Проект N
- Он продолжает на тебя смотреть! – доложила она.
- Ну и что? – я сделала еще один глоток шампанского. – На меня сегодня все смотрят.
- Ты ему нравишься, нельзя упускать такой шанс!
- Да какой к черту шанс? – взорвалась я. – Он на всех девиц так смотрит, и это говорит не о том, что ему кто-то нравится, а том, что он бабник!
Иришка, давясь смехом, отвернулась от меня.
- Не обо мне ли вы болтаете, сударыни? – раздался голос Стефана за моей спиной.
Я залпом допила остатки шампанского и решительно направилась к выходу, не оборачиваясь. С меня хватит! Предательница, могла бы предупредить! Во мне кипела злость.
Практически у дверей меня за руку поймала Вера Семеновна. Вскрикнув, она тут же одернула руку. Это заставило меня остановиться.
- Олесь, - сказала она, потирая руку. – Ты током бьешься! Куда ты?
- Я плохо себя чувствую, - соврала я.
Хотя почему соврала? Меня колотило от злости и обиды, разве это хорошо?
- Ты не можешь уйти сейчас! Генеральный директор готовится говорить речь, поздравлять нас всех. Потерпи немного. А после официальной части – иди хоть на все четыре стороны.
Не хватило у меня совести перечить начальству. Тем более, что музыка стихла, на небольшой сцене загорелся яркий свет и наш генеральный директор медленно подошел к микрофону.
Мы с Верой Семеновной пробрались поближе к сцене. Сквозь толпу к нам протиснулась Иришка. Я в очередной раз удивилась, как она не потеряла платье.
Пока генеральный директор поздравлял всех нас с юбилеем компании, Иришка шептала мне на ухо:
- Ну, я, правда, не видела, как он подошел, чесслово! Стоял там с этими расфуфырками, а потом – бац! – и уже рядом с нами. Ну, не обижайся ты...
Вера Семеновна толкнула нас локтем и негромко шикнула. Мы послушно замолчали. Генеральный директор говорил что-то про прибыль, эффективность и квалифицированные кадры. Я считала секунды, когда же удастся улизнуть. Потом началось награждение лучших сотрудников прошедшего года. Генеральный директор называл фамилии, мы все дружно аплодировали, пока очередной коллега забирался на сцену и ему вручали грамоту и еще какую-то фигню в коробочке.
- И последняя в списке, но отнюдь не по значению - тихая, скромная, красивая и целеустремленная, Олеся Свиридова, отдел аудита.
Я не сразу поняла, что прозвучало мое имя. Вера Семеновна подтолкнула меня к сцене. Генеральный директор пожал руку, вручил грамоту и небольшую открытую коробочку, в которой на зеленом бархате лежал значок с эмблемой нашей компании. Потом он обнял меня, нас сфотографировали, и на ватных ногах я вернулась в зал, на свое место. Иришка сразу выхватила мои подарки из рук и начала рассматривать, не скрывая восхищения. А я находилась на грани истерики. Все лучшие сотрудники знали, что их будут награждать, а меня никто не предупредил. По глазам Иришки и Веры Семеновны я догадалась — они ждут от меня «спасибо за сюрприз». Не дождутся. Их поздравления я принимала молча.
Официальная часть официально закончилась. Загремела музыка и начались танцы. Иришка потрясла передо мной грамотой и закричала в ухо:
- Это надо отметить!
- Нет. Я иду домой.
- За лучшего сотрудника грех не выпить!
И она потащила меня к бару. Бармен налил нам по бокалу шампанского. Иришка произнесла тост:
- За лучшего сотрудника!
Я сделала несколько глотков — с Иришкой спорить бесполезно. Пока мы тянули свое шампанское, она что-то с энтузиазмом рассказывала. Я не слушала, а взглядом искала пути отступления. Наконец, я осушила свой бокал и развернулась, чтобы уйти, но врезалась в Стефана. Он придержал меня за локти и рассмеялся:
- Я хотел выпить с лучшим сотрудником…
- Я ухожу, - выпалила я, не поднимая на него глаз.
- Жаль, а я хотел пригласить тебя на танец.
Я вздернула подбородок:
- Мы перешли на «ты»?
- А почему бы нет? – улыбнулся он, не отпуская мои локти.
