Разыскивается суженый. Работников МЧС не предлагать!

Глава 1 Где всё ещё было хорошо

— А-а-а! Лягушка!!!

Ну, лягушка, и что такого? Вообще-то, не лягушка, а Царевна-лягушка, чернь безграмотная!

Рыцарь был хорош. Однозначно хорош! Начиная с того, что я не увидела ни лат, ни доспехов, ни рубахи, одни только полосатые кальсоны висели на бёдрах… А из-под них ноги волосатые торчали. Я успела хорошо рассмотреть! И единственное, что выдавало в мужчине рыцаря, — металлический шлем, правда, нелепой формы.

И вообще, я просто сидела у него на груди и проверяла, жив ли? Потому что до этого он даже не дышал.

А потом вдруг резко открыл глаза и спросил, где находится. Я и ответила, что в Лягуземье. Вежливо ответила, чего орать-то так сразу? Вытаращился на меня, как на восьмое чудо света, и давай обзываться! А это, между прочим, можно трактовать как оскорбление по видовой принадлежности.

Я слезла с волосатой груди и недовольно покачала головой.

— Имей уважение к наследнице этих земель, рыцарь. Встань и представься, кто ты и откуда.

— Вот это мне вкололи! — не слушая указаний, с восхищением прошептал мужик, продолжая с недоверием меня рассматривать. — Неужели современные обезболивающие настолько крепкие, что с них разносит до ярких галлюцинаций? Хм… Зелёненькая…

Я аж задохнулась от подобной наглости. А он даже и не подумал вставать. Вместо этого лежал и смотрел на меня. Разве что голову приподнял над травой.

Я раздражённо махнула лапой и вздохнула.

— Если уж ты здесь развалился, то не можешь хотя бы отодвинуться, мне нужно найти…

— Что найти?

Я фыркнула. Конечно, так ему сейчас и признаюсь, что пришла сюда в поисках суженого!

Опять бабусин шар сбой дал. Говорила я ей, не надо его купать в кислом молоке, а она: «Видимость улучшится, настройки точнее место покажут!» Где теперь это лучше?!

Теперь опять придётся ждать несколько лет перезарядки, прежде чем сможем им воспользоваться.

Хотя… Я-то уверена, что шар, если бы не поломка, показал бы на царевича Ивана, а вот родители до сих пор сомневаются… И бабуся ещё знай себе твердит, мол, быть такого не может!

Но я-то уверена в своём выборе! Не зря мы с Иваном уже несколько лет как по ночам гуляем, когда он со своим отцом с визитом вежливости к нам приезжает! И у озера рассвет встречали, и у зачарованных дубов желания загадывали! Даже до русалок добрались! И он мне в любви признавался! Вот так вот!

А Ивану, в отличие от некоторых, не нужно моё богатство — он и так богат. Царство моего ненаглядного находится на берегу морском, и они единственные поставщики рыбы, морепродуктов и жемчужин из Подморья на континент. А всем известно, что за жемчужины, которые лучше всего проводят магию, купцы платят огромные деньги!

Я много раз убеждала родителей, что Ваня просто не может иметь никаких корыстных целей и обряд с ним пройдёт как по маслу. А маменька с папенькой всё твердят: «Дождись подтверждения шара, пусть он точно твою судьбу покажет!»

И что теперь? Показал на поляну в старом лесу. Припёрлась я сюда. На своих лапках. Три дня, между прочим, прыгала! А здесь, кроме этого рыцаря гологрудого, больше и нет никого!

Я опять раздражённо вздохнула. Значит, и искать нечего. Кроме этого места, где лежал полуголый мужик, я уже всё осмотрела. Дважды.

— Ничего. То есть не твоё дело. И вообще… Эй, ты, как там тебя, вставай! Помрёшь ещё тут невзначай, красоту болотную вокруг своим видом испортишь. С какого царства будешь?

