– Поздравляю!
– Спасибо. Слушай, мне пора, – придвинул Тим сумку с ноутбуком. – А вот назначение хотелось бы отметить. Сходишь со мной завтра в ресторан?
– Завтра? – Я вспомнила, что у меня другие, куда менее приятные, планы. – С радостью бы, но…
Тим ущипнул меня за локоть, как в школе.
– Отказ не принимается. Завтра в семь за тобой заеду. Готовься, Верховина.
Можно было отговориться, убедить его, что смертельно занята, но вдруг решила – с чего я взяла, что Эд всесилен? Да, один раз он повернул время вспять. Утверждает, что бессмертен. Но могут же у меня быть свои дела, чтоб он провалился! Решено. Иду в ресторан. Хочет – пусть ищет меня весь вечер. И телефон не возьму.
Глупое решение, но в тот момент оно казалось совершенно правильным. Сомневаться я начала только на следующий день, когда до прихода Тима оставалось часа два.
В ресторане не была давным-давно, поэтому к выходу готовилась основательно. Достала любимое коралловое платье, заколола волосы, подкрасила глаза и губы. На каблуках после привычных устойчивых ботинок было не совсем удобно, но плевала я на удобства! Вот только в груди ворочался противный червячок, напоминавший, что я связалась с опасной силой. И она не относится к числу особо терпеливых.
Раздавшийся звонок в дверь прервал мои метания. Улыбающийся Тим с букетом роз – что может быть приятнее? Забрала цветы, поставила в вазу и вместе с Тимкой спустилась во двор. У подъезда ждал черный «ауди». Надо же, Тимоша успел заработать на свою машину… Хотя недаром до начальника дослужился? Нырнула на переднее сиденье – в салоне пахло освежителем воздуха. Кажется, можжевельник.
Автомобиль понесся по улочкам в центр города. Хотелось расслабиться, но тугой комок в горле становился все ощутимее. В четверть восьмого мы вошли в ресторан «Олимп». Нас ждал уютный столик в углу. Приветливая официантка принесла меню. Тим рассказывал о поездке в Питер на какой-то там слет компьютерных гениев. А я дрожала от страха.
Бокал красного вина помог расслабиться. Эд ничего нам не сделает. Руки коротки. А Тим устроил прекрасный вечер. Не стоит его портить. Когда еще выпадет случай просто отдохнуть? Безумно хотелось рассказать Тиму правду, но понимала – нельзя. Не поверит, посчитает сумасшедшей – в лучшем случае. В худшем – вмешается, и я не смогу его защитить.
Постаралась забыть о ходе времени, но то и дело поглядывала на настенные часы. Без пяти восемь. Подали мясное блюдо с труднопроизносимым названием – я и не пыталась его запомнить, Тим насоветовал. Вкусно. Без двух минут… Наконец-то восемь… Точка невозврата пройдена. Сразу стало легче, захотелось смеяться. Тим, кажется, заметил перемену в моем настроении, но спрашивать ни о чем не стал. И это радовало. Не хотелось портить момент.
– Знаешь, Аля, здорово, что ты мне тогда позвонила, – признался он. – Сам давно не ужинал в дружеской компании. А на работе – одни акулы. В универе на заочку перевелся, с одногруппниками почти не общаюсь. Как-то душит все это. И тут ты со своей медсестрой. Я сначала ушам не поверил. Ты – и с просьбой. Потом испугался. А теперь правда…
Речь Тима оборвалась на полуслове. Он замер с раскрытым ртом. И не только он. Официанты, посетители, даже вино, льющееся в бокал соседа по столику, – все замерло. Я медленно обернулась, холодея от ужаса. Эд шел от двери, похожий на черно-белую картинку: бледная кожа, темные, почти черные, волосы, серебристо-серые глаза, тонкие бескровные губы, черная удлиненная распахнутая куртка, черная рубашка, брюки, ботинки. Я даже не слышала звука шагов, словно он двигался по воздуху. Слишком быстро. Что делать?
Эд замер передо мной, презрительно взглянул на Тима и холодно сказал:
– Опаздываешь.
– Я не твоя игрушка. У меня есть своя жизнь, – произнесла я заготовленную фразу. Единственное, что пришло на ум.
– Да? – Кажется, он удивился. – Помнится, ты заключила со мной сделку. Жизнь на жизнь. Или отменить?
Я подумала об Артеме. Если сейчас разорву сделку – стану убийцей. Он умрет по моей вине. Нет, нельзя.
