Апсалар обернулась и увидела шестерых приближающихся кочевников.
– Тогда действуй, Скрипач, – велела она.
Сапер чуть было не отдал честь. Но затем спохватился и сдавленно прошипел проклятие.
– Не хватало еще, чтобы новобранка отдавала мне приказы!
Однако девушка нисколько не смутилась.
– Думаю, Скрипач, я отдавала приказы… когда ты еще за подол матери держался. Да-да, знаю: не я, а тот бог, который в меня вселился. Это его слова сейчас звенят, как сталь, бьющая в камень. Делай, как я говорю.
Ответить сапер не успел: подошли араки.
– Ты благословен, грал! – сказал один из них. – Еще один гральский клан приближается, чтобы присоединиться к Апокалипсису! Будем надеяться, что, подобно тебе, твои соплеменники привезли пиво!
Скрипач совершил ритуальный жест, обозначающий родство, а затем сурово покачал головой.
– Не стану с ними встречаться, – заявил он с замиранием сердца. – Я – изгой. К тому же эти молодожены желают войти в город и узреть казни… дабы на их союз снизошло еще большее благословение. Я сопровождаю новобрачных, так что должен подчиняться их воле.
Апасалар шагнула вперед и поклонилась:
– Мы не хотим оскорбить вас.
Дело было плохо. Лица араков помрачнели.
– Изгой? Никто из родичей не почтит твой след, грал? Может, нам следует задержать тебя, чтобы твои собратья смогли отомстить, а в благодарность они оставят нам твоего коня?
И тут Апсалар выразительно топнула ножкой, с потрясающей достоверностью изобразив возмущение донельзя избалованной девицы:
– Да будет вам известно, что я ношу под сердцем ребенка! Если обидите меня – прокляну! Мы едем в город! Сейчас же!
– Найми одного из нас на остаток пути, благословенная женщина! Но оставь безродного грала! Он недостоин служить тебе!
– В вас говорит жадность! Вас только жеребец и интересует! Сейчас я вас всех прокляну… – Апсалар задрожала от ярости и приготовилась поднять с лица покров, чтобы провозгласить проклятие.
Араки в ужасе отшатнулись:
– Прости нас!
– Нижайше кланяемся тебе, благословенная!
– Только не касайся покрова!
– Уезжайте же! В город! Прямо сейчас!
Апсалар заколебалась. На миг даже Скрипачу показалось, что она их все-таки сейчас проклянет. Но девушка отвернулась от араков.
– Веди нас, грал, – сказала она.
Под встревоженными, перепуганными взглядами кочевников трое спутников взобрались в седла.
Тот арак, что прежде говорил с ними, снова подошел к саперу.
– Задержись в городе на одну только ночь, а затем скачи быстро, грал. Твои родичи наверняка отправятся в погоню.
– Передай им, – проговорил Скрипач, – что коня я получил в честном бою. Так и скажи.
Арак нахмурился:
– А они знают, о чем речь?
– Какой клан сюда направляется?
– Клан Себарка.
Сапер покачал головой:
– Нет.
– Тогда они погонятся за тобой просто ради удовольствия. Но я передам им твои слова. Этот конь и вправду стоит того, чтобы за него убить.
Скрипач вспомнил пьяного грала, у которого купил жеребца в Эрлитане. Всего за три джакаты. Кочевники, которые переселились в города, многое потеряли.
– Ну что, арак, будете сегодня пить мое пиво?
– Да. Пока не прибудут гралы. Счастливого пути.
Спутники выехали на дорогу и уже приблизились к Северным воротам Г’данисбана, когда Апсалар спросила:
– Похоже, у нас крупные неприятности, верно?
– Это тебе тот бог, которым ты была одержима, подсказывает, девочка? – иронически осведомился сжигатель мостов.
Апсалар скорчила гримасу.
– Ну да, – вздохнул Скрипач. – Неприятности. Ох, зачем только я назвался изгоем? Теперь-то, учитывая, как ты с ними обошлась, думаю, хватило бы просто пригрозить аракам проклятием.
– Возможно.
Крокус откашлялся:
– Мы что, действительно станем смотреть на казни, Скрипач?
Сапер покачал головой:
– Еще чего не хватало! Поедем прямо через город, если получится. – Он покосился на Апсалар. – Только там норов свой попридержи, девочка. Еще одно такое выступление – и жители тебя на золотые носилки посадят да на собственных плечах из города понесут.
В ответ она только криво улыбнулась.