— С Федерации... Российской, — как-то подозрительно тихо проговорил мужчина. Сейчас он настороженно смотрел на меня, будто пытаясь осознать что-то. — Так ты мне не привиделась?

— Вот ещё! Кто-то, конечно, утверждает, что я им каждую ночь снюсь… Только вот веры таким высказыванием совсем нет.

— Так ты же… — он явно пытался подобрать нужное слово, — лягушка…

— Царевна-лягушка. А теперь забирай свой шлем и возвращайся в родное королевство. Федурацию свою. Иначе завтра сюда заявится целая дружина. Не любят у нас чужаков. Я даю тебе один-единственный шанс уйти.

— Лягушка мне угрожает, — поражённо прошептал мужик. А потом нервно хихикнул.

— Царевна-лягушка!!! — раздражённо топнула я лапой. Что за неуважение! — Я — Злата — единственная дочь Святослава! И не тебе, чернь земная, мою внешность обсуждать!

«А если бы видел ты меня ночью, то язык бы свой проглотил от восторга!» — подумала злобно. О моей красоте во всех ближайших царствах судачат, только вот мало кто удостоился лицезреть настоящую внешность принцессы-лягушки! В человеческом виде. Не так уж я глупа, чтобы показываться первому встречному. Потому что мою настоящую внешность знать до свадьбы не положено! А увидели бы — не только прошения на сватовство через секретаря батюшки подавали бы, а сами бы стояли под моими окнами круглосуточно.

А вот Ванечка — видел. Мы даже целовались с ним пару раз под ветками ивы плакучей. Он, хоть и человек, но красоту настоящую разглядеть в состоянии!

Я уже развернулась, чтобы уходить, как услышала за спиной:

— Эй, ты куда?

— Как куда? Я — домой.

— А я?

— А ты — не знаю. Иди… в федурацию свою… У меня через неделю встреча с женихом. Надо ещё успеть платья собрать!

Мужик огляделся, а потом легко вскочил, заслонив белый свет на добрые два метра и являя смущённому взору загорелую, хорошо развитую мускулатуру.

— Подожди… Э, царевна… Я с тобой!

Ну вот ещё!

Я только хмыкнула и широким прыжком метнулась в чащу, слыша краем уха, что мужик ломанулся следом.

Глава 2 Где ещё всё неплохо

Михаил

Странным было всё.

Не только говорящая лягушка.

Хотя, конечно, именно лягушка меня и добила. Если до этого, рассматривая ярко-оранжевое солнце, фиолетовую листву на некоторых деревьях и цветы с зубастыми бутонами, я ещё надеялся, что всё это лишь плод моего воспалённого сознания, накачанного препаратами, то лягушка, заявляющая, что она царевна…

Стоило признать, что, похоже, последний вызов я всё-таки не пережил …

Помню, как горела многоэтажка. С пятого по восьмой пожаром занялась. Когда всех вытащили, один из детей раскричался, что там осталась Мурка. Ну, я и полез за Муркой. Правда, когда запрыгнул в квартиру, то увидел, что бедное животное совсем от страха обезумело. Кошка сидела в центре уже порядком задымлённой комнаты и смотрела на меня огромными сверкающими глазами.

Не знаю, как так получилось, но когда я подошёл ближе, кошка выгнула чёрную спину, а потом мне показалось, что она глухим басом проговорила:

— Молодец, Миша! За то, что твоё сердце не очерствело, даётся тебе второй шанс!

А потом обвалился потолок.

И вот я тут. Гоняюсь за зелёной лягушкой, которая утверждает, что она — принцесса… Ой, то есть, простите, царевна… И пытаюсь решить, что делать дальше.

Как и все лягушки, эта особь тоже весьма вёрткая. Плюс, на её стороне густые заросли травы и папоротника под ногами, в которых она без всяких проблем пряталась. Но и я не лыком шит — в детстве в деревне игра «поймай лягушку» считалась одной из самых популярных, так что опыт имелся.

