Астарта. Познание. Книга 2

— Кто там с кошкой хотел помериться силами? — засмеялась Клавдия и посмотрела на Монти. Тот смущенно опустил голову.

— Добро пожаловать! — сказал Дохляк.

Дети сразу подбежали ко мне и начали гладить Бастет. Джованни поклонился кошке, чем удивил всех. Только я поняла, почему он это сделал.

— Показывай дорогу! — сказал в чат Монти.

Бастет спрыгнула с моих плеч, ухватила веревку зубами и величаво зашагала вперед. Мы пошли следом, держась за веревку. Примерно через двадцать минут впереди появился яркий свет. Достигнув его, мы вышли из лабиринта в просторную пещеру.

Наверху было несколько круглых отверстий, через которые пробивались солнечные лучи, а в центре пещеры располагался колодец. Вся поверхность была покрыта мхом, а на стенах росли белые цветы, светящиеся, словно светлячки.

Дима и Костик подбежали к цветам, но в этот момент кошка стремительно бросилась вперед и встала перед ними на дыбы, громко зашипев в предупреждение. Ее шипение было отчетливо слышно даже в чате.

— Нельзя трогать неизвестное, дети. Это опасно, — строго предупредила Бастет.

Она осторожно лапкой оторвала кусочек мха и бросила его в сторону цветов. Мох не долетел до цели всего десять сантиметров, как вдруг один из цветов стал алым. Из него с молниеносной скоростью выскочила огромная крысиная голова, схватила мох и тут же скрылась обратно в цветке. Цветок снова стал белым и продолжил светиться, словно ничего не произошло.

— Это моя ошибка... Я почувствовала опасность, но дети успели вырваться, — закричала в чат Клавдия, потрясенная увиденным. — А Вера молодец, не побежала за этими непослушными мальчишками.

— Ничего страшного, — успокоила ее я. — Главное, что никто не пострадал. Давайте будем внимательнее.

— Так что теперь? — спросил Эрдан, оглядываясь по сторонам.

— Мы нашли колодец, — сказала я, указывая на его центральное расположение в пещере. — Бастет, что дальше?

Кошка снова поднялась на дыбы и медленно подошла к колодцу, внимательно осматривая его. Она обернулась ко мне и произнесла:

— Этот колодец ведет к тайному проходу. Там, в глубинах, спрятана часть меча Палус. Но будьте осторожны: здесь могут быть ловушки.

— Ловушки? — переспросил Дохляк, нервно осматриваясь по сторонам.

— Да, ловушки, — подтвердила Бастет. — Но я постараюсь помочь вам их избежать. Следуйте за мной и не отходите далеко друг от друга.

Она на секунду замерла, а затем добавила:

— Здесь можно снять беруши. Голосов в этом месте и в самом колодце не будет. Гек находится внизу, он охраняет проход.

— Гек? — переспросил кто-то из группы.

— Да, — Бастет строго посмотрела на нас. — В разговор с ним не лезьте. Разговаривать с Геком буду я или Дина. Вам лучше молчать.

Кошка оглядела нас с явным неодобрением.

— Снимаем беруши. Что стоим-то? Здесь можно услышать лишь вой темных богов, но он не представляет опасности. Все ясно?

Постепенно ребята сняли беруши. Закрепив веревку на камне возле колодца, мы начали обсуждать, как лучше спуститься и есть ли внизу вода. Бастет в этот момент, не дожидаясь нас, ловко повисла на краю колодца и, как настоящий скалолаз, начала спускаться вниз, цепляясь когтями за стены. Через пять минут ее голос донесся снизу:

— Все в порядке, спускайтесь.

— Ну что ж, вперед, — уныло пробормотал Монти.

Мы начали спускаться друг за другом, как гуси в колонне. Я полезла первой. Нащупав под ногами твердую поверхность, зажгла факел и стала ждать остальных. Когда все спустились, мы зажгли еще несколько факелов и не спеша направились вперед. Впереди виднелся длинный туннель.

Вокруг нас были неровные и выпуклые стены, покрытые сталактитами, которые образовались из тысяч капель воды, застывших в вечности. На полу лежали разноцветные камни, излучающие приглушенный свет, будто бы сами стены пещеры пытались подсвечивать наш путь. Воздух был прохладным, почти ледяным, но свежим.