- Ты всегда отвечаешь вопросом на вопрос? – я попыталась мягко высвободиться.
- А ты всегда задаешь много вопросов?
- Я неважно себя чувствую...
- Врешь.
Я перестала высвобождаться из его цепких рук и уставилась на него:
- Что?
- Врешь, - спокойно повторил он и потянул меня за собой в центр танцзала.
Заиграла спокойная музыка. Стефан протискивался между танцующих пар, не отпуская моей руки. Он остановился и притянул меня к себе за талию. Мне ничего не оставалось, как положить свои руки ему на плечи. Он был на полголовы выше меня (и это я еще на высоченных каблуках!), я пыталась не смотреть на него, куда угодно — только не в его глаза. Чувствовала себя уставшей, очень хотелось домой. И еще я очень стеснялась. С самого развода не прикасалась к мужчине и не находилась к нему настолько близко. Чтобы отвлечься, рассматривала танцующие рядом пары и ловила их взгляды. До меня начало доходить, что на нас не просто смотрели, а нагло пялились. В глазах каждой девушки я читала немой вопрос: «Почему она, а не я?» От этих завистливых взглядов мне стало почему-то стыдно. Мне надо срочно укрыться от излишнего внимания.
- Это неплохая мысль, - шепнул Стефан.
- Что? – я подняла на него глаза.
Он, озорно улыбаясь, ответил:
- Неплохая мысль — сбежать отсюда, от лишнего внимания.
Все! Достал! Я перешла в наступление:
- Я сказала это вслух?
- Ты слишком громко думаешь.
- Кажется, ты недавно говорил, что подслушивать нехорошо.
- Разве мы перешли на «ты»?
- Издеваешься?
- Что плохого в том, что на тебя смотрят и завидуют?
- А что хорошего?
Я уже чувствовала напряжение в воздухе между нами. Чиркни спичкой – будет взрыв. Я не обратила внимания, что мы «утанцевали» от центра танцзала. Осенило, когда Стефан уже слегка толкнул меня в темный закуток. Я даже не успела испугаться. Он прижал меня к стене и горячо поцеловал. От неожиданности я забыла сопротивляться, мои ладони спокойно лежали у него на груди.
Я растворилась в нем. Мое предательское тело давно соскучилось по мужским ласкам. Да еще и шампанское ударило в голову. Желание разгоралось, как пожар в сухом лесу. Стефан провел рукой по моему бедру, скользнул под юбку, поглаживая, прижимал к себе сильнее и сильнее, целуя все жарче и жарче.
Внезапно в мой мозг ворвались мысли Стефана:
- Нельзя... Нет…
Я мгновенно вернулась в реальность и сообразила, что происходит. Уперлась руками в грудь Стефана, и он резко отстранился от меня. Улыбки и озорных огоньков в глазах как ни бывало. Он выглядел немного растерянным. Я машинально одернула юбку. Стефан проследил за моим движением, в глазах сверкнула злоба. Он пулей вылетел в танцзал, в поток людей.
Это была последняя капля. В бешенстве, я выбежала из клуба и быстрым шагом пошла вдоль улицы. Было уже за полночь, и как назло поблизости не было видно ни одного такси. К черту! Пешком пойду! Про себя я ругала Иришку, за то, что уговорила пойти на эту чертову вечеринку, ругала начальство, за то, что сделали мне такой «сюрприз» с награждением, ругала Стефана. Но больше всего ругала себя. Какого черта я не послала всех куда подальше и не осталась дома? Какого черта я поддалась Стефану? При воспоминании о его ласках слезы покатились градом по щекам, из-за них я не разбирала дороги и начала спотыкаться на своих высоченных каблуках. Я так погрузилась в мысленное самобичевание, что ничего вокруг не замечала.