Несколько раз я ухватывал скользкую добычу в руки, но прежде чем успевал задать интересующие меня вопросы, она пребольно кусалась острыми как бритва зубами! Вы видели, чтобы лягушка умела выдвигать зубы из челюсти, совсем как саблезубый тигр? Вот и я не видел… До этого момента.

Естественно, когда тебе аккуратно прокусывают кожу на ладони и пальцах, ты как-то ненамеренно разжимаешь руку. Ну, а пойманная лягушка тут же устремляется на волю. И так по кругу.

После пятнадцатого раза я обессиленно рухнул в мокрую траву, сохранившую капли утренней росы, и уставился взглядом в голубое небо. Рядом рухнула лягушка. Светло-салатовым животом кверху. Она натужно дышала, вывалив наружу розовый длинный язык.

— Может, перемирие? — предложил я.

— В твоих мечтах, кальсонный, — огрызнулась она, мельком на меня взглянув. Но потом всё же поинтересовалась: — А ты чего хотел-то? Выкрасть вздумал царевну?!

— Да мне бы до города добраться какого… И узнать, как домой вернуться, чувствую, далеко придётся идти.

— А я тут причём?

— Ну, ты же царевна. Наверняка, сможешь меня свести с кем-нибудь… умным… Чтобы на вопросы мои ответил.

— А с чего бы вдруг я должна незнакомцу помогать? Я тебя даже не знаю!

— Миша! — тут же протянул ей руку.

Она повернула голову. Посмотрела на меня. На мою мозолистую ладонь. Снова на меня. Подозрительно прищурилась и поинтересовалась:

— Ты вообще, нормальный?!

— Очень надеюсь, — совершенно честно ответил я, — точно не уверен, но, похоже, я недавно умер.

— …

— В своём мире. И перенёсся сюда. Мне бы как-нибудь обратно вернуться.

Несколько минут она молчала, хмуро меня рассматривая, а потом предложила:

— Если ты не врёшь, то вряд ли сможешь вернуться. Пару раз мне попадались описания тех, кто переносился к нам из других миров, но они навсегда здесь и оставались.

— Мне очень нужно, — сцепил я зубы, — там меня ждут…

— Кто? Твоя девушка? Невеста? Жена?

— Мама…

Некоторое время мы провели в молчании.

Наконец, местная повелительница земноводных кивнула своим мыслям и предложила:

— Можно у Кота Учёного спросить. Его Дуб недалеко отсюда находится. Если кто и может ответить тебе точно, то только он. Но взамен…

— Что взамен?

— Взамен ты со мной придёшь к моим родителям, тут недалеко, всего три дня идти, и официально откажешься брать меня в жёны.

— Кого брать в жёны? — не понял я.

Лягушка раздражённо закатила огромные глаза куда-то под череп. Выглядело жутко.

— Меня!

— Тебя?! — я представил себе, как подхожу к почтенному лягушачьему семейству и показываю на ладони их собственную дочь. А потом громко отказываюсь брать её в жёны. — Кхм… А тебя ничего не смущает? — осторожно поинтересовался у неё.

— Что, например?

— Ну… — я постарался осторожней выразить свою мысль: — Ты же… лягушка… То есть Царевна-лягушка. А я — мужчина. Человек.

— Да… — протянула она, придирчиво меня рассматривая. — С этим могут возникнуть проблемы.

— Вот видишь! — обрадовался я. Желания куда-либо с ней идти, если на все вопросы может ответить неведомый кот, у меня совершенно не появилось.

Тем временем она продолжила:

— Родителям может не понравиться, что ты без титула. Да и моей репутации может быть нанесён урон… С другой стороны, если ты сразу откажешься, то мы постараемся не вынести новость в массы, так что моего позора никто не узнает! — я обалдел, а она хлопнула перепончатыми лапами друг о друга. — Решено! Идём к родителям! Потом я тебе дам карту, как добраться до Кошачьего Холма, — она махнула лапой в нужную сторону.