Мы двигались осторожно, обходя огромные каменные обломки. Звуки капель воды, падающих в тишине, отдавались эхом, создавая таинственную, даже мистическую атмосферу. Мое сердце колотилось от волнения и прилива адреналина.

Вскоре я начала различать слабые крики, доносящиеся из глубин туннеля. Они становились все громче, пока мы не достигли места, где туннель расширялся в огромную пещеру.

Бастет внезапно преградила нам путь, ее зеленые глаза внимательно осматривали пространство. Она подобрала камень и швырнула его в центр зала. Сверху с грохотом упала сеть, соприкоснулась с землей и тут же начала источать густой дым.

— Это кислота, — коротко пояснила кошка и, убедившись, что путь свободен, продолжила вести нас вперед.

По пути она не раз останавливалась, чтобы обезвредить очередную ловушку. Каждая из них была хитроумной и смертоносной, и без Бастет мы вряд ли бы продвинулись дальше.

Наконец, мы добрались до места, где перед нами появились несколько железных дверей. Оттуда доносились ужасные крики, стоны и мольбы о помощи. Мы замерли, переглядываясь в замешательстве, но Бастет обернулась и строго предупредила:

— Не реагируйте. Это обман. За этими дверями скрываются существа, которые питаются вашей силой и страхом. Прикосновение к ним может стоить вам жизни. Такие создания чувствуют силу. Справиться с ними могут только Гек или я.

Мы кивнули и старались не смотреть в сторону дверей, хотя звуки, доносящиеся из-за них, пробирали до дрожи.

Дальше туннель вывел нас в огромный зал, где нас встретила странная картина: одна массивная дверь с множеством замков, справа — пылающий костер, а рядом с ним — сундук. Слева виднелся еще один туннель, ведущий глубже в недра.

— Это второй туннель, — объяснила Бастет, указывая на левую сторону. — Он ведет к темнице Сета. Туннель разветвляется, и за каждой из дверей спрятан злой бог. Они скованы по рукам и ногам, но будьте осторожны. Видите это маленькое отверстие в двери?

Она указала лапой на крошечный глазок в центре одной из дверей.

— Ежедневно Гек вставляет туда свое копье, чтобы высасывать энергию из богов — их жизненную силу и благодать. Затем он собирает энергию в кувшины, запечатывает их и прячет в самом глубоком туннеле. Боги с небес потом забирают их.

Мы внимательно слушали, стараясь осознать все, что она сказала.

— А вот и меч. Вернее, его часть, — добавила Бастет, приблизившись к сундуку. Понюхала. — Ага. Нам повезло!

Не успела договорить — из левого туннеля донёсся топот копыт. Через мгновение появился злой кентавр.

Огромный. Тёмный. Мощный. Тело — как скала, мышцы перекатываются под кожей. Глаза — чёрные, бездонные, пронизывающие насквозь. Над головой — таинственный ореол силы, будто воздух вокруг него дрожал. В руке — копьё. Длинное. Острое. Древнее.

Мои ребята замерли. Я слышала, как у кого-то перехватило дыхание. Богдан положил руку на меч. Эрдан натянул тетиву. Дохляк встал между детьми и кентавром.

Гек остановился. Посмотрел на нас. Потом — на меня.

И замер.

Смотрел долго. Пристально. Не так, как смотрят на чужаков. Как смотрят на тех, кого узнали. Склонил голову набок — тяжёлую, увенчанную тёмными рогами. В глазах мелькнуло что-то древнее, старше этого мира.

Он узнал.

Я видела это. По тому, как дрогнули его плечи. По тому, как копьё в руке чуть опустилось — само собой. По тому, как он сделал шаг назад — не от страха. От почтения.

Бастет довольно прищурилась. Значит, и она это заметила.

— Привет, Гек, — мурлыкнула кошка. Подошла. Нежно потерлась о его копыта.

Кентавр не отвёл взгляда от меня.

— Зачем ты сюда пришла? — спросил он. Голос — низкий, гулкий. Но в нём не было угрозы. Только вопрос. — Путь закрыт.

Я застыла. Лихорадочно пыталась вспомнить слова из сна. Мысли путались. Сердце колотилось. Но под рёбрами что-то шевельнулось — не страх. Что-то другое. Что-то древнее. Из глубины.

«Ты — Богиня. Он — слуга. Он это чувствует. Главное — не показывай страха.»