А меня заметили. Троица подвыпивших парней потихоньку окружала меня. Когда я это поняла, перепугалась не на шутку и ускорила шаг, но было уже поздно. Один из парней тут же подлетел ко мне, схватил за талию и потащил к остановившейся неподалеку машине. Я закричала и попыталась вырваться, но двое его дружков подскочили к нам и втроем они быстро затолкали меня на заднее сидение машины. Двое залезли следом за мной, третий сел на переднее сидение рядом с водителем, подгоняя, чтобы тот быстрее тронулся. Машина с визгом понеслась по дороге. Я вырывалась, кусалась, царапалась, но четыре мужские руки шарили по всему моему телу. Один из парней ловко задрал мою юбку и пытался снять колготки и трусики. Паника и отчаяние охватили меня, но я продолжала бороться. Двинула туфлей одному в челюсть. Он в ответ ударил меня по лицу, парни довольно заржали. Второй пытался удержать мои руки, пока первый оторвал пуговицы на пальто, с силой рванул декольте платья, и оно с треском разорвалось до пупка. Похотливым взорам открылся мой черный атласный лифчик. Парни начали рвать и его, забыв про трусики. Но машина резко остановилась, и они бросили эту затею. Парни старались меньше разговаривать, наверное, чтобы я не запомнила их голоса. Хотя я уже сомневалась, что вообще останусь в живых.
Меня выбросили из машины, и я упала лицом в сосновые иголки. Значит, мы в лесу. Кричать бесполезно, все равно никто не услышит. Бежать от четверых здоровых мужиков тоже бессмысленно, поэтому я просто тихо плакала. Меня подняли и пнули на машину. Трое смеялись, и пили что-то из бутылок. Один из них стащил пальто и распластал меня на капоте, ловким движением задрал юбку. Я знала, что будет дальше. Страх, боль, отчаяние и злоба смешались, я чувствовала, как все мое тело пульсирует от электрического напряжения. Парень прижался своими чреслами к моей ягодице. Электрический разряд сорвался с моей кожи – и я оказалась свободна. Рискнула обернуться – мой обидчик лежал на спине со спущенными штанами и дергался в конвульсиях, как после удара током.
Парни замолчали, видимо соображая, что произошло. Я воспользовалась моментом и бросилась бежать. Сосновые иголки больно впивались в голые ступни. Парни опомнились и погнались за мной. Один из них схватил меня в охапку. По моему телу пробежала пульсирующая волна и скатилась к правой ладони. Я опустила глаза — в руке у меня образовался перламутровый игольчатый шарик, размером с теннисный. Он был как живой, и слегка потрескивал маленькими молниями. Парень, который меня схватил, тоже уставился на шар. В нескольких шагах от нас мелькнула черная тень. Чьи-то руки разжали тиски, в которых я находилась, и отбросили моего обидчика к машине, к остальным. Мягкий голос Стефана прошептал мне в ухо:
- Все хорошо.
Его крепкая рука обвила мою талию, а другая скользнула к ладони с пульсирующим шариком. Мы медленно развернулись к парням, которые стояли как вкопанные.
- Попробуем так, - тихо сказал Стефан и взмахнул моей ладонью в сторону парней.
Перламутровый шарик легко сорвался с моих пальцев и взорвал землю под ногами моих обидчиков. Они бросились в стороны. На месте взрыва образовалась небольшая воронка. Стефан встряхнул мою кисть. В доли секунды очередная волна пробежала по моему телу и сосредоточилась в ладони в виде перламутрового шарика. Мне даже опускать глаза не пришлось, я чувствовала пальцами покалывание тока. Парни в ужасе заметались, подобрали с земли лежавшего без сознания и без штанов товарища, затолкали его в машину и уехали. Мы со Стефаном стояли неподвижно, пока свет фар не скрылся из виду. Потом Стефан сжал мою ладонь с шаром в кулак – и шарик растворился. Я боялась пошевелиться, поэтому просто наблюдала, как Стефан подбирает мои туфли, разбросанные по поляне. Пальто он найти не смог. Он протянул мне туфли. Пока я обувалась, дрожа от страха и холода, Стефан снял свой пиджак и укутал меня в него. Потом обнял за плечи и повел через лес.
Я абсолютно не хотела думать о том, что сейчас произошло, да и сил на это не было. Но дрожала при малейшем воспоминании о похотливых руках, которые лапали мое тело. А Стефан, чувствуя мою дрожь, сильнее прижимал меня к себе, думая, наверное, что я замерзла. Потом, недолго думая, поднял на руки. Я заметила, что всю злость и обиду на Стефана как рукой сняло. Я его побаивалась, но была очень благодарна, что он оказался рядом в этот ужасный момент.
Глава 4
Мы вышли из леса к грунтовой дороге, на обочине которой стоял черный лендровер. Стефан подвел меня к машине, открыл дверь и помог сесть на переднее сидение. Затем обогнул машину и сел за руль. Мы выехали на шоссе и помчались по пустой дороге.
