
Девушка ушла выбирать палочки.
– Ритуалу придала бы силы кровь волшебного зверя или птицы, – отстраненно произнес Ягуар. – У нас ее нет, и добыть негде.
– Все у нас есть… Возможно, – загадочно улыбнулся Лорд. – И зверь, и птица в одном существе. Если только это не падаль и магия не выветрилась.
– О чем ты? – Ягуар не понял витиеватых намеков.
– Помнишь эльфийского писаря Лайшеллиэма? – Лорд упомянул одного из стратегических партнеров. – Много лет назад он в летнем путешествии нашел осиротевшего птенца грифона. Эльф привез его в семейную усадьбу и приручил. Пока мы с ним не виделись, грифон успел состариться. Лайшеллиэм узнал, что мы гостим в Птичьей Обители. Он приезжал сегодня рано утром. Привез кровь и печень грифона. Рассказал, что питомец страдал от старческого недуга и он решил прекратить его мучения. Мол, пользуясь случаем, зарезал, чтобы добро не пропало. Не знаю, правду ли сказал эльф или грифон издох, а он соврал, чтобы нам впарить падаль. У меня сбилась чуйка от королевских милостей.
– Ты пробовал?
– Оставили с Горцем… с принцем на ужин.
– Тащи.
Отправив Лорда за грифоньей кровью, Ягуар вошел в ванную комнату и по-хозяйски в ней осмотрелся. Зачем-то заглянул под шторку и под каждое полотенце на крючке. Что он там искал – подслушивающие магические штучки или тараканов?
Алайни подошел к наполненной почти до краев позолоченной ванне – до того красивой, что к ней не хотелось прикасаться и оставлять отпечатки пальцев, а тем более сущим преступлением было полоскаться в ней. Покойный дядя Милли тоже так считал и запрещал мыться в роскошной ванне. О временах его господства в этом доме напоминал затолканный в дальний угол старый деревянный чан, изнутри которого, словно пыточные приспособления, торчали неприкосновенные зацепки, так и метившие вонзиться в мягкое место.
Милли принесла волшебные ароматические палочки, расписную подставку для них и коробок спичек. Лорд пришел с кувшином грифоньей крови и мелко нарезанными кусочками печени в неглубокой миске.
С довольной улыбкой Ягуар втянул наполнившийся приятными ароматами воздух. Подойдя к Лорду, он макнул палец в кувшин и облизал, наслаждаясь вкусом.
– Не падаль. Магия чувствуется, – он причмокнул и обвел пальцем край горлышка кувшина, очерчивая ровный круг.
– Нам повезло, – Лорд поставил кувшин и миску на мраморный столик, подошел к ванне и заглянул в чистую воду, будто бы оживляющую золотые узоры на дне. – Эльф не обманул.
– Вряд ли Лайшеллиэм стал бы так рисковать, – Ягуар с неприкрытой угрозой посмотрел в глаза Милли.
Предупредил, что для недобросовестных партнеров шутки с ними плохи.
Эльфийка зажгла три палочки и разместила их на подставке.
– Принц, господа, вам нужна моя дальнейшая помощь? – она правильно поняла намек на то, что пора удалиться с вампирских глаз.
– Дальше мы сами справимся. Благодарю, Милли, – Лорд опередил Ягуара, чтобы ответить девушке вежливее, чем это сделал бы его брат.
Милли ушла, и Лорд закрыл дверь. Поводив правой рукой над стальной дверной ручкой, он произнес неизвестное Алайни заклинание.
– Раздевайся и садись, – Ягуар сунул палец в теплую воду, но, в отличие от крови, слизывать ее не стал.
Алайни повиновался. Лорд взял ароматические палочки и несколько раз обошел вокруг ванны, шепча заклинания. Ягуар тоже что-то произнес на языке людей Золотой империи.