Я сделала шаг вперёд. Глядя кентавру прямо в глаза.

— Я хочу получить свой меч, — сказала я. И голос — сама не ожидала — прозвучал ровно. Твёрдо. Ледяно.

Мои друзья застыли. Лица — смесь удивления и страха. Челюсти отвисли. Монти даже сделал шаг назад. Они не понимали, что происходит. Не понимали, почему я так говорю. Не понимали, почему кентавр слушает.

Гек дрогнул.

— Он зло, — проговорил он. Но голос уже звучал тише. Словно он смирялся. — Я не могу его отдать.

Я топнула ногой. Сама не поняла, зачем. Просто — топнула. И голос — сделала леденящим. Приказывающим. Как учила Бастет.

— Ты слышал меня? Я не повторяю дважды! — сказала я. — Или хочешь, чтобы боги разгневались? Ты получил силу бога. Бессмертие. Теперь служи, как положено!

Слова вылетали сами по себе. Я старалась выглядеть грозной и уверенной.

— Ты слышал её, Гек, — вмешалась Бастет, хитро прищурившись. — Хватит строить из себя буку.

Кентавр опустил голову. Задумался. Долго. Так долго, что я успела испугаться — а вдруг он всё понял? А вдруг сейчас засмеётся? А вдруг?

Но он не засмеялся.

Он поднял голову. И посмотрел на меня. По-другому. Не как на чужачку. Как на ту, кого ждал. Кого боялся. Кому служил.

— Ты… — начал он. И осёкся.

Я видела, как шевельнулись его губы. Как он хотел что-то сказать. Имя? Он хотел назвать имя? Но что-то его остановило. Запрет. Древний. Нерушимый.

Он опустил глаза.

— Я должен подумать, — проговорил он.

А потом — неожиданно:

— Альфа Кентавра или Центавра?

Я растерялась. Вот это поворот.

— Ты всё ещё сомневаешься? — с раздражением спросила Бастет.

— Да, — ответил Гек, нахмурившись. Но я видела — он не сомневался. Он просто тянул время. Пытался понять, как вести себя с той, кого узнал.

— Кентавра, — выпалила я, пока сомнения не взяли верх.

— Тогда почему все спорят и называют «Центавра»? — возмутился он.

И тут я услышала голос Дохляка в голове. Ментально:

— «Это всё из-за двойной фонетики латыни. В классической латыни буква «С» читается как «К», в позднесредневековой — как «Ц». Отсюда разногласия. Например, «Цезарь» в классической латыни — «Кесарь». Оба варианта технически верны. Но споры продолжаются.»

Бастет мяукнула в знак согласия. Тоже слышала?

— Проблема только в фонетике, — пояснила я, отводя взгляд.

Гек тяжело вздохнул.

— Боги обещали это созвездие мне, — сказал он тихо. — За верную службу. Сказали — мои звёзды. Навечно. Но я слышал, как люди спорят. Одни — Кентавр, другие — Центавр. И я не знаю, кому верить. Может, боги обманули? Может, оно не моё вовсе?

Он посмотрел на меня. Прямо. С надеждой, которую не мог скрыть.

— Ты ведь знаешь правду. Скажи.

Я выдохнула. Вот оно. Он спрашивает не из праздного любопытства. Он боится, что его обманули.

Я вспомнила слова Бастет: «Когда узнает, кто ты, сам отдаст меч. Только постарайся выглядеть властно».

Я выпрямилась.

— Созвездие Кентавра — оно твоё, — сказала я. — Боги дали его тебе. Не учёные. Не люди. Боги. А они называли его так, как называли. Какая разница, что говорят смертные?

Гек выдохнул. Опустил голову. Плечи его расслабились — будто с них свалилась гора.

— Спасибо, — сказал он просто. — Я верил. Знал, что ты не обманешь.

Я не поняла, что он имеет в виду. Но переспрашивать не стала. Что-то в его голосе подсказывало: не время.

— Аргументы, с которыми не поспоришь, — лениво протянула Бастет, топнув лапкой.

— Вот именно! — поддержала я, топнув ногой для усиления эффекта.

— Хорошо, согласен, — кивнул Гек.

Он подошёл к костру, вытащил из-за груды камней сундук. Открыл старым ключом из сумки на боку. Вынул рукоятку меча. Древняя. Инкрустированная чем-то, что напоминало звёзды.