Я согрелась, но продолжала дрожать от страха и шока. Мы больше не сказали друг другу ни слова. Стефан был серьезен и сосредоточен на дороге. Чувствуя, что сейчас закричу или зареву, вспоминая этих уродов, я с трудом выдавила:
- Спасибо.
Стефан усмехнулся и ответил:
- За что? Это я виноват.
- Ты?
- Я занервничал, отвлекся и упустил тебя из виду. А когда настроился на тебя – вы были уже в лесу. Чуть не опоздал.
Я ухватилась за ниточку, вытаскивающую меня из пучины страшных воспоминаний:
- Как это, настроился?
- Скажем, как навигатор. Я могу определить, где ты находишься, если настроюсь на тебя.
Он посмотрел на меня и, встретив вопросительный взгляд, вздохнул и сказал:
- Не знаю, как тебе объяснить. Я могу настроиться на твои волны и найти тебя даже на другом конце земли.
- Моя голова сейчас взорвется, - констатировала я, потирая лоб.
Навигатор? Волны? Бред... Я закуталась в пиджак и никак не могла унять дрожь. Мне казалось, что по мне опять начнут скакать ненасытные чужие руки. Или еще что похуже... Меня передернуло от того, чего все-таки удалось избежать.
Стефан покосился на меня и сказал:
- Почти приехали.
Я прислонилась лбом к холодному стеклу и попыталась расслабиться. Через несколько минут машина остановилась. Стефан вышел и открыл мне дверь. Я вышла в незнакомый двор. Стефан опять обнял меня за плечи и повел к подъезду огромной высотки. Я не сопротивлялась, силы иссякли. Поднявшись на лифте на четырнадцатый этаж, мы прошли по темному коридору. Стефан открыл дверь и хлопнул выключателем. В квартире загорелся свет, и моему взору предстала огромная белая кровать. На полусогнутых ногах я вошла в квартиру. Стефан закрыл за мной дверь и сразу направился к шкафу рядом с кроватью. Он достал полотенце и огромный белый халат, подал их мне.
- Ванная там, - он указал направо на белую дверь.
Я прошептала «спасибо» и направилась туда, куда меня послали. Закрывшись в ванной, я первым делом скинула туфли. Ноги гудели от высоких каблуков и царапин от иголок. Я подошла к огромному зеркалу и рассмотрела себя. Платье безнадежно испорчено. Я стянула его и бросила на пол. Все тело покрывали синяки и ссадины, на лице тоже было несколько царапин. Вся в пыли, волосы растрепаны – в общем, выглядела я ужасно. Поспешила включить воду и тихо заплакала. Долго терла себя мылом, пытаясь стереть ужасные прикосновения. А когда, наконец, успокоилась, укуталась в махровый халат, подобрала порванное платье и туфли и вышла из ванной. Я споткнулась о меховые белые тапочки и невольно улыбнулась.
- Рад, что тебе нравится, - сказал Стефан, выйдя из арки.
На его лице вновь играла улыбка, но это уже была не усмешка. Его глаза излучали теплоту, и улыбка была ласковая и искренняя. Я смутилась, сжимая воротник халата.
- Спасибо, - выдавила я.
- Я приготовил чай, - он указал за спину. – Чувствуй себя как дома. А мне тоже нужно освежиться.
Я закивала как болванчик и с опущенной головой прошла мимо него на кухню.
Вот это да! Кухня была шикарной. Половину комнаты занимала барная стойка с двумя высокими стульями по бокам, на которой стояли кружки с дымящимся чаем и тарелочки с фруктами, конфетами и печеньями.
Первым делом я выбросила свое бедное платье в мусорное ведро. Потом взобралась на стул и обхватила кружку ладонями, чтобы согреться. Я сделала глоток — тепло разливалось внутри, умиротворяя и успокаивая. Вскоре вернулся Стефан в белой футболке и серых модных спортивных штанах. Он уселся напротив и тоже сделал несколько глотков чая.
- Как ты себя чувствуешь? - спросил он.
Я пожала плечами, и сделала еще глоток чая.
- Я не хотел, чтобы получилось именно так, - сказал он, вертя кружку в руках. – Вернее, результат на лицо, но я думал, будет немного по-другому…
- О чем ты говоришь?