Я аж сел от подобной наглости.

— Это ещё почему?! Ты же сказала, что до твоего дома три дня ходу!

— Говорила.

— А до Кота Учёного недалеко отсюда.

— Недалеко, — снова невозмутимо кивнула она.

— Ещё скажи, что они в одной стороне находятся и мы мимо будем проходить!

— По сути да. Но я предпочитаю обходить Кошачий Холм стороной.

— Так почему мы не можем сразу по пути к тебе домой зайти туда?!

— Не пойду я к кошакам! — взбрыкнула она, подбрасывая вверх задние лапки. — Ты совсем глупый, что ли?! Хочешь, чтобы мы время теряли? Я тороплюсь!

— Знаю, знаю, платья к жениху собирать, — я непримиримо сложил руки на груди. — Но я категорически не согласен блуждать три лишних дня. Либо мы идём к Кошачьему Дубу...

— Холму.

— Да без разницы. Сначала разыщем Кошачий Холм, а оттуда сразу к твоим родителям. Либо я сам найду дорогу, тем более направление ты мне показала, — лягушка возмущённо открыла рот, а я усмехнулся. — Да, выйдет дольше, и, скорее всего, придётся спрашивать дорогу, но это лучше, чем твоё предложение; тем более, у меня совершенно нет уверенности, что ты меня не обманешь.

— А ты?! — она возмущённо пару раз подпрыгнула. — А ты не обманешь?!

— Не имею привычки, — отрезал я. — Ну так что, мы договорились?

Какое-то время мы прожигали друг друга гневными взглядами, но потом зелёная кивнула, и мы пожали руки. Ну, то есть руко-лапы.

— Только ты меня на руках понесёшь! — выдвинула новое требование лягуха. — Я сюда все три дня скакала, у меня лапы отваливаются! А тебе всё равно идти на своих двоих. Уж не развалишься, если меня на плечо посадишь или в руках понесëшь.

С этими словами она без колебаний прыгнула мне на раскрытую ладонь. Немного на ней потопталась, а потом села и недовольно поинтересовалась:

— Мы идём или как? Надо ещё тебе одежду где-нибудь отыскать. А то ходишь… Как чернь дворовая. А между прочим, царевну сейчас сопровождаешь — будь добр соответствовать!

— Слушаюсь и повинуюсь, Ваше Благородие, — хмыкнул я, поднимаясь на ноги. Чувствую, предстоит интересный поход.

Глава 3 Где становится похуже

Злата

После того, как мы с рыцарем заключили соглашение, идти стало легче. Я комфортно развалилась на раскрытой ладони и всей кожей вбирала лучики солнца, появляющиеся тут и там между ветками деревьев.

Наличие транспорта в таком важном деле просто незаменимо, потому что туда, куда указал шар, согласно преданиям, я должна обязательно допрыгать сама. Именно в лягушачьем теле. Ночью приходилось выбирать места для ночлега и спать на траве или в норах — так как это самая незаселённая часть страны. А если придётся идти обратно через кошаков, то там вообще ни одной деревни по пути.

Я покосилась на мерно вышагивающего мужика и оценивающе прищурилась. Нужно сочинить, что сказать родителям, чтобы они не вздумали отдать меня замуж за этого сумасшедшего, СЛУЧАЙНО оказавшегося на нужной мне поляне. Выдам его за суженого, а он официально от меня откажется. Потом, может, батюшка ему откупные даст, чтобы не болтал, а возможно, просто голову отрубит... Там уж как получится. И тогда я, наконец-то, смогу продавить семью на свою помолвку с Иваном. Главное, пережить Кошачий Холм… Кстати, об этом.

— Знаешь! Как там тебя… Миша... Я тут вспомнила, как кошаки говорили, что в этом месяце собирались временно покинуть Холм — навестить родственников в Котляндии. Может, не стоит туда понапрасну идти?