— Это его часть. Вторую поможет достать Бастет, — сказал он, передавая рукоятку. Потом с грустным взглядом посмотрел на кошку: — Кисуля, не оставляй меня тут надолго. Я буду скучать.

Бастет мяукнула, словно обещая вернуться.

Я закинула рукоятку в инвентарь, не показывая тревоги. Обратилась к кентавру:

— Спасибо. Я запомню твоё добро.

Повернулась к команде:

— Нам пора. Разворачиваемся и идём наверх.

Я опасалась, что кентавр передумает или решит проверить, действительно ли я богиня. Если поймёт, что это блеф, — нам не поздоровится. Я подгоняла всех. Мы практически бегом покинули пещеру.

Когда выбрались из колодца на поверхность, Бастет, вытирая лапкой пыль с ушей, провозгласила:

— А теперь — ещё одна новость. За то, что приняли меня в команду, дам вам выпить благодать божью! Все характеристики на пять дней увеличиваются на двадцать пять. И главное — вы ничего не забудете, выйдя из леса.

Мы переглянулись. О том, что, выйдя из леса, мы потеряем все воспоминания, мы уже как-то забыли. Хотя это не сильно нас беспокоило, но сейчас, вспомнив, мы осознали, как много ценной информации удалось собрать. Терять ее совсем не хотелось.

Бастет достала из своего инвентаря маленькую бутылочку, которая светилась мягким золотистым светом.

— По глотку каждому, — сказала она, протягивая бутылку.

Я взяла ее первой и, прежде чем сделать глоток, задумалась: если от одного приема этот эликсир дает такой мощный бонус, то что будет, если выпить всю бутылку? Это же получается невероятное усиление!

В голове промелькнула мысль: «Не жирно ли богам иметь на небе целый склад таких бутылок?»

Но я тут же отогнала эту мысль. Сейчас важнее было сохранить воспоминания и подготовиться к следующему этапу. Сделав глоток, я почувствовала, как теплая волна разлилась по телу. Энергия наполнила меня, а мир вокруг стал казаться ярче и четче.

— Ну что, командир, ты как? — спросил Монти, наблюдая за мной с легкой улыбкой.

— Живее всех живых, — ответила я, передавая бутылку дальше.

Когда все сделали свои глотки, Бастет аккуратно спрятала оставшуюся благодать обратно в инвентарь.

— Все, теперь у нас есть шанс выжить, — сказала она с видом опытного тренера.

Мы двинулись дальше, но где-то в глубине души меня все еще терзали сомнения. Почему кентавр так легко отдал рукоятку? И почему Бастет так просто делится божественным напитком? Что-то здесь было не так, и я чувствовала, что ответы на эти вопросы меня возможно еще догонят. Хотя…Дикая я и никому не доверяю, во всем ищу подвох, а может его и нет? Но зарубки надо сделать…

Мы надели беруши, проверили крепление веревки и двинулись вперед по лабиринту, ведущему к выходу из пещеры. Бастет, сидя у меня на плече, тихо молилась всем Богам, чтобы ее выпустили. Она выглядела напряженной, но старалась держаться.

Когда мы наконец вышли из пещеры, за мной потянулись остальные. Я остановилась, чтобы отдышаться, и машинально посмотрела на свое плечо. Бастет все еще сидела там, с плотно зажмуренными глазами. Ее маленькие лапки едва заметно дрожали.

Я улыбнулась и ткнула ее пальцем в мордочку.

— Все, хвостатая, можно открывать глаза. Мы выбрались.

Она осторожно приоткрыла один глаз, потом второй, и облегченно выдохнула:

— Я знала, что с тобой получится.

Почему именно со мной она смогла пройти, я не знала. Могла только догадываться. Как, наверное, сказал бы Ясный, это связано с тем, что я Богиня. Порой мои действия открывают все двери в этом мире. Только Боги могли совершать чудеса на Земле, поэтому им запретили находиться здесь. Бастет знала об этом, и, видимо, поэтому верила, что со мной у нее получится.

Мы добрались до полевой кухни ближе к вечеру и сразу решили устроиться на ночлег. Монти предложил сохраняться подальше от лагеря на случай нападения команды Юг. Это их территория, и лишняя предосторожность не повредит.