Он оторвал глаза от кружки и повторил вопрос:
- Как ты себя чувствуешь?
- Не знаю, нормально...
- И тебе уже не нужно прятаться с головой в одеяло?
Я покраснела, но задумалась. Страх остался, обида и злость немного тоже. Но желание заползти в свою ракушку притупилось. А откуда он это знает?
- Твое энергетическое поле лопнуло, - сказал Стефан, видимо прочитав мои мысли. — И теперь оно концентрируется в отдельных частях тела. Ты можешь формировать его и отпускать, например, руками.
Я посмотрела на свою ладонь, крутанула кистью и снова почувствовала, как по всему телу пробежала пульсирующая волна. А в моей ладони образовался мягкий белый комочек с током. Я сомкнула пальцы, и он исчез.
- Это правда? – протянула я, разглядывая свою руку. – Я точно не сплю?
- Нет.
- Как такое может быть?
- Разрыв может произойти, в основном, когда ты испытываешь сильные эмоции — страх, отчаяние, обида, злость, иногда вожделение.
- А, - вырвалось у меня, и я густо покраснела. В голове сразу пронеслась мысль, что этот поцелуй в клубе – всего лишь способ надорвать мои нервы. Обидно.
Стефан вдруг смутился и сказал:
- Имей в виду, когда я настроен на кого-то, я запросто могу читать его.
Я покраснела еще сильнее и попыталась вернуть разговор в прежнее русло:
- Значит, мое энергетическое поле — это кокон или ракушка в моем воображении?
Стефан пожал плечами:
- Ну, как-то так. Быстро соображаешь.
Он встал, чтобы навести нам еще по кружке чая.
- Может быть, это прозвучит банально, - сказала я, когда он снова сел. — Но, почему я?
- На это влияет много факторов. Гены, наследственность, приобретенные рефлексы, воспитание. Я бы сравнил это с талантом. Например, у ребенка с рождения хорошо получалось рисовать. Если он начинает развивать этот навык, и, если его родители направляют его — ребенок может превратиться в знаменитого художника.
- Но как вот это, - я снова создала пульсирующий шарик в ладони. – Может быть талантом? Может, ты «Людей Икс» насмотрелся?
- Это всего лишь сравнение. Я же сказал, повлияло много факторов. Не скажу точно, пока не изучу. Несколько стрессовых ситуаций и – бум!
Он раскинул руки, изображая взрыв.
- Фигня какая-то, - ляпнула я. — Не было у меня никаких талантов, особенно связанных с электричеством. И воспитывали меня как обыкновенного ребенка. И не пытался никто развивать никакие мои таланты.
Стефан откинулся на спинку стула и уставился в окно слева от барной стойки. Подозрительно молчал. А у меня в мыслях кусочки мозаики вставали на свои места.
- Это ты меня «направлял»! — я обозначила в воздухе кавычки и сложила руки на груди. — Значит, ты пришел не поднимать эффективность компании, а чтобы добить меня после развода. А может мой развод тоже часть плана?
Стефан заерзал и переместил взгляд от окна на свои колени, продолжая крутить кружку с чаем. Я облокотилась о стойку и прикрыла глаза ладонью. Если развод тоже подстроен, чтобы вывести меня из себя, Андрея могли просто заставить или…
- Ему промыли мозги, - подал голос Стефан. — Но не тогда, когда он завел любовницу. В его голову воткнули идею, что ты ему нравишься и что неплохо было бы на тебе жениться. Все продумано с самого начала.
Этого не может быть. Мир рухнул. Все обман. Кругом обман. Свет на кухне начал мигать, можно было услышать треск электричества. Злость и обида закипали.
- Успокойся, - мягко сказал Стефан, наклоняясь ко мне. – Проводка сгорит.
Он коснулся моей руки, прикрывавшей глаза. В этот момент по моему телу пробежала волна напряжения и в обеих ладонях вспыхнули белые шары. Я не успела выбросить их в Стефана — он схватил мои руки и с силой сжал их в кулаки. Шары растворились, а до меня постепенно доходило, что я собиралась сделать только что. Я закрыла глаза и часто дышала, чтобы успокоиться. Свет перестал моргать, электрические импульсы больше не гуляли по моей коже. Но Стефан не отпускал моих сжатых кулаков. Я мысленно ругала себя за несдержанность и повторяла: «Я не буду кидаться шариками в людей! Я не буду кидаться шариками в людей!» Я знала, что Стефан это слышит. Но он продолжал сжимать мои кулаки.