– Чего ты хочешь? – спросила, ожидая чего угодно.
На стол опустилась папка.
– Задание. К утру нужен ответ. Так что заканчивай ужин и отправляйся работать. Ян будет ждать тебя, отвезет куда надо.
Я выдохнула. Всего-то. Очередное задание. Ожидала как минимум бури.
– И еще, – продолжил Эд. – В следующий раз, когда решишь отвлечь меня от дел и заставить гоняться за тобой по городу, помни, что у этого желторотого парнишки, – он холодно взглянул на Тиму, и мне стало жутко, – тоже есть несколько вариантов судьбы. И я могу сделать так, чтобы он оказался в ненужное время в ненужном месте. Приезжать лично не стоит, можешь позвонить. О следующей встрече сообщу. Надеюсь, не захочется проверять мое терпение еще раз.
Он развернулся и пошел к выходу. Стоило двери закрыться, как меня оглушили звуки голосов, смех, музыка.
– Аля? Что не так? – заволновался Тим.
– Все так! – Я схватила папку, надеясь, что приятель не станет задавать вопросов. – Прости, Тимош. Что-то плохо стало. Пойду, ладно? Спасибо за вечер, все замечательно. Звони, если что!
Не дожидаясь ответа, я помчалась к выходу.
Ян уже ждал, как и обещал Эд. Не поздоровавшись, забралась на сиденье, открыла папку. Студенческое общежитие. Плевать. На все и всех. Потому что перед глазами стояло лицо Эда с жутким потусторонним выражением.
Пролистала страницы досье. Двадцатилетний парнишка. Хотел успешной карьеры. Выбор между нею и семьей. Банально и трагично. Повторяла себе: «Все равно. Все равно». Необходимо что-то сделать. Если не сейчас, то когда? Но страх сковывал руки, ноги. Как же надоело! Я даже темноты в детстве не боялась. Тогда почему теперь не могу справиться? Не рохля ведь. Да, Эд – не человек. Но должен же найтись способ разорвать сделку!
Я вылетела из авто и понеслась к пропускной. К моему удивлению, там было пусто. Дежурный словно испарился. Уверена, дело рук Эда. Каким-то образом он мог задержать ненужных свидетелей. Комната номер сто двенадцать.
Ступеньки замелькали под ногами. Если верить досье, Кононов Иван проживал с соседом. Только почему-то я была уверена, что никакого соседа в комнате не окажется. Поэтому громко постучала и замерла. Абсолютно пустой коридор. Запах побелки и пригоревшей пищи. В общежитиях – вечный гомон и веселье. Только не здесь. Словно время замерло. Проклятый Эд!
Дверь не открывали. Пришлось дернуть ручку на себя. К моему удивлению, та поддалась, и я с криком ринулась в комнату. Мой «клиент» стоял на подоконнике и явно раздумывал над тем, а не прыгнуть ли с пятого этажа. Завидев меня, парнишка покачнулся, как в дешевых фильмах, чуть не полетел вниз, уже вопреки своей воле, но удержался за створку окна.
– Ты кто такая?! – гаркнул он.
Я затормозила, хватая его за футболку и очень надеясь, что не придется учиться летать вместе с ним.
– Кононов Иван? – спросила, чтобы сгладить момент.
– Да, – растерянно произнес тот.
– Я от Эда… Тьфу ты. В общем, по делу. Слезай с подоконника, поговорим.
– Слезу, если ты меня отпустишь.
Парень по-прежнему держался за створку, а я – за него.
– Прыгать не будешь? – решила уточнить я.
– Теперь нет, – вздохнул он, и я все-таки отпустила футболку.
Иван действительно спустился на пол и уставился на меня.
– Ты по поводу сделки, я так понимаю? – спросил он.
Я кивнула.
– Хорошо. – Он прошелся по комнате. – Передай хозяину, что я передумал. Мне не нужна карьера. Да, у меня паршивая семья, но я не такой, как они. И не предам своих близких. Что теперь с нами будет?
– Откуда мне знать? – пожала плечами. – Эд не посвящает меня в свои планы. Хочешь, позвоню ему прямо сейчас? Если пообещаешь не думать о прыжках с высоты. Могу тебя разочаровать – Эду и мертвые служат. Он никого так просто не отпускает.
Парень вытер вспотевший лоб. Он выглядел растерянным, подавленным, но больше не походил на смертника.
– Хорошо, звони. Передай, что мне все равно, что будет со мной, но семью пусть не трогает.
Я набрала знакомый номер. Трубку взяли сразу.