Мы отошли на два километра и сохранились там, а затем вернулись в лагерь. В лагере находилась точка «Счет» с данными об игре. Мы подошли к ней, чтобы ознакомиться с текущей ситуацией.

На экране высветились цифры:

Счет игры — 0:0.

Игроков в игре:

Команда Север — 63, команда Юг — 22.

Игроки убиты:

Команда Север — 135, команда Юг — 168.

Игроки дисквалифицированы:

Команда Север — 2, команда Юг — 10.

Защитники:

Команда Север — 36, команда Юг — 36.

Скрытые игроки:

Команда Север — 3, команда Юг — 10.

Мы внимательно изучили данные. Под нашими никами стояли вопросы и пометка: «Игроки активные, местоположение под вопросом».

— Получается, из этих шестидесяти трех игроков восемь — это мы, — сказала я, глядя на экран. — Значит, остальные пятьдесят пять бойцов — это люди Генерала, плюс три скрытых бойца. Один из них — Монти.

— А вот у команды Юг скрытые игроки все еще живы. Это плохо, — добавила Клавдия, задумчиво почесав за ухом. — Если они окажутся на этой стороне, у нас будут проблемы.

— Бойцы Генерала действуют очень успешно, — продолжила я, прикидывая в уме. — Судя по числу убитых с Базы Юг, у них уже сто шестьдесят восемь «синих мячей» противника с ценой мяча — два очка.

— Выходит, Генерал не сильно расстроился из-за упущенных «белых мячей», — подытожил Монти. — Это те, что равны одному очку, и которые сейчас у нас желтенькие.

Я кивнула. Все сходилось. У Генерала была своя стратегия, и он явно рассчитывал на долгую игру. Но впереди нас ждали еще три дня, и что будет дальше — оставалось только гадать.

Мы переглянулись. В голове все еще царил хаос после Туманного леса, но времени на разбор полетов не оставалось. Завтра был пятый день игры, и нужно было подготовиться к тому, что он принесет.

— Проблема в том, что из-за дополнительных маневров в Туманном лесу мы потратили больше времени, чем планировали, — сказал Монти, хмуро глядя перед собой. — Не увеличили преимущество, как ожидалось. Сейчас оно — лишь несколько часов. Скорее всего, бойцы Генерала либо устроили ночёвку, либо пробиваются к воротам.

Он сделал паузу, склонив голову набок.

— Обычно основные сражения — на шестой-седьмой день. Есть вероятность, что База Юг предпримет стратегический ход: вернут своих игроков на свою территорию, чтобы вместе с вратарями помешать нам забрасывать мячи. У них слабые позиции. Это, вероятно, их единственный шанс. Попытаются защитить свои двухочковые мячи и предотвратить наши атаки.

Бастет, сидя возле меня, потерлась о ногу, лениво потянулась.

— Мур мяу, — мурлыкнула она с явным намёком. — Могу посмотреть, что пишут в газетах.

Я вскинула брови. Дохляк, стоявший неподалёку, прищурился.

— Что? У тебя есть такая возможность? — спросил он, не скрывая удивления.

— Слушай, я ещё в пещере с кентавром хотел спросить, — подал голос Эрдан, скрестив руки на груди. — Как ты вообще имеешь доступ к странице «Википедии»? И как обходишь глушилки?

Бастет приподняла голову, хвост лениво качнулся.

— Взгляни на профиль, — она усмехнулась. — Хакер. Подключаюсь к любому источнику сама, без спроса. Вижу сети, данные, всё.

Она повела ухом.

— Глушилки глушат только во время игры. Так что видео — не обещаю. А газеты, журналы, новости — пожалуйста.

— У тебя отличная профессия, — отметила я, не скрывая восхищения.

Бастет выпрямилась, гордо подняла голову.

— Я здесь давно. И часто скучала. Мало кто хотел общаться с кошкой. Пробовала разные профессии, но не находила развития. А потом пришли вы, земляне. Активировался модуль вашего мира — и я получила доступ к интернету. Ко всему, что вы сюда загружали.

Глаза её загорелись.

— Так появилась новая профессия — хакер. Я взломала доступ к вашим библиотекам, новостям, архивам. Начала читать. Книги, статьи, ваши технологии.

— О каких технологиях речь? — заинтересовался Эрдан.

— О самых разных, — ответила Бастет. — Я прочла всё, что нашла о ваших сетях. От первых военных линий до нынешнего интернета. Протоколы, языки, принципы. Данных хватило, чтобы собрать всё это здесь — на свой лад.