- Мне больно, - процедила я.
Стефан отпустил меня и опустился на стул.
- Пока твое энергетическое поле не восстановится, ты не можешь полностью себя контролировать.
- Оно еще и восстанавливается?
- Более-менее.
- У тебя хорошая реакция.
- Да. Но ты могла спалить весь дом.
- То есть я еще и ходячая бомба.
- Пока да.
- И надолго?
- У всех по-разному. Все может нормализоваться через неделю, а может через пару месяцев, - его передернуло, но он договорил: - В любом случае это опасный и иногда болезненный процесс.
- Насколько?
Он опустил глаза и снова завертел кружку в руках:
- Процесс еще до конца не изучен. Его трудно пережить, особенно с неудачным катализатором. Или наставником, так сказать. Он должен помочь сформировать новое поле, но при этом его поле должно быть идеальным.
Я намеревалась ляпнуть обидное - «Это ты-то неудачник!», но не рискнула. Стефан на мгновение показался подавленным, поэтому я промолчала. Но он встряхнулся, надел свою маску-ухмылку и быстро ответил:
- Тебе не о чем беспокоиться. С тобой в этот момент будет идеальный наставник. Стелла в этом деле лучшая.
- Стелла? - еще чего не хватало! И не удержалась спросить: - Почему не ты?
- Я этим не занимаюсь, - отрезал он.
Ладно, думаю, не хочешь говорить — не надо. Будем считать, что это разделение обязанностей: один найдет жертву, а другой освежует. Но должен быть еще тот, кто съест. Поэтому я спросила:
- А если все пройдет хорошо, что будет дальше? Я так и буду пулять электрические шарики? И главное зачем?
По-видимому, Стефану понравилась эта ветвь разговора, потому что он заметно оживился:
- Я еще такого не встречал. У тебя большая связь с электричеством. Но после восстановления могут возникнуть новые таланты. И от того, как ты их будешь развивать, будет зависеть то, кем ты станешь. Но об этом тебе расскажут потом.
- Я надеюсь, бороться со злом не придется? — рассмеялась я.
Стефан подхватил мой смех и беззаботно ответил:
- Конечно, придется. Так что можешь выбросить из головы «Я не буду кидаться шариками в людей!» Скорее всего, этим ты и будешь заниматься.
Поймав мой полный ужаса взгляд, он быстро продолжил:
- Таких, как мы, много. И по всем законам жанра — есть плохие и хорошие.
- И какие мы? — пискнула я.
- Ну, конечно, хорошие.
Я ущипнула себя за предплечье. Создала в ладони шарик. Растворила его. Ущипнула снова.
- Да, вот это перспективка, - прошептала я.
- Если переживешь восстановление.
Мне стало немного страшно — от неизвестности, от борьбы за мир, от любого из вариантов окончания восстановления. Да о чем вообще речь? Я нахожусь в чужой квартире, в чужом халате, пью чужой чай из чужой кружки на чужой кухне и болтаю о сверхспособностях с практически незнакомым мне мужчиной. Да какой на фиг страх? Я его вообще потеряла! По-моему, не только поле лопнуло, а мозги вытекли. Я с катушек слетела, совсем себя не узнаю…
- Ты вышла из привычных рамок, вот и все.
- Опять подслушиваешь?
- Ты громко думаешь.
- Ты можешь больше не лезть… в мою голову?
- Могу, но не хочу. Вдруг ты опять начнешь кидаться шарами.
Я отвернулась к окну – темно. Стефан посмотрел на часы:
- Четыре утра. Нам нужно отдохнуть. Завтра я отвезу тебя домой. Больше не буду залезать в твои мысли, честно.
Я закивала и встала со стула. Стефан прав, слишком много для одного дня. Выходя из кухни в комнату, я нечаянно бросила взгляд на мусорное ведро, из которого торчал лоскут моего красивого платья. Воспоминания всей ночи резко обрушились на меня. Я снова начала дрожать и кутаться в халат. Стефан зашел в комнату вслед за мной, и усмешка вернулась на его лицо: