Пол даже округлил опухшие глаза, деловито очищая апельсин и бросая корочки на стол.
– На, почисть мне, – подал он проходящей мимо местной служанке, – затем снова обратил взор на брата. – Ну конечно! Как я мог забыть? Просто хотел сразу перейти к, так сказать, неформальному общению… дружескому, – с явной неискренностью ответил Пол. – Мы ведь теперь семья.
Мирэя уловила его неумелый сарказм. Мужчина негромко рассмеялся грубым басом. К столу присоединились его сын и невестка. Светловолосая девушка души не чаяла в своем муже и была несказанно рада, что он обратил на нее внимание, за неимением других, на ком можно было жениться. Спереди у нее были завитые благодаря бигудям локоны, а сзади – сложена прическа из нескольких кос. Кэтрин нарядилась в платье с высокой талией, ей такой фасон подходил – у девушки была маленькая грудь и длинная бесформенная талия.
– Дорогуша, ну как там подруга? Наши чужестранные друзья, которые лезут не в свои дела, – спросил ее свекор на свойственной колкой ноте.
Кэтрин заночевала у соседей, там жила португальская семья, с дочерью главы дома вроде как сдружилась девушка. У Кэтрин была щербинка между передних зубов, где застряла частица зелени, нос крючковатый и слегка хлюпающий, словно насморк. Назвать красивой ее точно было нельзя. На ее фоне Роберт выглядел Аполлоном. Мирэя сразу поняла, что она в него влюблена, а он, сластолюбец, нет. Очевидно, брак был вынужденный для гулящего юноши.
– О, у них все в порядке, Жулия была очень добра, как и ее родители, – ответила на вид глупенькая Кэтрин, вслед сжала ладонь мужа и прошептала ему: – Спасибо, что подсказал поехать к ним развеяться.
Оказывается, Роберт сам сплавил надоедливую жену, чтобы развлечься. Мирэя подметила, как крепко она держит руку мужа, словно боится, что тот убежит. Он же общался с женой без воодушевления, довольно сухо, ему было явно скучно. Услышав, что соседи португальцы, Мирэя обрадовалась, а вот то, как о них отзывался Пол, ее возмутило. Этот мужчина хамил всем и про всех, кроме, конечно, любимой матушки. Собственно, теперь ясно, в кого пошел старший сын. Кэтрин поприветствовала гостью, Мирэя ответила ей радушием.
– После завтрака навестим могилу вашего отца, – тихо сказал Мирэе Джордж, пока не слышит Пол, отчитывающий в этот момент Луизу за остывший суп.
Это ее взбодрило.
– Вот за что не терплю этих туземцев, так это за то, что им ничего нельзя сказать просто так, ради приличия, как принято у нас. Скажи индийцу – чувствуй себя как дома, так он залезет в твою кровать или наденет твою рубашку. Дикари! – поделился Пол.
– Как замечательно, что здесь дикари только они, – вдруг вырвалась у Мирэи злая ирония. Она подняла глаза от тарелки и посмотрела на Пола.
– Не понял… Это ты о чем, красавица? – задал вопрос мужчина, указывая на нее пальцем.
– Прошу не называть мою невесту так! – вяло заступился Джордж.
Девушка на его месте надавала бы по опухшей роже наглеца. Пол шутливо поднял руки, якобы сдается. Но на самом деле он прекрасно знал характер Джорджа, вернее, отсутствие оного.
– Ну ладно, ладно. Тебе же надо выслужиться перед будущей женой, а то еще откажет… – выдал мужчина.
Мирэя в негодовании взглянула на жениха и вздохнула. Джордж показательно встал и, подняв гордо голову, заявил:
– Немедленно перестань. Я требую, – а после обратился к Мирэе: – Дорогая, ты закончила завтрак? Можем ехать?
– Можем, аппетит все равно пропал, – ответила она и последовала за Джорджем, показав тем самым благосклонность к нему.
Когда пара удалилась, Роберт с усмешкой сказал:
– Отец, ну ты в своем репертуаре. Она даже ложку не съела.
– А ложку и не надо, – вмешалась невпопад Кэтрин.
Супруг проигнорировал ее глупость. Пол вдруг вытянул указательный палец в сторону сына и с серьезным лицом заявил:
– Это первое непослушание, между прочим, от моего братишки. Вот увидишь, эта красавица – шлюха еще та. Я таких за версту чую! Братец просто наивен, купился на этот соблазняющий взгляд, она и на меня пыталась также смотреть, хотела обаять. Но я-то кремень!
Сын похихикал и вспомнил диковинный взор Мирэи. Ему тоже показалось, что она как-то странно на него глядела тогда в коридоре. Его даже это возбудило.
– Любименький, я надеюсь, эта пошлая дама на тебя не положила глаз? – встряла нелюбименькая жена.
Роберт пришел в себя и лукаво уверил, что ему совершенно все равно на всех женщин, кроме одной, схватившей его под руку и щипавшей кожу. Кэтрин тут же ослабила ладонь.