— Вот и проверим, — невозмутимо ответил он, продолжая размеренно шагать. Крепкие мускулы перекатывались по плечам в такт каждому движению, и я против воли, засмотрелась. Нет…Сомневаюсь, что благородный! Это же руки крестьянина! Грубые, накаченные, словно тяжести таскает каждый день! Вот у Ванечки…

Мозг воспроизвёл нескладную аристократично-худую фигуру жениха с сутулыми плечами. Потом, опять покосившись на голые мужские руки, я тяжело вздохнула. Да, нелегко быть царевичем! Ванюше приходится внимательно следить за тем, чтобы его кожа сохраняла нежность, а черты лица — мягкость. Ни в коем случае чернь не должна видеть, что правитель на них похож, иначе как его бояться тогда?

Пришлось приказать разбушевавшемуся воображению заткнуться и перестать пялиться на рыцаря. Бесстыдство! Надо одеть его, что ли… А то бедным лягушкам нервную систему расшатывает, а платочки с успокаивающими ароматами, между прочим, дома, в тереме остались…

— Всё, привал! — мужик резко затормозил и бесцеремонно сгрузил меня на ближайший камень, садясь прямо на траву и вытягивая волосатые ноги. Он упёрся локтями в землю и откинул голову назад, подставляя лицо с небольшой щетиной под ласковые лучи солнышка. Хм... Юродивый, наверное, раз борода нормальной длины не растёт… У всех крестьян до пояса обычно.

Я притопнула ногой, обращая на себя внимание.

— Эй, рыцарь! Некогда нам рассиживаться! Вставай, и пошли, я хочу побыстрее домой вернуться.

— Я вторые сутки не ел, — спокойно ответил он, поднимаясь на ноги и направляясь к ближайшему сухостою. Мужик принялся обламывать небольшие сухие ветки. — Вот поедим и пойдём дальше.

— Я уже поела, если ты не заметил! — недовольно бросила, злясь на задержку. В лягушачьем облике был огромный плюс: я могла спокойно наловить пролетающих мимо насекомых и оставаться сытой всё время. Даже ночью, возвращая облик, есть уже не хотелось. Летающие мошки, конечно, не так вкусны, как нормальная еда, которую я так любила дома, но зато питательны и их не нужно искать.

— Замечательно, Ваше царское Высочество. Очень рад, что вы не голодны. Но как ваша персональная лошадь я ответственно заявляю — транспорт тоже иногда следует кормить, — мне сейчас показалось, или он хамит?! — Я остановился здесь, потому что приметил ручей, — мужчина показал рукой в сторону зарослей, где слышалось журчание воды, — а также потому, что в этом лесу полно грибов, которые мы с Вашим Высочеством сейчас и пожарим. Если, конечно, вы соблаговолите просветить меня, какие из них не ядовитые.

— Все ядовитые! — я сложила лапки на груди и с вызовом на него уставилась. — Вот прям все, что видишь, все и ядовитые.

— Неужели? — меня смерили ироничным взглядом. — Значит, начнём экспериментировать. Жаль только, если твой временный жених так и не дойдёт до родителей.

— Зато быстро от него избавлюсь — тоже неплохо.

— И не заставят искать другого?

Я поджала губы. Ещё как заставят. Если не смогу им представить хоть кого-то, то обязательно потребуют опять несколько лет ждать подтверждения шара. Не хладный же труп им тащить!

— Вон те, с коричневой шляпкой, — бросила раздражённо и отвернулась, усевшись на камень. Пусть хоть обожрётся сырых грибов — глазом не моргну! Огнива всё равно у него с собой нет. Не в кальсоны же он его, в самом деле, засунул!

Послышался какой-то шорох, недовольное бормотание мужика, а через несколько минут уже довольное бормотание мужика. И, наконец, характерный треск огня.

Я поражённо развернулась и уставилась на небольшой полыхающий костерок.