Она помолчала, будто вспоминая что-то важное, и добавила:

— Пока этим пользуюсь только я. Создала свою страничку, несколько сайтов. И страницу мира Лурапис в «Википедии» — постоянно обновляю.

— И следишь за новостями? — уточнила я.

— Естественно, — кивнула Бастет. — За новостями обоих миров. И должна признать: ваши технологии меня впечатляют.

Мы переглянулись. Бастет явно гордилась своими достижениями — и, честно говоря, имела на это право. В её мягкой, пушистой внешности скрывался острый ум, которому позавидовали бы многие.

— Почему народ Лураписа не развивал это направление? — спросила я, нахмурившись. — Ведь они живут в технологичном мире уже двадцать пять лет.

— Технологии принесли вы, земляне, — сказала Бастет. — А у нас Тёмный век затянулся. Намного дольше, чем у вас. Миры развивались параллельно, но мы застряли. Вы прошли свой Тёмный век за шесть столетий — мы не прошли вовсе.

Она вздохнула.

— У нас началась война богов. Злых победили, заперли. Но началась эпоха Мрачного века. Мы остались в ней — до самой перезагрузки. И только двадцать пять лет назад вышли. Без постепенного развития. Бац — ты жил в пещере, а потом сразу получил пульт управления. А вы в это время уже шли дальше. Возрождение, промышленность, технологии.

Она снова повела хвостом.

— Мир Лурапис жил в хаосе. Войны, монстры, передел земель. Вампиры захватили Европу. В Америке — оборотни, ведьмы, Бааван Ши. Кто ими управлял — уже не упомню. Хорошо, что всё это позади.

— А в России кто был? — вдруг спросил Богдан, оторвавшись от своих мыслей.

— В России — иначе, — ответила Бастет. — Духи природы, шаманы. Лешие, русалки. Они держали баланс, защищали землю. Долго. Но войны и их не обошли. Выстояли — ценой многих потерь.

— Это интересно, — заметил Богдан, почесав затылок. — Получается, у каждого региона были свои защитники.

— Да, у каждого народа — свои способы борьбы, — подтвердила Бастет, и голос её смягчился. — К счастью, после перезагрузки у нас появился шанс на новый путь. Правда, многие города исчезли бесследно — не прошли Алтарь. Но именно поэтому развитие героя идёт почти автоматически. Только люди с Земли способны всё понять и разобраться. Остальные жители этого мира — пока нет. Думаю, веков через… очень много, возможно, смогут.

— Упс, — буркнул Богдан, опустив взгляд.

Мы замолчали, осмысливая услышанное. История Лураписа была полна трагедий. Кошачья мудрость Бастет добавляла этому миру глубины, заставляя смотреть на всё иначе.

— Я застал многое из сказанного, — задумчиво подтвердил Монти, скрестив руки. — Начало игрового мира. Мне было лет шесть-семь, как Диме сейчас. Тогда было сложно всем.

— Да, тяжёлое было время, — согласилась Бастет.

— Вернёмся к нашему, — сказала я, чувствуя смесь любопытства и тревоги. — Значит, ты можешь посмотреть новости о Большой игре?

— Конечно, — спокойно ответила кошка.

Бастет зажмурилась. Уши дрогнули, будто она прислушивалась к чему-то далёкому. Мы ждали. Минута. Другая. Третья. Тишина.

Наконец она открыла глаза — и взгляд её изменился. Стал серьёзным. Сосредоточенным.

— Извините за задержку, — сказала она. — Неоперативно всё загружают в базу Лураписа. Пришлось ждать обновления последних новостей.

Бастет заговорила дикторским голосом — резким, чётким, без единой запинки:

— «Большая игра: игроки исчезают на глазах у зрителей. Прошлым вечером пропала с экранов информация о геолокации некоторых игроков Базы Север. Мы провели своё расследование. Одновременно с исчезновением игроков было убито сто двадцать пять — сто тридцать пять бойцов команды Север. И несколько — команды Юг.»

Она сделала паузу, давая нам переварить.

— Что можно сказать об этих игроках? За глаза их называют командой демонов! Возможно, завязался серьёзный бой, в котором демоны одолели столько противников? Мы взяли интервью у Генерала Базы Север и командира Петровича.»