Глава 3
Джордж и Мирэя отправились на лошадях к могиле ее отца. С ними для безопасности поехало несколько солдат. На девушке был темный капор с большими полями, дабы спрятаться от солнца, – вспомнились слова будущей свекрови о коже. Признаться, Мирэя вынужденно пошла на поводу у дамы и в угоду ей надела нелюбимый убор. На девушке было темное платье с длинным рукавом, высокой горловиной и расширенной книзу юбкой – для удобства сидеть в седле.
По пути она вновь заметила те же деревья и верхушку индийского строения неподалеку. Одолел интерес. Джордж свернул на другую дорогу, и вскоре они прибыли на кладбище для военных. Он позаботился, чтобы на могиле полковника сделали мраморное надгробие и поставили крест. Это очень подкупило горюющую Мирэю. Увидев имя отца на надгробии, девушка всплакнула. Она его даже не помнила толком… Девушка подняла глаза на топтавшегося рядом вспотевшего Джорджа, который протирал лицо мятым несвежим платком, и понимала, что ей теперь некуда деваться. Вернуться в Англию она не могла – больше нет отца, который платил тетке за содержание дочери. Здесь также никого нет из близких ей, только Джордж.
– Я приняла кольцо, – произнесла Мирэя.
Из рук Джорджа выпал платок.
– Правда? – спросил он. – О, я так рад… очень рад! – оживился мужчина.
Мирэя встала и хотела повторить свои слова, как вдруг раздались выстрелы за деревьями. Послышалась знакомая речь.
– Это португальцы! Опять воюют на нашей территории! – поведал солдат, что бдел неподалеку.
– Значит, они с кем-то перестреливаются. Видать, снова чужие индийцы, – ответил взбудораженный Джордж. – Мирэя, скорее садись верхом и езжай с солдатом домой, а мы выясним, что там происходит, – дополнил он ей.
Девушка так и сделала. Дорога повела в лес, там вдруг пуля попала в солдата. Напуганная, она затормозила коня, слезла и подбежала помочь. Однако мужчина был мертв. Раздавались выстрелы где-то очень близко, а значит, винтовкой убили солдата такие же чужеземцы, а не местные. Лошадь Мирэи от шума вдруг убежала, ей пришлось самой передвигаться и прятаться среди деревьев. Девушка смотрела в сторону, откуда исходили выстрелы, и пыталась разглядеть людей на лошадях, как вдруг донесся шорох где-то левее. Она повернулась и увидела возле дерева местного мужчину. На нем не было верхней одежды, лишь темные шаровары, глаза обведены черным, за пределы ока поверх выходили белые линии, краска также была нанесена на тело в виде больших санскритских символов. Часть лица прикрывали растрепавшиеся из хвоста волосы. Он глубоко дышал и держался за рану у плеча, текла кровь. Мирэя поняла, что это с ними воюют португальцы, и данный индиец не из этих краев.
Тут девушка услышала, как к ней обратились солдаты на португальском, а следом – на английском, спрашивая, всё ли у нее в порядке и не видела ли она кого-то из туземцев с накрашенными глазами. Мирэя не моргая смотрела на мужчину и тоже глубоко дышала. Видя приближение целого взвода и безоружность раненого, она вдруг ответила на португальском:
– Здесь никого нет, они, вероятно, уже убежали.
Затем повернулась, но уже не застала мужчину, он будто исчез среди зелени, лишь капли крови остались на листьях возле дерева. Солдаты подъехали ближе с миром, никто не собирался стрелять в свою.
– А это кто? – держал на мушке Джорджа португалец.
– Это мой муж, пожалуйста, не стреляйте, – с перепугу выдала Мирэя.
Тогда солдаты отступили. И если бы не она и ее знание языка, то неизвестно, чем бы все кончилось. Джордж от страха и тревоги упал на колени и принялся расстегивать темный пиджак, в котором стало душно, его мокрые волосы на макушке взъерошились. Подъехал солдат капитана и сообщил, что второй мертв, видимо, в него попали случайно. Но Мирэя не была так уверена – португальцы смотрели, куда целились.
Узнав о случившемся, Пол рвал и метал.
– Эти недоноски совсем страх потеряли! Здесь наша территория! Мы тут правим! – кричал он, перевернув столик в гостиной. – Что теперь скажет наш сосед, сеньор Гумерсиндо, мать его!
– Да что он тебе? Он предприниматель, а не солдат, – вмешался Джордж.
– Но он на стороне своих и тоже относится к дележке земель, дурья твоя башка, братец! – возглашал озверевший Пол.
Джордж съел оскорбление, ибо брат был слишком заведен.
– Гумерсиндо не на стороне войны, – добавил негромко Джордж, побаиваясь гнева.
Мирэя же очень захотела познакомиться с соседями. Ежели такой, как Пол, их не взлюбил, значит, люди неплохие.
– Здесь теперь командую я! – бравировал дерзкий Пол.