— Уроки ОБЖ не прошли даром, — довольно улыбнулся рыцарь, отбрасывая в сторону древесный прут, — сила трения, законы физики и никакой магии!

— И что ты, кроме грибов, жарить собрался? — подозрительно спросила у него.

— Не переживай, — усмехнулся он, — на тебя не покушаюсь. Я вообще, кстати сказать, не поклонник французской кухни. Последи, пожалуйста, за костром, я сейчас.

Пока я соображала над его словами, он легко вскочил на ноги и довольно быстро скрылся в зарослях, где тёк ручей.

Я рассматривала пламя огня, раздумывая о том, что этот мужик — не такое уж ненужное приобретение — вон, ночью хоть спать в тепле сможем…

Внезапно окружающее пространство разрезал высокий женский визг.

— А-а-а!!! Помогите!!! — вторил ему на всю округу истошный мужской вопль.

Я метнулась в сторону криков и уже совсем скоро узрела Михаила, сидящего по пояс в воде, который держался за сердце и таращил глаза на середину ручья. Там, прямо перед ним, на камне, омываемом прохладными водами, возлежала Золотая Рыбка собственной персоной.

— Злата! — всплеснула она плавниками при виде меня. — Ты представляешь, это нелепое чудовище поймало меня за хвост! А потом попыталось проткнуть палкой! — она картинно приставила прозрачный плавник к правому глазу, стирая несуществующую слезинку.

Я ошарашенно воззрилась на этого монстра.

— Ты что, балда, собирался Рыбку… Есть?!

Михаил посмотрел на меня, потом на Рыбку, затем опять на меня.

— Ох, чуть сердце не выпрыгнуло… Господи, помоги мне! — прошептал он еле слышно и сделал замысловатый жест рукой, будто рисуя крест перед лицом. — Откуда я мог знать, что она говорящая?! И что её есть нельзя?!

— В смысле, откуда? — возмутилась Рыбка. — Я же… Золотая! Совсем, что ли, с дуба рухнул?! Злата, где ты эту деревенщину откопала? Он же спутал меня с безмозглой рыбёхой!

Я только головой покачала. Да… Не повезло мне с сопровождением. Такого дурачка ещё поискать надо…

— А что ты здесь делаешь? — перевела тему.

— Да я слышала, что ты сюда пошла суженого искать! — тут же переключилась Рыбка, ловко соскальзывая с камня и подплывая ближе ко мне. — Ну как, нашла?!

Я натянуто улыбнулась. Золотая Рыбка имела весьма специфическую славу первой сплетницы Лягуземья. Вот и сейчас плоские, на выкате глаза Рыбки возбуждённо сверкали, предвкушая, как она сможет разнести обо мне слушок всем своим многочисленным знакомым. В первую очередь русалкам, которые заведовали государственной типографией.

— Не совсем. Я не дошла до нужного места. Встретила по дороге Михаила и вызвалась проводить его к Кошачьим Холмам… Ты же знаешь, благотворительность… Надо поддерживать имидж, — она покивала, а я продолжила: — А бабусин шар показал не точную поляну, а только часть этого леса. Здесь, как раз следующей весной, должен проезжать царевич Иван.

— Ага… — Рыбка плотоядно прищурилась, уже явно раздумывая, под каким соусом решит подавать эту новость, а потом кивнула: — Ну да, я так, в принципе, и думала. Ладно, милая, пора мне… Ещё увидимся, когда в столицу вернёшься. Решите проводить бал — зови.

— Разумеется, — кивнула я со всем возможным радушием.

Рыбка, даже не посмотрев в сторону мужчины, махнула мне на прощание хвостом и исчезла в водах ручья.

Не сомневаюсь, уже завтра заголовки всех газет поженят нас с Ванечкой. Тогда родителям просто придётся дать согласие!

— Ну дела… — прошептал в это время рыцарь, растерянно потирая затылок мокрой ладонью. — Вот это я рыбку поймал… Слушай, царевна, а тут все рыбы такие… говорящие?

— Нет, конечно! Это ты просто такой невезучий. Это же надо было графиню Золотцускую из самого Подморья, которая в Лягуземье с мужем-послом живёт, за хвост схватить! Кому расскажешь, не поверят! — я представила эту картину и весело фыркнула. — Можешь попробовать ещё поймать кого-нибудь, раз уж у тебя это так неплохо выходит.

— Да я… пожалуй, просто грибочков поем… — он опасливо покосился на воды ручья, в котором до сих пор сидел, и передёрнул плечами. — Грибы же не говорят?

— Вот чего нет, того нет.

Тут мы оба подпрыгнули.

— Ой!

— Ой!

— Костёр! — первым крикнул Михаил и побежал спасать наш огонь.

Глава 4 Где появляется большая проблема

Михаил

Грибы оказались на удивление вкусными и сочными. Лягушка внимательно следила за тем, как я насаживаю их на тонкие ветки, а потом равномерно переворачиваю на манер шашлыка. Соли, жаль, не нашлось, но с голодухи и этот обед мне показался пищей богов! В сочетании с водой из ручья, грибы заполнили мой желудок и осели там, я надеюсь, на долгое время. По дороге надо ещё ягод лесных набрать — тоже еда.

Царевна, покривив зелёный нос, тоже закинула в пасть пару грибных шляпок. Никогда бы не подумал, что сказочное земноводное может питаться не только насекомыми, что, надо сказать, то ещё зрелище!

После еды я принялся рыть палкой небольшую ямку, чтобы закопать туда остатки от костра.

— Что ты делаешь? — явно злясь на задержку, поинтересовалась лягушка.

— Настоящий турист оставляет после себя местность чище, чем была! — пафосно изрёк я, сгребая в яму остывшие угли.

— Кто такой турист?

— Человек, который путешествует на природе, — чуть задумавшись, ответил я максимально кратко.

— Чего по ней путешествовать? — фыркнула она. — Крестьяне изо дня в день в лес ходят. Так что же теперь, каждый костёр за собой убирать? И каждый огрызок от яблока закапывать?

— А крестьяне у вас тоже лягушки? — осторожно поинтересовался я.

— А ты что-то против имеешь?! — тут же набычилась царевна, — Наш лягушачий облик — это гордость страны! Вдобавок, мы совершенно не болеем, а также легко переносим период затяжных дождей, который длится большую часть года.

— Ага… — глубокомысленно выдал я, представляя лягуху-крестьянина с лопатой в руке. Получилось так себе. — Ладно, пойдём, Высочество. Далеко нам ещё?

— К вечеру доберёмся до Холмов. А оттуда ещё полдня пути до Дуба Кота Учёного. Он у кошаков главный. Их владения находятся на территории нашей страны, так как многие не живут в Котляндии летом — холодно. Не передумал ещё? Есть большой шанс, что они тебя не примут, коты — жуткие зазнайки.

— Ну, на то со мной идёт сама наследница Лягуземья, — усмехнулся я, поднимаясь на ноги и протягивая ей раскрытую ладонь.

Правда, в этот раз она меня удивила: сначала вскочила на руку, а потом перепрыгнула выше и по плечу добралась до головы. Я подавил приступ брезгливости и усилием воли заставил себя не дёргаться, пока лягушка приминала себе удобное местечко в моих волосах.

— В общем, ты иди сейчас на восток, — она указала направление перепончатым пальцем, — а я пока посплю. Как дойдёшь до Широкой реки — разбуди.

— Угу…

В дороге пришлось не очень легко — лиственный лес всё больше сменялся хвойным, а в голые ступни то и дело впивались острые шишки и иголки. Я уже начал задумываться о том, чтобы сплести себе некое подобие лаптей, как за очередным пригорком настороженно замер.